Мама отнеслась к новости о том, что Катя встречается с Пашей, очень положительно. И, конечно же, когда Катя сказала, что сегодня вечером она собирается пойти на свидание, мама совершенно не возражала.
Продолжение. Начало здесь
- И вообще, дочка, приводи к нам своего Пашу в гости, познакомимся с ним.
Катя радостно закивала и пошла в душ. Времени оставалось мало, а хотелось успеть привести себя в порядок.
Но душ принять Катя не успела. Едва она включила воду, как ее бросило в жар. Потом резко зазнобило. Потом замутило. Потом вырвало.
Катя не понимала, что происходит. Вроде бы на ужин ничего такого они не ели, с чего можно было бы отравиться.
- Катюша, ты пока ложись, а я сбегаю к тете Гале с пятого этажа, которая на Скорой работает. Пусть тебя посмотрит, вдруг это отравление или аппендицит? – Обеспокоенно сказала мама, помогая Кате лечь и подставляя на всякий случай тазик к кровати.
К счастью, тетя Галя оказалась дома, и спустя пять минут она уже сидела возле Катиной постели, измеряла ей давление, считала пульс и мяла живот.
- Тут болит, Катенька? А вот тут? А что ты сегодня ела? Сейчас тошнит? – Спрашивала она, и сама же себе отвечала: - Нет, на аппендицит не похоже. На отравление тоже, температура в норме.
Катю оставили лежать в постели, ни о каком свидании речь, разумеется, не шла. Мама поставила к кровати телефон, чтобы позвонить Паше и предупредить, а сама пошла провожать врача.
- Спасибо тебе, Галя, что зашла. А что дальше делать? В больницу? Или это пройдет? Может мне за активированным углем сбегать в аптеку?
Тетя Галя понизила голос и сказала:
- В аптеку ты сбегай, конечно, Светлана, но не за углем, а за тестом.
- Каким тестом? – Не поняла мама.
- Таким. На беременность. Сама не понимаешь, что ли?
- Да что ты несешь-то? Катя еще совсем ребенок. Ну, есть у нее мальчик, но они просто дружат. Да ей в институт еще поступать, какая беременность, быть того не может.
Соседка пожала плечами:
- Девушка молодая, всякое могло случиться. Тем более, сама говоришь, мальчик у нее есть. Они сейчас все молодые, да ранние.
- Моя Катя не такая! – Отрезала Светлана. – Дочь усердно занимается, готовится поступать в институт. А с мальчиком этим у них ничего такого не могло произойти, он из приличной семьи, ни о каких глупостях не может идти и речи.
Дверь за соседкой захлопнулась, и Катя позвала:
- Мам, подойти ко мне.
Светлана Петровна вошла и села на кровать к дочери.
- Тебе не полегче, Катюша? Я все-таки хочу добежать до аптеки. Угля возьму, да еще там спрошу, что есть от отравления.
- Мамочка, - Тихо сказала Катя, пряча глаза, - Я слышала, о чем вы говорили с тетей Галей. Она тебе советовала взять в аптеке тест.
- Ой, да слушай ты ее больше! – Возмущенно воскликнула Светлана Петровна, поправляя на дочери одеяло. – По себе судит. А ты-то у меня не такая, как все эти современные девицы. Ты девушка ответственная, целеустремленная, содержательная. Да что говорить, я дочку свою не знаю, что ли! Так что даже не придавай значения ее словам.
Катя молчала и кусала губу.
- Лучше скажи, ты позвонила Паше своему, предупредила, что приболела? Негоже, если он придет на свидание, да прождет тебя там пустую.
- Да, все успела, мамочка, - тихо сказала Катя.
Мать ушла в аптеку, а Катя расплакалась от испуга. И, хоть волноваться пока не было особых причин, что-то ей подсказывало - соседка тетя Галя вполне может оказаться права.
«Только не это! Мать меня убьет!» - мысленно взмолилась Катя, и в панике принялась звонить подружке Ирине, чтобы поделиться своими опасениями и спросить, что же ей делать.
- Ну ты даешь, Катька! – Воскликнула Ира. – А с виду такая тихоня, скромница. И давно это у вас?
- Ир! – Чуть не расплакалась Катя. – Я за советом звоню, а не для того, чтобы ты меня осуждала.
- Поняла, Катюша. Извини, я просто давно так не удивлялась ничему. Ты там пока не паникуй, завтра твоя мать уйдет на работу, и я сразу к тебе приду. По дороге тест куплю. Все и выясним по-быстрому, чем сидеть переживать.
- Спасибо, Ирка! – С чувством сказала Катя. – Сама бы я его купить не решилась. Стыдно как-то.
- Ой, подумаешь, делов-то! Тест на беременность! – Фыркнула Ира. – Мы же не в средневековье живем, в конце концов. Конец двадцатого века! Ты современная девушка.
- Ага, современная. Ты что, мою мать не знаешь? Она же меня запилит, житья не даст. У нее по плану мое поступление в институт, а не младенцы да пеленки.
- Погоди ты паниковать! Может и правда, банальное отравление. Не накручивай себя раньше времени. А даже если и ребенок, что такого? Подумаешь, не ты первая, не ты последняя. Пойдешь аборт сделаешь, делов-то.
- Хорошо тебе говорить. А у меня же кроме мамы еще и с Пашей разговор предстоит, если вдруг что. Вот как я ему такое скажу? – Катя от отчаяния чуть не расплакалась в трубку.
- Ну вот, совсем нюни развела! Еще не случилось ничего. И потом, зачем тебе говорить Паше? Ты что, действительно в восемнадцать лет хочешь стать матерью вместо поступления в институт, вместо Москвы? Думаешь, Паша обрадуется перспективе стать отцом сразу со школьной скамьи?
- А что делать, врать ему я не смогу.
- Да зачем врать? Говорю же – сходила в больничку, раз-два, и все. И снова свобода. Даже маме говорить не надо, если что. Тем более, какому-то Паше.
- Ой, а вот и мама, легка на помине. – Прошептала в трубку Катя, услышав, как в дверном замке поворачивается ключ. – До завтра, Ир! Жду тебя сразу же утром!
***
- Ну, как ты тут, доченька? – Заботливо спросила Светлана Петровна, входя в комнату. – Тебе не полегчало? Сейчас дам лекарство.
- Полегчало, мама. – Соврала Катя, которую на самом деле все еще продолжало немного мутить.
- Вот и хорошо! – Обрадовалась мать. – А то эта Галина, понимаешь, наговорила мне всякой ерунды. Я, пока в аптеку бегала, вся распереживалась из-за ее слов. Теперь еще вдруг начнет сплетни разносить по дому. Наговорит про тебя всякого. А ты у меня девочка правильная, с хорошим воспитанием, уж я-то знаю, я мать. Да я уверена, что ты не способна на такие глупости, как вообразила себе эта Галя. Правда ведь, доченька?
- Да, мамуля. – Кивнула Катя, отводя глаза.
- Тем более, что у нас институт на носу, о чем вообще говорить. Я уверена, что и Паша твой тоже ни о каких таких вещах не помышляет. Судя по тому, что ты мне о нем и его семье рассказала – он тоже воспитанный молодой человек.
- Мамочка, ты права, как всегда. Знаешь, я что-то спать хочу. Видимо, не до конца отошла.
- Поняла, ухожу. Да и я сама тоже пораньше лягу, устала на работе. Сегодня была особенно тяжелая смена, а в цеху жарко, как в пекле. Вентиляторы не работают, начальству на это наплевать, только план требует. А мы там задыхаемся.
- Уходила бы ты оттуда. – Вздохнула Катя. – Сколько можно, всю жизнь на этой фабрике надрываешься.
- А жить тогда на что, доченька? – Вздохнула мать. – Потому и хочу для тебя лучшей доли. Чтобы ты не повторила мой путь, и не оказалась в двадцать лет на фабрике, без образования, без помощи от мужа, и с ребенком на руках, который хочет есть. Да и нет у нас в городе ничего, люди ходят, пороги оббивают, рады куда угодно устроиться, лишь бы зарплату платили. Мне еще повезло.
- Да уж. Повезло. – Мрачно констатировала Катя.
Они с мамой пожелали друг другу спокойной ночи, и Светлана Петровна вышла из комнаты.
Катя слышала, как звонил по телефону Паша, потому что мама кому-то отвечала, что «С Катей все в порядке, уже завтра сможете увидеться».
Ей было приятно, что Паша так за нее волнуется. На какое-то время эти мысли отодвинули другие, менее приятные. О том, что ее сегодня вырвало и тошнило. И утром тоже тошнило, просто тогда она не придала этому значения, решила, что волнуется перед экзаменом. А сейчас все это приобретало совсем иной смысл.
Читайте также: