Элеонора Журавлева живет в ДНР, в небольшом Юнокоммунаровске. Несмотря на сложности последнего десятилетия, в 2018 году они с мужем решились на второго ребенка. В отношениях супругов тоже все было сложно – ссорились, мирились. «Решили скрепить семью вторым ребенком. А получилось наоборот», – вздыхает 37-летняя Элеонора.
Роды были срочные, в конце апреля 2019 года. Врачи приняли решение сделать кесарево сечение. Ребенок родился здоровый. Мальчик. А вот у мамы через пару часов после родов произошел инсульт с левосторонним гемипарезом.
В себя она пришла только через неделю. Очнулась и не могла понять – почему она не в роддоме? Почему новые врачи кругом? Где малыш? По какой причине она не может двигаться?
Доктора ей все рассказали: про инсульт, про то, как через день после родов Элеоноре сделали трепанацию черепа, удалили гематому. А после титановыми пластинами скрепили кости черепа. Старшая сестра принесла зеркало. И хотя это было желание самой Элеоноры, она испытала шок.
«Я была без волос, лицо опухшее, отекшее, со швами, – вспоминает она. – Следы на лице до сих пор остались».
Когда старший сын Давид увидел маму после операции, он сказал: «Это не моя мама. Вы меня обманываете». Потом, конечно, Давид маму признал. Но из-за состояния здоровья Элеонора не смогла прийти на его первую линейку. Переживает до сих пор.
А малышом занималась свекровь. Мальчика назвали Тимуром. Первый год жизни он так и жил с бабушкой, из-за проблем с левой рукой Элеонора не могла поднять его, накормить, поменять подгузник. Это тоже ее боль. Она помнит, каково это, держать на руках старшего сына, а вот с младшим этой радости не случилось.
Принять случившееся ей помог психолог в реабилитационном центре. Первый год жизни после инсульта Элеонора вспоминает как ад, полный физической и душевной боли. Стать инвалидом в 33 года – серьезное испытание. Психолог и реабилитологи настроили ее на жизнь и борьбу.
Элеонора прошла несколько реабилитаций – в Макеевке и Московской области. Она научилась потихоньку вставать, ходить, надевать и снимать одежду. Дома Элеонора передвигается без трости, на улице с тростью может пройти до 500 метров. Но пока выходить из дома ей страшно – из-за спастики трясутся ноги.
Сейчас Элеонора живет с двумя детьми одна. Может убраться, приготовить сама. Сестра подарила ей специальную адаптационную доску, на которой можно нарезать хлеб, почистить овощи. Одной рукой может одеть младшего сына.
«Не могу только на высоту подняться. Например, не получается принять ванну, нужна помощь», – говорит Элеонора. Много помощи она получает и от старшего сына, и от сестры. Но ей хочется стать более самостоятельной.
Для этого нужно ехать в подмосковный центр реабилитации «Благополучие». Именно здесь ей дважды хорошо помогли. Помогут и в третий. Эксперты считают, что у Элеоноры хороший шанс научиться проходить с тростью около 2 км, подниматься на четыре лестничных пролета без посторонней помощи и перерыва, удерживать предметы, разгибать и сгибать ладонь.
Но все упирается в деньги. Пройти реабилитацию бесплатно возможности нет, так как в ДНР еще не оформляют ОМС. Единственный местный центр реабилитации сейчас принимает только военных. Стоимость реабилитации в Подмосковье – 283 500 рублей.
Семья живет на очень небольшой доход. Это пенсия по инвалидности и помощь сестры, всего 15 000 рублей. Элеонора сейчас оформляет детские пособия, но их еще не утвердили. Тяжелая жизнь жительницы Донбасса сейчас тяжела вдвойне. В наших с вами силах сделать ее немного легче.
Текст: Алена КОРК
Фото: Ольга ТРИФОНОВА
Опубликовано 18.05.2023