Мне было лет шесть, я болтался на улице, когда из за угла на своём велосипеде вырулил мой отец, возвращаясь с работы. "Папа!!!" - радостный подбежал к нему. Подхватив сильными руками моё тщедушное тельце, отец усадил меня на закрепленное, к раме велосипеда, фанерное сиденье. Мы «помчались» по улице в сторону леса.
Такие поездки случались крайне редко. Пожалуй, эта была третья, когда мы с отцом вдвоём выезжали за город в лес. Нет, нельзя сказать, что отец совсем не уделял мне внимания. Летом в погожий единственный выходной день (тогда ещё была шестидневка), мы всей семьёй отправлялись на Урал. В красочном месте слияния рек Урал и Чаган, многие любили отдыхать семьями.
Отец грузил на багажник велосипеда самовар, на руль вешал сетки с провиантом, меня усаживал на сидение, прикреплённое к раме, и мы катили к месту отдыха. Там, находя припрятанную в кустах самоварную трубу, ставили самовар. Он уже пыхтел, когда мама с сёстрами приходили пешком.
Пили чай, купались, загорали. Я удил рыбу, и каждый раз был с уловом – для кошки Машки на ужин хватало! Эти выходные мне запомнились на всю жизнь. Но это в присутствии мамы, а без неё, не всё складывалось гладко.
Когда мне было полтора года, во второе в моей жизни лето, отец, отправляясь за грибами, взял меня с собой. Расстелив на лужайке простынь и усадив на неё меня, отправился собирать грибы. Нашёл отец грибы или нет, история умалчивает, а я нашёл.
Когда вернувшись, отец обнаружил меня жующего, а в сжатом кулачке ножку от ядовитой бледной поганки, он пришёл в ужас. Тщетно пытаясь вызвать мне рвоту, он схватил меня и помчался домой. «Тудыт твою мать – заорал отец, обращаясь к ошарашенной маме – где молоко?». «Какое молоко? – не поняла мама – нет у нас молока».
«Саша поганку съел» - наконец то, объяснил отец, перепуганной маме. Мама не растерялась и предложила: «Вася вези Сашу к Жени, они, наверное, только что козу подоили». «Растудыт твою мать» – гневался отец, водружая меня на сидение велосипеда. До дома Евгении Григорьевны было 6 кварталов. Всю дорогу мама бежала следом, не отставая от велосипеда.
Козу действительно только что подоили. Меня тут же стали отпаивать молоком. Выпитое свежее козье молоко, тут же возвращалось рвотой в виде сваренных лепёшек. Отец часто вспоминал, сокрушаясь – «Это надо же какой сильный яд в поганке, молоко сваривалось мгновенно».
Меня удалось спасти, очистив желудок по средству козьего молока. А если бы отец задержался в лесу, или, скажем, молока не оказалось… Пожалуй тогда бы моё пребывание в этом мире и закончилось. Хорошо или плохо? Трудно сказать. Много горя не довелось бы мне пережить, но и счастья тоже.
Второй раз отец взял меня с собой купаться. Я, в четырёх летнем возрасте совсем не умел плавать, ползал вдоль берега, упираясь в дно руками. А тут меня подкараулила ямка, не более полуметра глубиной. Не ощутив дна руками я, окунувшись в воду с головой, хлебнул воды и стал… тонуть. Сильные отцовские руки подхватили меня и как щенка выбросили на берег. Перепуганный до полусмерти, я откашливался, плакал сидя на песке.
Дважды отец выезжал со мной на природу, и оба раза «удачно». «Бог любит троицу» – говорят в народе. В третий раз обошлось без эксцессов. Когда через час – полтора я вернулся, жив, здоров, не отравившийся, не утонувший, а с букетом цветов и листьев - абсолютно счастливым!!!!!