Суд 26 мая огласит приговор по делу об афере с имуществом дочери Баталова

Замоскворецкий суд Москвы назначил на 26 мая оглашение приговора по делу о мошенничестве с наследством народного артиста СССР Алексея Баталова. «Суд удаляется на вынесение приговора, который будет оглашен 26 мая в 11:30», — сказала судья Ольга Багрова.

Ранее, 18 мая, подсудимый Михаил Цивин выступил с последним словом. Он говорил более двух часов и заявил о своей невиновности, под конец попросив вернуть дело прокурору на доследование. Он заявил, что он и его жена Наталия Дрожжина заботились о дочери Алексея Баталова Марии Баталовой, страдающей с рождения диагнозом ДЦП.

«Дрожжина убедила себя, что забота о Маше — это божий промысел, так как своих детей у Наташи не было и она поклялась Алексею Владимировичу (Баталову), что она ее не бросит», — сказал подсудимый, который под финал процесса, 18 апреля, был арестован за то, что отказывался сообщить местонахождение жены, не являвшейся на заседания.

Он утверждал, что вместе с супругой не только организовал уход за Марией Баталовой и ее матерью, но и помогал деньгами. Так, по его словам, женщины получали от 150 тысяч до 300 тысяч рублей за участие в различных телепрограммах и интервью.

Ранее в ходе прений сторон, прокурор запросил для Михаила Цивина семь лет лишения свободы со штрафом 400 тысяч рублей, а для его супруги Наталии Дрожжиной — шесть лет заключения со штрафом 200 тысяч рублей. Третьего подсудимого, нотариуса Дмитрия Бублия, гособвинитель предложил осудить на пять лет лишения свободы в колонии общего режима со штрафом 200 тысяч рублей. Последнему прокурор предложил запретить после освобождения заниматься деятельностью, связанной с совершением нотариальных действий сроком на три года.

Прокурор счел доказанной вину Цивина и Дрожжиной в мошенничестве в особо крупном режиме (ч. 4 ст. 159 УКРФ), а Бублия — в пособничестве в совершении этого преступления (ч. 5 ст. 33, ч. 4 ст. 159 УК РФ) и в злоупотреблении полномочиям нотариуса (ст. 202 УКРФ).

В сентябре 2020 года 85-летняя вдова Баталова Гитана Леонтенко обратилась с заявлением в Следственный комитет, указав, что не подписывала договоры ренты в интересах своей дочери. Согласно материалам дела, она, действуя от имени 52-летней дочери Марии Баталовой, у которой с рождения ДЦП, подписала по доверенности в сентябре 2019 года три договора пожизненного содержания. В соответствии с ними дочь актера передала Дрожжиной в собственность студию отца в доме № 2 на улице Серафимовича общей площадью 21,6 квадратного метра, одну треть доли в пятикомнатной квартире в том же доме (общая площадь жилища составила 104,7 квадратного метра), а также квартиру в 1-м Самотечном переулке площадью 54,7 квадратного метра. Адвокаты Дрожжиной и Цивина настаивали, что подписи на документах подлинные.

Тем не менее следствие констатировало, что обвиняемые завладели не только имуществом, но и деньгами потерпевших, сняв в 2019-2020 годах с расчетных счетов более 20 млн рублей.

Что же касается нотариуса Дмитрия Бублия, то именно он, как выяснило следствие, изготовил три договора пожизненного содержания Марии Баталовой и заверил их без соблюдения предусмотренной законодательством процедуры. В результате данных действий потерпевшим был причинен ущерб на общую сумму более 57 млн рублей, констатировал СК.

Прокуратура, которая провела проверку, пришла к выводу, что Леонтенко действовала под влиянием обмана, подписывая договоры пожизненного содержания. По словам адвоката Юлии Антоновой, представляющей интересы семьи знаменитого актера, Гитана Леонтенко подписывала очень много документов, которые приносил ей муж Дрожжиной, юрист Михаил Цивин, не разъясняя их значение.

В октябре 2020 года суд избрал Цивину и Дрожжиной меру пресечения в виде запрета определенных действий. В ходе судебного процесса, который длился с февраля 2022 года, они свою вину не признали.

Замоскворецкий суд Москвы в апреле 2022 года по иску прокуратуры в интересах дочери актера Марии Баталовой признал недействительными договоры пожизненного содержания с иждивением, заключенные с Дрожжиной, а также применил последствия недействительности указанных сделок.