И началась у ведьмы жизнь спокойная, наполненная приятными хлопотами. Перво-наперво запаслась Яга всякими кореньями и травами, засушила по всей науке, чтоб и зимой, когда накроет мохнатым снежным покрывалом землю, и отвар травяной заварить, и зелье целебное.
Любуясь на вышивку Василисину, перебрала ведьма сундук, отыскала там разноцветных отрезов, да нашила себе платьев и сарафанов. А и ничего, что одинешенька в лесу, всякой девице нарядные платья по нраву.
Баюн в избе всех мышей изловил, да такой страх на прочих напустил, чтоб и соваться не думали. Погрызут ещё запасы ведьмины, она церемониться не станет, враз кота выгонит. Вот и старался Баюн Яге помочь, уж больно не хотелось из уютной избы в дикий лес уходить. Да и ведьма ему нравилась: добрая, но справедливая.
По утрам ходил кот к Иладе на реку, рыбу ловил да новости выспрашивал. Дюже боялся он, что Кощей избу отыщет. Знатно они его разозлили. Вот только ничего о Бессмертном не знала Илада, кроме того, что сидит он в замке своём лесном, да ужас на сестёр её наводит. Но такое с ним и раньше бывало, главное, что никто за беглецами не гнался.
Яга же, пока Баюн добывал карасей, хлопотала по хозяйству. Расставляла склянки, сажала цветы и кусты вокруг избы. Избушка же, нрав у которой оказался весёлый и беспокойный, не обращая внимания на гневные крики ведьмы, уже в шестой раз вытаптывала едва пробивающиеся ростки. Не сиделось ей, бедняжке, на одном месте.
Так и жили: днём хозяйничали, а по вечерам, едва солнце касалось макушек деревьев, садились на крылечке, да байки друг другу рассказывали. Вспоминал Баюн жизнь свою у княжны, а Яга слушала, да заливисто смеялась.
*****
Уж почитай седьмой день бродил Серый волк по деревням и сёлам, выискивая да вынюхивая. Даже как-то в город забежал, да еле ноги унёс: бросились на него мужики с вилами, выгнали к ближайшему лесочку. Решил тогда волк, что в деревне с девицами попроще будет. Вот и искал такую, чтоб как Кощей просил: стройную, как берёзка, с лазурными глазами и русыми косами. И вроде девиц ходило видимо-невидимо, да всё не то. Крепкие, бойкие, розовощекие да крутобокие девахи Бессмертному теперь вряд ли по нраву придутся. Хотя сам Серый полагал, что чем девица румяней - тем приятнее. Но было в ведьме, что Кощея приворожила, что-то такое, особенное. Сила в ней чувствовалась, да не такая, чтоб поленья рубить и тяжёлые вёдра таскать, а внутренняя, глазу не видимая. Хоть и была она тонкая, как тростиночка, да не нашёлся ещё тот, кто сломать бы её смог.
Искал волк девицу для Кощея, искал, пока от усталости выть не захотелось. Ухватил он тогда ту, что больше всех на ведьму похожа была, да и отправился в замок в надежде, что отпустит Бессмертного тоска.