Зашла после хлопот по хозяйству в дом, решила чайку попить и прикинуть дальнейшие планы. Вспомнилась сказка Степана Писахова "Как поп работницу нанимал".
Сказка длинная, кто захочет - поищите в интернете, там есть над чем посмеяться и задуматься... Но я не жалуюсь на жизнь, я о другом.
Живя в городских благоустроенных квартирах, мы освобождены от большого объема забот: тепло и вода поступают к нам без нашего участия, и нам не нужно тратить на это время. И всё равно жалуемся, что времени на творчество и самореализацию нам не хватает...
Вспоминаю своих бабушек.
Папина мама - начальное образование, революция и гражданская война в детстве, Великая Отечественная и оккупация в юности (она жила тогда на Украине, где-то под Золотоношей). Замужество, трое сыновей и муж - инвалид войны. Так получилось, что с нею я проводила очень мало времени, и узнать ее хорошо я не успела. Но от неё остались на память вышитый крестом ковер (когда-то настенный, а после доживший свой век на полу на даче) и льняная простынь, вышитая по краю полосой цветочно-травяного мотива шириной в 20 см. Без всякой канвы, мельчайший крест, абсолютно точное повторение рисунка на всем её протяжении... А еще огород, корова, лошадь, свиньи...
Мамина мама. Её мама трагически погибла, когда бабушка была маленькой: зимой сбил трактор на мосту реки. Её так и не нашли, бабушку воспитывал больше не женившийся отец. Бабушка родилась в 1915 году, жила здесь, в Сибири, и войну она встретила уже достаточно взрослой. Работала в пункте переливания крови санитаркой, сдавала кровь для раненых... Сколько жизней она спасла, сколько людей в стране теперь наши родственники по крови - я не знаю. Об этом как-то не говорилось.
Не говорилось и о том, как жили после войны, как ездила на свидание к осужденному мужу в Ложковский Сиблаг, как потом "на помочах" всей улицей копали землянки и строили взамен их хибарки те, кто могли селиться лишь "за 101 километр". Ей было 58 лет, когда я родилась - и лишь тогда она вышла на пенсию, чтобы " водиться" со мною.
Во дворе у нас были куры, кролики, козы... Бабушка умела теребить пух и прясть, а потом из этих достаточно грубых и колючих ниток вязала носки для всей семьи. И они были самые теплые и красивые. А ее суп, сваренный на печке-голландке, я не встречала больше ни у кого. Бульон был золотисто-прозрачный, видна была каждая лапшинка на дне чашки, а сверху плавали абсолютно одинаковые кругляши-жиринки, как будто их кто-то по размеру подбирал и раскладывал в чашки...
Они не планировали, они просто жили. Садились за стол, не перекрестив лба, но на ночь всегда шептали "господи, помоги". И он помогал, всем и всегда.
А мы решаем, что первоочередное, что не по плану... Любовь и забота - вот что по плану и вне всяких очередей. Помоги, Господи!