Это — реальная история женщины, которая в данный момент живет в Харькове. Её мне пересказывают соседи героини этого рассказа. Через призму некого специфического восприятия, тем не менее, можно получить определенное впечатление и даже информацию
------------------
Часть вторая. Начало - здесь.
...А после того, как жители города начали массово выезжать, и харьковские улицы опустели, мои охотнички вышли на промысел...
Там же на Северной Салтовке куча квартир пустует. Так они туда и повадились. С кувалдой, ломиком, и ещё черт знает каким инструментом. А там же добра! Ну, это если дверь выломать удастся. Ночью-то нельзя, комендантский час, так они с утра пораньше. И телевизор крутой мне подогнали, и одежды кучу. А уж спиртного! Какой дурак будет, уезжая бутылки с собой брать? Мы тут и виски, и джин, и текилу пили. Если честно, - ничего особенного.
Золота и денег, конечно, практически ни разу не встречали... Ну, и ладно. Всегда продать что-то можно.
Один раз, правда, их теробороновцы его там взяли, но потом отпустили. Сумки с добром только забрали себе. Сказали, ещё раз поймают — убьют. Ну, похоже, просто пугали. Оно им надо? А ментов сейчас вообще как-то меньше стало видно. То ли служат все, то ли им другими делами заниматься надо... Короче, баб точно никто не трогает. А мужикам да, тем — хуже. У Толика уже две повестки на руках, но он как-то выкручивается, прячется. У меня больше отсиживаться стал.
И вечно ещё эти споры затевает. "Ты за белых или за красных?" Как в старых советских фильмах. Да какая разница, можно подумать, от нас что-то зависит. И вообще, я девушка одинокая, разведённая, кому я нужна?
Раньше соседи в полицию частенько сообщали, когда мы допоздна музыку громко крутили. Дети-то мои привыкшие, спят под любой грохот, а этим, видите ли, мешает. Так я теперь все-таки стараюсь потише. Времена смутные, ну его! Тем более, по ночам шастать нельзя. Если пришёл уже в гости — сиди до утра. С другой стороны, - чего не сидеть, просто в прежнее время удавалось выйти за бутылкой, если не хватило. Теперь – нет.
Я этим придуркам сказала, чтобы в нашем районе по чужим квартирам они не шарились. Во-первых, узнать могут, а во-вторых, есть правило такое, его соблюдать надо.
Тем более, что возвращаются в Харьков очень многие. Приезжают, заходят, а тут — половины вещей нет, и все вверх дном. И ладно бы, если в дом снаряд попал, а то нет, стоит целенький, только дверь выломана, или окно.
У меня брат двоюродный на Донбассе живёт. Он давно всякую гадость употреблял. Так вот, ещё задолго до всей этой заварушки он успел выехать в Россию, куда-то в белгородскую область. Он и там, дурак, не остановился, завёл новых друзей, ещё и торговать начал. А там, поговаривают, с этим ещё строже. Тем более, что он сильно не прятался, вот его местные и заложили. Но ему по первому разу срок небольшой дали, он отсидел, и его экстрадировали назад. Сокрушался, волосы на себе рвал, клялся и божился, что завяжет. Его потом воевать забрали. Родители там живут. Похоронили брата недели три назад.
Горюют.
Нынче вообще очень много молодых хоронят. Ко мне один бич приходит, он подрабатывает, могилы на кладбищах копает, когда не в запое. Страшные вещи рассказывает. Работы говорит, полно, не успевают ямы рыть. А они всё прибывают и прибывают, конца-края нет. Сейчас этот похоронный бизнес хорошо развивается. И памятники на могилы. Многие занялись, неплохие деньги зарабатывают. Но это — хозяева. Работягам платят копейки.
Зато там всегда есть что пожрать и выпить. Руководитель как на военной службе. Ему звонят, сообщают что новая партия прибыла, он тут же вскакивает, собирает людей и выезжает.
Мой Вовка как услыхал, — так заинтересовался, думал подработать. Так я ему сказала, чтобы и не заикался. Тем более, со школы тут звонили, вызвали. Вроде как по поводу его успеваемости и поведения. Но я не пошла, что мне там делать? Они педагоги, вот пусть голову и ломают, их этому учили.
Говорят, хамит. А со мной он вежливый, знает, что у меня рука тяжёлая, могу и кастрюлей по голове стукнуть. Не сильно, конечно, но чувствительно, шишка будет. Бывало уже такое. А то, что они справиться не могут — это их проблемы. У меня же получается, а у них — нет.
И совсем я не толстая, я за собой слежу. Сладкого стараюсь не есть, и вообще. Косметикой пользуюсь, губы крашу. А то тут один мне высказал. Я его сразу с лестницы спустила. У меня нрав крутой.
Мне даже военный из дома напротив глазки строит. Серьёзный такой, в военкомате служит. Они как раз и занимаются тем, что повестки народу раздают. Выходят с утра куда-то, и засаду устраивают. То возле метро, то возле супермаркета, то на блокпостах. Там за каждого призванного им что-то платят. В наше время это — главные люди в городе, с ними ссориться нельзя. Тем более, выгодно иметь такое знакомство.
Но он так откровенно намекает, что меня даже в краску вгоняет. Я же девушка порядочная, а не какая-нибудь. Он считает, что, если у меня проблемы с алкоголем, так я и на все готова. А я только по любви.
Ну или по симпатии взаимной. У меня никогда не было просто так.