Индия объявляет о том, что кампания по возвращению реликвий на историческую родину станет ключевым направлением внешней политики действующего премьер-министра страны Нарендры Моди. Сформируется какая-то миссия, индийские дипломаты в нее входят. Символически это называется «Час расплаты за прошлое». Кто-то куда-то поедет, какие-то письма и т.д. Почему сейчас? Индийцы много лет и много раз говорили: «Вы у нас награбили. В годы колонизации вывезли дары господства Британской империи на Индостане». А сейчас они это объявляют как одно из стратегических направлений внешней политики. Вряд ли британские музеи испугались.
Сергей Михеев: Все довольно понятно. Запад сейчас ищет подходы к Индии. В первую очередь американцы. Они очень хотят перетянуть Индию на свою сторону в контексте возможного конфликта и противоборства с Китаем, а также в контексте отношений с Россией. Им бы очень хотелось, чтобы Индия присоединилась к санкциям против России. Думаю, что Индия ни того, ни другого делать не будет, а будет делать ровно то, что ей сейчас выгодно. Но она понимает момент и им намекает: «Вы вокруг нас все крутитесь. Давайте что-нибудь пришлите!»
Хотя бы часть.
Сергей Михеев: Например, то, что вы награбили. А если посмотреть на европейские и американские музеи, они примерно на 75% состоят из награбленного добра. Давайте скажем напрямую: награбленного! Что такое британские музеи? Это артефакты, вывезенные из британских колоний. Они разве их законно забрали? Да они никого не спрашивали! Они приезжали, поубивали там всех... Они даже ничего не покупали: просто забирали и увозили к себе в Британию. Вот и всё. В Америку многие вещи попали не таким способом: они покупались, в основном. Но большинство европейских музеев комплектовались именно таким способом.
Все европейские государства, имевшие колониальные империи (Великобритания, Франция, Испания, Португалия когда-то, в меньшей степени Германия), несомненно, переполнены награбленным добром. А британцы в этом смысле на первом месте. Потому что Британская империя когда-то была самой большой, и вела самую грабительскую политику в отношении своих колоний, вывозя оттуда всё, что можно было вывезти. Поэтому все британские «кладовые» переполнены награбленным добром.
Вы допускаете, что британцы чем-то пожертвуют, отдадут индийцам что-то, чтобы был внешнеполитический эффект?
Сергей Михеев: Алмаз магараджи. Что-то одно могут дать чисто символически. Но я думаю, что британской «широты души» и на это не хватит. Теоретически могли бы отдать… А еще знаете, почему индийцы сейчас апеллируют? Потому что Риши Сунак премьер-министр.
То есть, они пользуются, потому что там свой.
Сергей Михеев: Конечно, они пользуются этим. Здесь пытаются играть в свою игру: предки Риши Сунака выходцы из Индии; и они говорят: «Братец, ты что? Мало того, что ваша Великобритания когда-то нас ограбила. Ты сейчас воссел – давай что-нибудь сделай для нас, для братьев». Думаю, что они на это рассчитывают. Пойдет ли Риши Сунак на какие-то символические вещи? Теоретически, наверное, может. Но это может быть очень ограниченная акция. А может и не пойти, потому что, хоть он не англосакс, но англосаксонским духом уже пропитался. Англосаксы никому никогда ничего по доброй воле не возвращали.