Житель Левобережного района Воронежа Антон Вурц стал участником СВО добровольно. В октябре прошлого года он самостоятельно пришел в военкомат, чтобы заключить контракт. Сейчас находится в отпуске, по окончании которого вернется в свою часть. За его плечами уже был военный опыт, полученный в Чечне, в 2006 году.
– Антон, скажите, как ваши родственники отнеслись к решению пойти служить в зону СВО?
– Жена поплакала, конечно. Но вместе с тем она видела мое стремление, понимала, что не могу остаться в стороне. Когда видел новости о погибших детях Донецка или Луганска, слезы наворачивались. Очень жаль их, представляю, каково было родителям – у меня самого есть дети. Хочется поскорее прекратить это. Защитить тех, кто безвинно страдает. Понятно, что из Украины целенаправленно делали угрозу для нашей страны, готовили к войне. Так что я сам пришел в военкомат, сказал, что хочу добровольцем пойти, а мне сказали: “Да вы и по мобилизации подходите нам”. Так и пошел.
– Сколько длилась ваша подготовка, перед тем как вы отправились в зону спецоперации?
– Полтора месяца мы проходили подготовку в пределах Воронежской области. Нас хорошо потренировали. Я вспомнил прежние навыки, подтянул физическую форму. С первого дня нас поставили на вещевое и денежное довольствие, и в дальнейшем все выплаты мы получали, в основном, своевременно. А затем – Луганская область, Кременная, Сватово…
– Сложно адаптироваться к жизни в зоне боевых действий?
– У меня уже был боевой опыт, полученный в Чечне, и я знал куда шел. Вообще-то, все со временем становятся полноценными бойцами. С нами был парень, который очень сильно волновался. Во время прохождения подготовки все спрашивал - ну как там все будет? Я ему тогда сказал, что раз подписал контракт, то – держись. Иначе, как я могу рассчитывать на человека, который не уверен в себе? Я просто не смогу доверять ему в боевой обстановке. Это подействовало. Теперь он уже бывалый боец.
В основном, хочу сказать, ребята здесь толковые. На них можно положиться.
– Как протекает жизнь на передовой?
– Две недели на «передке» – в окопах и землянках. Потом вывозят в пункт временной дислокации, где можно помыться в бане, отдохнуть.
– То есть быт налажен?
– В целом, да. Как я сказал, есть баня. Когда отводят на отдых, в первую очередь идем мыться. Есть и стиральная машина. С родными связаться можно во время отдыха.
– В чем заключается ваша служба?
– По первой воинской специальности я – наводчик-оператор БМП, но здесь служу пулеметчиком. Наша задача поддерживать штурмовые подразделения, удерживать занятые позиции.
– Кто воюет со стороны Украины? Наемников много?
– Лично наемников я не видел. Были слухи, что где-то поляков много видели. А те, с кем сталкивались мы, говорили по-русски. Даже материли нас русским матом. И основной командный язык у них русский, хотя, и на украинском речь слышна тоже.
– А с нашей стороны? Кто сейчас идет служить по контракту?
– Люди разные приходят. И это не только ветераны боевых действий. По идейным соображениям приходят порой даже не служившие в армии. Например, со мной служит профессиональный музыкант. Он всю жизнь посвятил музыке, но благодаря своему слуху очень точно определяет место, куда был прилет. Для корректировки огня навык бесценный. А во время отдыха отлично играет на гитаре и поет.
– То есть если к вам придет человек с небольшим армейским опытом, или вообще без такового, ему тоже найдется применение?
– Подразделения пополняются контрактниками, добровольцами. Если кто-то чего-то не умеет, мы его всему обучим, подскажем, что и как, поможем. Здесь так: каждый друг другу помогает – от этого многое зависит. Да и местные относятся к нам хорошо, в основном. Бабушки молоком угощали, домашними заготовками.
– В отпуск без проблем отпустили?
– Да. Надо же побывать дома, повидать семью. Отпуска зависят во многом от решений командиров. От того, насколько острая обстановка. Какое-то количество личного состава, если есть возможность, командир может отпустить на побывку. Отдыхать тоже надо.
– В отпуске время быстро летит?
– Оглянуться не успел, как две недели минуло. Но по своим товарищам я тоже скучаю. Хочу их увидеть снова.
…Мы проговорили недолго. По завершению беседы Антон признался, что никогда в жизни еще не давал интервью. Улыбнулся, попрощался и ушел - обычный трудяга, привыкший рассчитывать на себя – свои руки, свои силы, верящий в семью, любящий детей и твердо уверенный в том, что его действия сейчас и есть единственно правильный выбор.
Героизм – это ведь не что-то яркое и пафосное. Чаще всего, это то, о чем даже не задумываешься. Как не задумывается об этом обычный воронежец, житель Левобережного района Антон Вурц, добровольцем отправившийся на СВО, вернувшийся в отпуск к семье и уже собирающийся обратно. Потому что он нужен не только тут, но и там. Удачи ему во всем.
Игорь Алексеев