Деревня наша стояла в окружении леса. В какую сторону не пойди, все одно- сосны, елки и редкий березняк. Была некая граница перехода светлого леса в темный, да и были люди, которые знали заветные тропы, уходя в глушь, и, возвращаясь обратно с лесными дарами.
Что надо мальчишкам- набегаться за день как следует, выпить крынку молока с хрустящей горбушкой и спать без задних ног. Футбол и кино в клубе — это те развлечения, которые надо было заслужить. Вроде кино- пятачок, пустяк, но это были в то время деньги, да и настоящий футбольный мяч был тоже большой редкостью и стоил немало. Вся без исключения деревенская ребятня помогала своим родителям, бабушка и дедушкам по хозяйству. Молодые ноги крутили педали, и велосипед «Орленок» нес загоревшего хлопца на картофельный огород для сбора жуков, утренняя роса мочила его резиновые сапоги под свист косы, а рот, язык и небо становились фиолетовыми от съеденной черники после набранного трехлитрового бидона.
У нас всегда было желание проявить самостоятельность, что значило не перечить и пререкаться, а совершить достойный поступок для семьи, чтобы все сказали, что ты вырос и стал добытчиком. По этой причине мы ловили ротанов, из которых бабушки варили суп, пасли деревенское стадо, не прося ни копейки за работу, собирали грибы, с которыми жарилась вкуснейшая картошка. Однако, не всегда наше рвение приносило только пользу, бывали и весьма хлопотные моменты.
Мой сосед и товарищ по совместным проделкам Серега-Рыжий не входил в число особо рвущихся помочь своим близким, чаще он жаловался на головную боль или тошноту, чтобы откосить от работы. Порой, в нем просыпалось рвение, подогреваемое завистью, что у кого-то что-то есть и получается, а у него никак. Тот год выдался грибным, и соседи тащили крепкие боровички огромными корзинами из темного леса. Мы довольствовались сыроежками, собранными в посадке до узкоколейки, которая была некой границей. За границу можно было ходить только с разрешения со взрослыми, знающими путь.
Хоть Рыжий и был вредный, но сжималось его сердце от обиды, что нет дома жареной картошки с грибами. Его бабушка еле передвигалась по причине различных возрастных болей, и дед ходил на протезе, поэтому никто не мог его побаловать дымящейся пахнущей снедью, и, Серега, не сказав никому ни слова, отправился рано утром в лес за белыми.
Солнце ярко поднималось над горизонтом, пуская проблески средь березовых веток и освещая тропу. Сыроежки, рыжики и прочие «недостойные» грибы он решил не брать, поэтому ускорял свой шаг, направляясь в район Дубового, откуда второго дня родители Андрюхи принесли три ведра отборных лисичек и небольшую корзинку белых. Высокие елки начали водить вокруг хоровод, зазывая целеустремленного грибника все глубже и глубже, а потом тропинка исчезла, но появились «серьезные» грибы, и он, охваченный страстью сбора, скакал от одного белого к другому или опускался на колени для срезки множественных лисичек и не заметил, что лес стал хмуриться и темнеть- путь был потерян.
Серегу нашли на следующий день ближе к обеду. Самое странное, что он сидел на поваленной сосне в ста метрах от выхода из леса и стонал так, что, наверное, все лесные звери давно разбежались. Когда его привели домой, бабка Дарья, собиравшаяся ночью помирать и принимавшая сердечные, взяла большую палку, замахнулась, и, начала охаживать внука по спине. Рыжий уклонился от ударов и бросился со слезами к ней на грудь, прося прощение. Сердце старушки растаяло, и она начала его жалеть, лохматя пальцами солнечную шевелюру и успокаивая любовными словами.
Вечером Серега вышел во двор к лавке, где собрались вся соседская ребятня. Дома его накормили, напоили, отогрели, и он выглядел, как начищенный полтинник, иначе не скажешь. Помявшись на месте и взглянув на небо косым взглядом, он начал брехать, что вообще не испугался и даже был готов драться с волками, чьи сверкающие глаза он видел в ночи, но, с его слов, они почувствовали бравое сердце и огромную силу, исходившую от него, испугались и убежали, а то, что его нашли плачущим и орущим, так это все были выдумки тех, кто безуспешно хочет оболгать настоящего следопыта (так он себя назвал) -Серегу-Рыжего.