Если вспоминать громкие истории из Криминального Куйбышева, то "Дело Бережного"- одно из самых громких и... загадочных. Очень громко началось и тихо закончилось.
Из воспоминаний полковника госбезопасности Сергея Георгиевича Хумарьяна (на тот момент работал в отделе контрразведки управления КГБ по Куйбышевской области):
"На моей памяти было еще одно крупное дело с окраской «терроризм», но уже по второй линии, которое получило название «Капкан». Вечером 4 февраля 1981 года в Москве, во время пребывания в командировке, в результате террористического акта был убит Игорь Александрович Бережной – секретный генеральный конструктор ККБАС (Куйбышевского конструкторского бюро автоматических систем – особо режимного предприятия Минавиапрома СССР)".
«Строго секретно. Генеральному секретарю ЦК КПСС, Председателю Президиума Верховного Совета СССР тов. Брежневу Л.И.
4 февраля 1981 года около 19 часов 30 минут на ул. Кирова в гор. Москве в своей служебной автомашине при вскрытии взрывного устройства типа «ловушка», закамуфлированного под коробку с лекарствами и переданного через сотрудников, погиб от взрыва главный конструктор Куйбышевского конструкторского бюро автоматических систем (ККБАС) Министерства авиационной промышленности СССР Бережной Игорь Александрович, 1934 года рождения, доктор технических наук, профессор.
В связи с тем, что Бережной И.А. являлся кандидатом в члены Куйбышевского горкома КПСС, депутатом горсовета и руководителем ККБАС, занятого разработкой важных оборонных тем, уголовное дело по факту гибели Бережного И.А. возбуждено 5 февраля 1981 года Следственным отделом КГБ СССР. С учётом личности погибшего и обстоятельств его гибели по делу выдвинуты и прорабатываются несколько следственных версий, в том числе террористический акт, диверсия или другое государственное преступление. О ходе расследования буду регулярно докладывать вам лично.
Председатель КГБ СССР Ю.В. Андропов»
КГБ рьяно взялось за расследование. И результаты не заставили себя ждать. Игорь Александрович Бережной родился 21 апреля 1934 года в Самаре (в других источниках – в городе Балашове). В 1951-1957 годах он учился в Куйбышевском авиационном институте, затем работал здесь же на кафедре физики и на кафедре прочности летательных аппаратов, а также в центральной лаборатории Воронежского авиационного завода. Уже в те годы Бережной проявил себя как талантливый экспериментатор. В 1966 году он защитил кандидатскую диссертацию, и вскоре при содействии авторитетов авиационной промышленности Туполева, Антонова, Мясищева и других было создано ОКБ «Шасси самолётов и вертолётов» - специально «под Бережного». В 1971 году он успешно защитил докторскую диссертацию, а в 1972 году на основе названного выше ОКБ в составе Куйбышевского агрегатно-производственного объединения было образовано конструкторское бюро автоматических систем (ККБАС), которое Бережной и возглавлял до самой своей смерти в 1981 году. Он был автором более чем 200 научных работ, множества изобретений и научно-технических разработок в сфере авиационной и космической техники. Самой известной из них стала лазерная система посадки самолетов «Глиссада», которая с конца 70-х годов успешно используется в аэропортах нашей страны и других государств мира.
Из рассказа Александра Анатольевича Щупакова (председателя постоянной сессии Куйбышевского областного суда):
"В тот роковой февральский день 1981 года на проспекте Кирова в Москве к Бережному, садящемуся в этот момент в свою машину, подошёл либо сам Беренштейн, либо кто-то им посланный, и передал Бережному коробку, якобы с лекарствами, которую нужно было для кого-то отвезти в Куйбышев. Расчёт был на то, что Бережной, как человек любопытный, обязательно откроет эту коробку и посмотрит, что там внутри. Это и случилось всего через несколько секунд после того, как начальник ККБАС сел в машину. При вскрытии им коробки произошел взрыв, и Бережной погиб на месте происшествия".
Из материалов дела (№ 6-1-54-1985, Том 1, Л.л. 27-28):
"В ходе расследования Комитетом Государственной безопасности СССР уголовного дела о гибели главного конструктора Куйбышевского конструкторского бюро автоматических систем Министерства авиационной промышленности СССР Бережного И.А. были вскрыты данные о том, что в указанном конструкторском бюро, руководителем которого являлся Бережной И.А., на протяжении ряда лет имели место различные злоупотребления, в частности: учёт товарно-материальных ценностей и финансовых операций осуществлялся с нарушением установленных положений; необоснованно списывались приобретаемые за счёт средств бюджета различные товарно-материальные ценности; в нарушение существующего законодательства зачислялись в штат предприятия по совместительству и на временные работы лица, которые, не вкладывая какого-либо труда, получали крупные суммы вознаграждений в виде зарплаты; необоснованно выплачивались средства за содействие рационализаторской работе; для проведения различных испытаний собственные и арендованные самолёты широко использовались для пассажирских перевозок и иных неоправданных вылетов, полётов в командировки, отпуска, для посторонних лиц; велось капитальное строительство неплановых объектов. Имели место и другие нарушения хозяйственно-финансовой дисциплины.
Эти материалы Следственным отделом КГБ СССР были выделены в отдельное производство и направлены в Прокуратуру СССР, где 25 августа 1981 г. было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ст. 170 ч.2 УК РСФСР.
Проведённым Прокуратурой СССР по настоящему уголовному делу предварительным расследованием установлен ряд должностных лиц Куйбышевского конструкторского бюро автоматических систем, которые длительный период занимались хищениями государственного имущества.
Так, в частности, выявлено, что на протяжении 1977-1980 годов хищением материальных ценностей систематически занимался бывший начальник технического отдела ККВАС Нерозя Г.А., который расхищал материальные ценности как самостоятельно, так и по предварительному сговору с бывшим начальником специального технического бюро ККБАС в гор. Москве Беренштейном С.Т., исполняющим обязанности заместителя начальника технического отдела ККБАС Нехорошевым В.А. и другими сотрудниками Куйбышевского конструкторского бюро автоматических систем.
С учётом собранных доказательств вины и личности виновного 29 июля 1982 г. Нерозя Г.А. был арестован, и ему предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ст. 931 УК РСФСР".
Нерозя Геннадий Афанасьевич, 1934 года рождения, уроженец г. Никольска-Уссурийского Приморского края, украинец, беспартийный, образование высшее, работал в Куйбышевском конструкторском бюро автоматических систем с 1976 года на руководящих должностях ряда подразделений. С июля 1976 года по июль 1978 года он работал зам. начальника, а затем начальником отдела 31 (технического отдела), с июля 1978 года - заместитель начальника отд. 15 (отдела научно-технической и патентной информации).
Из Справки об обстоятельствах задержания Нерози Г.А.(Том 5, Л.л. 203-204):
"29 июля с.г. около 17 часов были получены данные о том, что Нерозя Г.А. в больничной одежде ушёл из 1-й городской больницы г. Жуковского, где он находился по поводу травмы левой руки и головы. В поведении Нерози были отмечены некоторые признаки, указывающие на его возможную подготовку к бегству.
В соответствии с имеющейся санкцией зам. Генерального прокурора СССР на арест Нерози Г.А. и с учётом изложенных выше обстоятельств было принято решение о неотложном его аресте. Для этого в общежитие «Орбита», куда прибыл Нерозя, срочно выехала оперативная группа.
На стук в дверь Нерозя примерно 10 минут не отвечал и не подавал признаков присутствия в квартире, хотя через замочную скважину было видно, что он стоит около двери. Лишь после неоднократного и настойчивого стука и требования открыть дверь Нерозя впустил оперативную группу в помещение.
После того, как Нерозе было объявлено постановление об аресте, ему было разрешено назвать те предметы личного пользования, которые могут потребоваться ему в следственном изоляторе. Во время отбора личных вещей Нерозя сидел на стуле, поставленном в наиболее безопасном с оперативной точки зрения месте, и в непосредственной близости от арестованного находились два оперработника, способных в случае необходимости пресечь его попытки к бегству или другим нежелательным действиям.
Отбор вещей производил третий оперработник в соответствии с просьбами Нерози. Каждый предмет, названный им, тщательно осматривался оперработниками, и лишь после этого вручался арестованному. Следует отметить, что в ходе отбора вещей Нерозя под раз-ли предлогами неоднократно пытался выйти из-под контроля оперативных работников. В частности, он пытался получить доступ к платяному шкафу, просил разрешения пройти на кухню выпить воды, и перед самым выездом попросился в туалет. Все эти попытки пресекались в категорической форме, и просьбы арестованного удовлетворялись в пределах допустимого.
В момент выхода из квартиры в тесной прихожей Нерозя резким движением попытался вырваться из рук оперработников и броситься в кухню. Ему удалось сделать пару шагов, и он освободившейся правой рукой дотянулся до лежавшего на столике под салфеткой кухонного ножа и схватил его. Оперработники, перехватив руки Нерози, помешали ему нанести прицельный удар, однако он поранил себя ножом в область живота.
Оперработники вытащили Нерозю из кухни в комнату, и, т.к. он продолжал оказывать сопротивление, связали его. Немедленно была вызвана скорая помощь, а Нерозя в связанном состоянии доставлен в помещение Жуковского горотдела УКГБ по г. Москве и Московской области".
И, судя по материалам дела, Нерозя поплыл...
Из материалов дела (№ 6-1-54-1985, Том 1, Л.л. 27-28):
"Проводимым параллельно Комитетом государственной безопасности СССР расследованием уголовного дела по факту убийства Бережного И.А. в ходе допросов свидетелей Елхимова, Ковченкова и других установлено, что самодельное взрывной устройство Бережному И.А. с целью его убийства передал через других лиц Нерозя Г.А., который сам признал, что совершил данное преступление на бытовой почве.
В связи с этим Следственным отделом КГБ СССР Нерозе Г.А. было предъявлено обвинение по п. «д» ст. 102 УК РСФСР, и 30 января 1984 г. уголовное дело по факту убийства путём взрыва Бережного И.А. было направлено в Прокуратуру СССР для соединения с имевшимся уголовным делом по обвинению Нерози Г.А. в хищении государственного имущества".
Вроде бы, дело раскрыто. Выявлены хищения. Действовала целая группа расхитителей из числа сотрудников Куйбышевского конструкторского бюро автоматических систем. Главарь расхитителей признался в организации убийства Бережного. Его показания совпали с показаниями свидетелей. Мотив также имелся существенный. Якобы Бережной раскрыл факты хищений. Более того, cобирался радикально поступить с главарем расхитителей Нерозей.
"На одном из оперативных совещаний в начале 1979 года Бережной прямо заявил Нерозе, что в связи с неправильным списанием материальных ценностей он вынужден освободить его от занимаемой должности. Мне же, как секретарю парткома, Бережной прямо сказал, что за указанный факт намерен вообще выгнать Нерозю из предприятия" (из показаний секретаря парткома Жмаева).
"Нерозя в 1979 г. руководством ККБАС был разоблачён в махинациях с чеками в Куйбышевском магазине «Юность», где он ранее приобретал товары для нужд технического отдела. Нерозя по предварительной договорённости со знакомым продавцом вместо выписываемых фотореактивов взял и присвоил ряд дорогостоящих вещей.
О злоупотреблениях Нерози стало известно главному конструктору ККБАС Бережному, который подписал заявление о его увольнении. По неизвестным... причинам Бережной оставил Нерозю, однако убрал его из технического отдела и перевёл на должность заместителя начальника патентно-информационного отдела. Занимая указанную должность, Нерозя фактически никакой работы в отделе не вёл, и некоторое время спустя ему было поручено строительство пионерского лагеря... почти за год Нерозя ничего не сделал. Однако и из этого положения Нерозя сумел выйти «сухим». Во второй половине 1980 года приказом по ККБАС он был назначен представителем на Жуковский машиностроительный завод" (из показаний начальника сектора ККБАС Варкан).
Можно было рапортовать о раскрытии не только громкого дела о хищении, но и о раскрытии убийства (теракт ли это, предстояло ещё определиться). И тут начинаются странности...
3 августа 1982 года около 24 часов в больницу имени Пирогова был доставлен гр-н Цыганков М.И. с диагнозом: отравление дихлорэтаном. Цыганков Михаил Иванович (1949 г.р.) работал в Куйбышевском конструкторском бюро автоматических систем с 20 июля 1976 года по 4 августа 1982 года в отделе технической документации на должности фотографа 6 разряда. Именно он являлся одним из подозреваемых по делу о хищениях и на него уже был выписан орден на арест. Через несколько часов Цыганков скончался...
Допрошенный в качестве свидетеля врач «скорой помощи», доставивший в больницу пострадавшего, показал, что, когда они приехали по вызову, состояние Цыганкова было тяжёлым, с симптомами отравления. Когда он спросил у пострадавшего, что тот употреблял из спиртного, последний ответил, что пил спирт и перепутал его с дихлорэтаном.
А далее ещё интереснее...
Из Постановления о прекращении уголовного дела от 14 ноября 1984 года (том 31, л.л. 54-56):
"16 марта 1984 года Нерозе Г.А. было предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных ст. ст. 93-1, 175 ч.2, ст. 174, п. «д» ст. 102, ч.1 ст. 109 и ч.2 ст. 98 УК РСФСР, однако полностью признавая себя виновным в хищении государственного имущества в особо крупных размерах, должностном подлоге и передаче Беренштейну С.Т. двух взяток, Нерозя Г.А. полностью отказался от убийства Бережного И.А. и других связанных с этим убийством преступлений. Нерозя Г.А. заявил, что к убийству Бережного И.А. он не причастен, данного убийства не совершал и никакого взрывного устройства не передавал.
С самого начала его допросов Нерозя Г.А. давал противоречивые показания по факту убийства Бережного И.А. Вначале он утверждал, что в представительстве ККБАС в гор. Москве вообще не находился, затем в октябре 1982 года заявил, что Бережного И.А. убил он, но подробностей не помнит. 13.12.1982 года в написанном им собственноручном заявлении сообщил, что взрывное устройство он получил от Михайловой Г.И. – сожительницы Бережного И.А., и передал его шоферу Ковченкову. Начиная с января 1983 года Нерозя Г.А. начал давать показания о том, что шоферу Ковченкову он передал не взрывное устройство, а пакет с колбасой.
На последующих допросах Нерозя Г.А. заявил, что убийство Бережного И.А. совершила Михайлова в сговоре с сотрудниками представительства Беренштейном С.Т., Кухтиным, Седловым и Ковченковым.
С марта 1983 года по настоящее время Нерозя Н.А. даёт показания о том, что шоферу Ковченкову он взрывного устройства не передавал, а передал коробку конфет для Михайловой.
Что же касается показания свидетелей по делу Ковченкова и Елхимова, то они так же противоречивы, и из них нельзя сделать вывод о том, что передачу коробки с «лекарствами» шофёру Ковченкову для Бережного осуществил именно Нерозя Г.А., а не другое лицо.
Таким образом, имеющиеся в деле данные не позволяют сделать вывод о том, что убийство Бережного И.А. совершил Нерозя Г.А., так как достаточных доказательств вины Нерози Г.А. в совершении данного преступления не добыто, а поэтому на основании изложенного и руководствуясь п.2 ст. 208 УПК РСФСР, -...:
Уголовное дело в части совершения Нерозей Геннадием Афанасьевичем преступления, предусмотренного ст.ст. 102 п. «д», 109 ч.1 и 98 ч. 2 УК РСФСР, т.е. в совершении убийства Бережного И.А. способом, опасным для жизни многих людей, нанесения водителю Галимуллину с помощью взрыва не опасное для жизни телесное повреждение и умышленное уничтожение взрывом автомашины «Ниссан», принадлежащей Куйбышевскому конструкторскому бюро автоматических систем, в связи с недоказанностью его участия в совершении данных преступлений – дальнейшим производством прекратить".
2 августа 1985 год областным судом под председательством А.А. Щупакова вынесен приговор по делу Нерози Г.А., Нехорошева В.А. и Беренштейна С.Т., сотрудников Куйбышевского конструкторского бюро автоматических систем (ККБАС), по обвинению их в хищениях госимущества в особо крупных размерах. Нерозе Г.А. назначили наказание в виде 10 (десяти) лет лишения свободы в колонии усиленного режима. Беренштейну С.Т. назначили наказание в виде 8 (восьми) лет лишения свободы в колонии усиленного режима (через год Верховный суд СССР по кассации адвокатов снизил наказание до 6 лет лишения свободы). Нехорошеву В.А. назначили наказание в виде 3 (трёх) лет лишения свободы условно.
Из рассказа Александра Анатольевича Щупакова (председателя постоянной сессии Куйбышевского областного суда):
"Почему же взорвали Бережного? У меня на этот счёт сложилось следующее мнение. Ещё до того, как ко мне поступили эти материалы, я уже рассматривал ряд уголовных дел о хищениях социалистической собственности на ККБАСе. Все они так или иначе сходились на Беренштейне. Воровали, например, листовое железо, которым оказались покрыты множество дач в Молдавии, куда его затем продавали, воровали различные стройматериалы, ценное оборудование, проходящее по ряду закрытых тем на ККБАСе, и так далее.
Еще, по оперативным данным, у Беренштейна была настоящая подпольная фабрика по пошиву курток из дефицитных видов тканей, например, перкаля, а также джинсовой ткани, которые должны были использоваться на ККБАС в исследовательских целях, но вместо этого в большом объёме шли на подпольное производство, принося неплохую прибыль его хозяевам. Именно через Беренштейна все эти материалы впоследствии списывались по различным статьям отчётности, как использованные для различных нужд предприятия.
О размерах совершаемых на ККБАС хищений говорит хотя бы такой факт: руководителю главка Министерства авиационной промышленности СССР, который должен был контролировать работу этого предприятия, Бережной на день его рождения однажды подарил новенький автомобиль «Волга», что по тем временам было очень дорогим знаком внимания. Что же касается куйбышевских контролирующих организаций, то они в силу полной секретности работ, ведущихся на ККБАС, просто не имели права проводить здесь какие-либо проверки.
Разумеется, Бережной был полностью в курсе всех этих преступных схем, по которым на вверенном ему предприятии совершались хищения материальных и финансовых средств. Более того: по имеющимся оперативным данным, он регулярно получал свою долю от преступной деятельности Беренштейна. Все эти средства шли на его личное обогащение: на постройку дачи, на покупку автомашин, на импортную мебель, на отделку квартиры и так далее. Но однажды к Бережному поступила информация о том, что преступной деятельностью на ККБАС заинтересовался всемогущий Комитет государственной безопасности. При этом он понимал, что если куйбышевские сотрудники КГБ начали собирать сведения о хищениях в подчиненной ему организации, это означало, что они получили на то санкцию из Москвы.
Я так понимаю, что Бережной, проанализировав имеющуюся информацию, после этого сказал Беренштейну: вы уже совсем заворовались, потеряли чувство опасности, и потому вам надо сделать временный перерыв. Если мы этого не сделаем сейчас, то вскоре всем нам будет очень плохо. В общем, предложенный им шаг в той ситуации был единственно верным. Однако Беренштейн и его подручные, вместо того, чтобы послушать разумный совет, откровенно заартачились: мол, у нас налажены все процессы и производства, и если их сейчас остановить хотя бы на время, то будет потеряна прибыль, а люди разбегутся. Но Бережной настаивал на своём, и расхитители решили: чтобы начальник им не мешал, его следует устранить физически. Что и было сделано в феврале 1981 года.
Возникает резонный вопрос: если все нити по данному делу, как я сказал, сходятся на Беренштейне, то почему его впоследствии судили только за хищения, но не за убийство? Официальная версия следствия на этот счёт гласит, что даже всесильному КГБ так и не удалось выяснить, кто именно передал Бережному злополучную коробку: сам Беренштейн или же какой-то случайный человек, которого он попросил это сделать. Казалось бы, все правильно, поскольку Беренштейн, естественно, категорически отрицал свою причастность к убийству, а свидетелей самой передачи не было. Даже шофёр Бережного, который при взрыве остался жив, хотя и лишился правой руки, на допросах показывал, что самого момента передачи коробки он не видел, поскольку это происходило на улице, вне салона автомобиля. А кто именно подходил к Бережному с этой самой коробкой, он не заметил.
Однако многие до сих пор не верят, что следователи КГБ так и не сумели установить личность исполнителя убийства. Скорее всего, здесь имеет место другое: следователю поступило указание НЕ УСТАНАВЛИВАТЬ его личность...".
Из воспоминаний полковника госбезопасности Сергея Георгиевича Хумарьяна (на тот момент работал в отделе контрразведки управления КГБ по Куйбышевской области):
"То, что это теракт, сомнений не было – Бережного убили с применением хитроумного взрывного устройства. Над раскрытием преступления работало все управление. Для координации и практической организации работы всех привлеченных служб создали специальный штаб во главе с заместителем начальника УКГБ Константином Николаевичем Потаповым – опытным чекистом.
Дело, естественно, было на контроле «в самых верхах», и Константину Николаевичу приходилось ежемесячно отчитываться и получать ЦУ (ценные указания) в Москве. Нервотрепки, суматохи и бессонных ночей было много. Не стану пересказывать содержания всех материалов и отработанных версий по делу, состоящему из 30 с лишним томов. Был найден и привлечен к ответственности человек, передавший для Бережного закамуфлированное взрывное устройство. Но вся эта многотрудная работа не привела нас к конечному результату – заказчик террористического акта не был установлен. Одно было для нас совершенно ясно – убийство И.А. Бережного не является политической акцией и никак не связано с деятельностью иностранных спецслужб. Поскольку версия по линии госбезопасности не нашла своего подтверждения, а после ареста предполагаемого исполнителя убийства вся розыскная работа переместилась в Москву, следственное дело «Капкан» было затребовано столичной прокуратурой для дальнейшего производства.
Так для нас закончилось это дело. В Москве следствие велось еще несколько лет и, по дошедшим до нас слухам, «уперлось» в какие-то финансово-промышленные структуры, имевшие связи с тогдашним министерством авиационной промышленности СССР и в правительственных верхах".
Узнаем ли мы всю правду об убийстве секретного генерального конструктора Куйбышевского конструкторского бюро автоматических систем Игоря Александровича Бережного? Вряд ли... Пусть загадка останется в истории. Тем более и спросить некого.
Беренштейна отбыл свой срок до конца, но вскоре после освобождения скончался.
Геннадий Нерозя отбыл свой срок «от звонка до звонка», но вскоре после освобождения он пропал без вести при невыясненных обстоятельствах. Предпринимались мера по его поиску, но они окончились безрезультатно. В июне 2022 года в Самаре скончался Нехорошев.
ИСТОЧНИКИ:
- Крепость на Волге. Управлению Федеральной службы безопасности России по Самарской области – 85 лет. Самара, ГУП «Самарабланкиздат», 2003
- Хумарьян С.Г. Разведка и контрразведка: лица одной медали. Самара, агентство «Диво», 2005
- Хумарьян С.Г. Секретный марафон – полвека в контрразведке. Самара, изд-во «Офорт», 2006
- Хумарьян С.Г. Секреты без конца (Открытая тетрадь). Литерное дело. Самара, «Русское эко», 2010
- Ерофеев В. Историческая Самара
- Самарское обозрение №40 (288) от 01.10.2001
- Тарасов Ю.Л., Игнатьев В.В. К семидесятилетию Игоря Александровича Бережного. Вестник Самарского государственного аэрокосмического университета, № 1, 2004
- https://lenta.ru/articles/2021/01/30/murder/
- https://bloknot-samara.ru/news/ubiyts-prikazali-ne-iskat-42-goda-nazad-vzorvali-k-1568570
- https://analizator-sam.livejournal.com/689193.html
- https://life.ru/p/1388709
- https://newvz.ru/info/217483.html
- https://analizator-sam.livejournal.com/691966.html