Учитель Сугашкин, выгнанный из школы за пьянство, терпеливо смотрел в окно.
Во дворе осенний ветер клубил и ворошил опавшие листья.
Дома из еды остался лишь измятый пакет «звёздочек», которыми в данное время экономно закусывал Сугашкин, сидя на подоконнике.
Расчёт ему выдали немедленно, накануне Дня учителя. Полученные деньги «растаяли» спустя неделю после увольнения. Долги, алименты, выпивка. Оставшейся горсти мелочи едва хватило на «флакон» «Золотой осени».
‒ Между прочим, мой класс на «Золотой осени» всё же занял второе место, ‒ веско заметил Сугашкин, рассматривая винную этикетку.
Поудобнее устроившись на подоконнике, он отхлебнул из липкой бутыли и тут заметил троечницу Егунову, пересекающую двор мимо его дома.
Мельком кинув взгляд на его окно, девушка пробежала в подъезд. Через некоторое время он услышал глухой стук в почтовом ящике и дробный топоток убегающих ног.
Стараясь не попасть на глаза соседям, Сугашкин выскользнул на цыпочках в коридор и, царапая пальцы, вытянул из почтовой коробки конверт. На нём пестрели полоски «авиа».
Вернувшись в полумрак комнаты он швырнул конверт на тумбочку и присел на вдавленную койку успокоить сердце, прыгающее под горлом.
Затем трясущимися пальцами подцепил конверт и взглянул на обратный адрес, который целиком состоял из подписи "Сержант Пеппер", покрытой бледными следами губной помады.
Внезапно Сугашкина затошнило, и он откинулся на стену. Выход из запоя давался нелегко, мучила двухдневная бессонница. Его опять начало противно колотить.
Смежив веки, Сугашкин увидел множество мельтешащих лиц, среди которых разглядел чопорную Пеперову Светлану.
Вот и сержант Пеппер собственной персоной. Бывший комсорг группы. Однокурсник.
Отделив клапан конверта, Сугашкин встряхнул его.
Выпали надвое сложенные листки и сиреневая двадцатипятирублевка.
Бережно расправив купюру, обалделый Сугашкин разлепил припухшие веки и стал вчитываться в письмо. Строчки сразу расплылись перед глазами. Пришлось сморгнуть слёзы.
«Привет от Сержанта Пеппера!!
Написала на адрес школы, потому что, представляешь, утопила записную книжку! Летом опять ходили на сплав, а как оно у тебя прошло? Ты вроде в отпуск собирался в Мукачево? Как отдохнул?
Премию к празднику получил? Ученички с писаниной замучили?!
Олежек, мы так мало общаемся. Скучаю, гордость нашего курса! Надеялась встретиться и поговорить на кустовом семинаре, а потом там что-то «переиграли» и вашу область включили в другой «куст». Так хотела тебя увидеть, повспоминать наш весёлый курс. Тем более у меня к тебе было очень важное дело. Оно и сейчас безотлагательное. Прости, что пишу всё сразу и сумбурно.
Поговорить бы с тобой наедине, а как?! Собиралась по телефону, а у нас на переговорном пункте телефонистка ‒ невестка завуча ‒ мигом ей разболтает. Один раз решилась ‒ отправила тебе телеграфом вызов на междугородние переговоры, а телеграмма вернулась обратно.
За границей, не поверишь, можно с обычного «домашнего» телефона преспокойно позвонить в любой город, село! Нужно лишь набрать на диске дополнительные цифры! Да что там! Говорят, что «они» звонят из дома и с работы в другие страны! Даже с уличного телефона-автомата! Фантастика!
Телефон мне в квартире по сей день не провели. Во всей нашей многоэтажке он только у участкового. А от него не позвонишь, сам понимаешь.
Олежек, хотела обрисовать ситуацию ‒ мою и Толи. Нет, насчёт семейного «щастья» всё отлично (тьфу три раза!) Прости, что напоминаю: очень жаль, что у вас с Ларкой так получилось. С сыном хоть даёт встречаться?
Короче: Толику пришло приглашение на работу в Тарту. Да-да, Эстонская ССР! Обещают в течение месяца ведомственную благоустроенную квартиру (с телефоном!!) и оклад главного инженера 220 рублей! Плюс ‒ у завода есть детский садик Серёжке. Мне ‒ учителем русского языка и литературы в тамошней школе ‒ зарплата чуть выше, чем в нашей. А она мне опостылела. Но об этом ‒ после.
Олежка, понимаю, насколько нагло звучит и, вдобавок, ‒ письмом. Просто больше у меня и Толи такого шанса не будет.
Пожалуйста, оформи свой перевод на моё место, а? Зарплата ‒ аналогичная, жильем обеспечат. Директор «артачится», отпускать не желает. Кое-как «уломала» его под условием, что подыщу себе замену. Обзвонила всех наших ‒ бесполезно! Одни наотрез отказались, другие обещали подумать (и долго думать). А у нас времени в обрез, Тарту может «уплыть», нам ещё отправлять туда контейнер с вещами. Уф-ф!!
Высылаю тебе письмом 25 рублей на проезд. Возьми их обязательно. With a Little Help from My Friends. Помнишь, на выпускном курсе все торжественно поклялись помогать друг другу?! А на деле все оказались болтунами и болтунишками. Если сами отказались, то могли ведь порекомендовать кого-нибудь! Видимо за пределами области наслышаны о нашей школе.
Не хочу подсовывать тебе «кота в мешке»: класс проблемный, одни братья Щелкуновы чего стоят. Да и школа, коллектив, естественно, ‒ «клубочек змеиный», группировки. Директор после смерти дочери запил, держат его из жалости. Всю власть захватила завуч ‒ та ещё стервь.
Даже не верится, что бывают школы, коллективы гаже нашего. Пока получается держать в «ежовых» рукавицах этот «дуэт» Щелкуновых. Оба второгодники, отец в тюрьме. Мать стыдится, на родительских собраниях сидит мышкой.
Хуже чем у нас, наверное, только в Америке. Там, вообще, ученики приносят на уроки пистолеты (!), стреляют в одноклассников. В учителей!! Лекцию нам читали об этом. Ужас! К тому же там среди учеников ‒ наркоманы!! Носят с собой шприцы! Я от одного вида шприца в медкабинете в обморок падаю ‒ а тут... В жизни взрослого наркомана не видела, а здесь ‒ дети!
Олег, я недавно видела жуткий сон, видимо всё от нервов (Вот видишь, до чего дошла ‒ о глупых бабьих снах мужику пишу!). Толика рассмешила данным сном. Сказал, что это от фильмов про войну, из-за телевизора. Сон, действительно, мерзкий.
Снится, будто пишу что-то на доске, спиной к классу. Мел часто крошится, беру новый. А он снова ломается.
Оборачиваюсь к классу, а возле меня стоит жуткий Антон Щелкунов, держит корзинку для мусора. Смеётся нахально: «Светлана Виктырывна, Вам ‒ подарочек!» И ‒ бац! ‒ нахлобучивает эту корзинку прямо мне на голову! Задыхаюсь, сдираю её, отталкиваю Антона, все в классе хохочут‒ даже девочки!
Тут в класс заходит второй Щелкунов ‒ Лёшка. В руках у него - топор! Начинает рубить им всех в классе как дрова!! Везде кровь, крики, стон. Гляжу на доску как на спасение, а там ‒ большими буквами: «Русские негры ‒ вон из страны!» (Из какой страны??)
Главное, нелепица: «русские негры». Без запятой между ними. Это надо же додуматься во сне! Ну я и дура!!
Олега,приезжа-ай!!»
Примечания, пояснения к тексту
«...пакет "звёздочек"» (совет., разг.) ‒ пакет супового концентрата с макаронными изделиями, напоминающими по форме маленькие звёздочки,
«Флакон» (разг., жарг.) ‒ бутылка
«Золотая осень» (совет.) ‒ здесь имеет два значения: а) название дешёвого креплёного плодово-ягодного вина б) название внеклассного школьного праздника, проводимого в конце сентября ‒ начале октября обычно 5-7 классами
«...пестрели полоски "авиа"» ‒ конверт авиапочты в СССР, по краям имел орнамент в виде чередующихся сине-красных полосок (дорогой по цене)
«Сержант Пеппер» (муз.) ‒ «Оркестр клуба одиноких сердец сержанта Пеппера», название 8-го студийного альбома британской рок-группы «Битлз», вышедший в мае 1967г.
«Мукачево» ‒ город в Закарпатской области УССР
«Куст» ‒ группа объединенных предприятий, организаций ‒ например для проведения определённого производственного мероприятия (совещания, семинара и т.п.)
«Переговорный пункт» (совет., разг.) ‒ пункт междугородной телефонной связи, располагался обычно в здании почтового отделения. Нередко абонент вызывался телеграммой для телефонного разговора заранее, на определённую дату и время. В СССР, вплоть до его распада, домашний телефон был доступен далеко не всем.
«With a Little Help from My Friends» (англ.,муз.) ‒ «С маленькой помощью от моих друзей». Название песни рок-группы «Битлз» из альбома «Оркестр клуба одиноких сердец сержанта Пеппера». Написана в 1967г.
«...негры» (перен., пренебр.) ‒ от слова «НЕГРажданин». После провозглашения независимости прибалтийские государства приняли свои законы о гражданстве, предоставив его не всем. Наиболее в этом плане пострадали русские, проживавшие в Прибалтике со времён СССР.
(Продолжение следует)