Звонит мне сегодня некая лейтенант полиции Волкова Нина Дмитриевна и сообщает мне о том, что мои данные были скомпрометированы и я пока не жертва, но скоро ей стану.
Признаюсь, дальше я ждала, что у меня сразу начнут просить мои данные, но меня удивили.
Моя "лейтенант" начала с того, как важно оберегать данные, что ни в коем случае ничего нельзя рассказывать сотрудникам банка, потому что они бяки такие имеют доступ к мои денюжкам. Потратила на это минут 5 не меньше. То есть говорила долго и обстоятельно.
Потом осторожно перешла к тому в каких банках я была вообще. То есть не где счет или кредит, а в целом. Пришлось фантазировать, оказалось названий банков я что-то знаю мало, но придумывала трогательные истории.
У меня несколько раз спрашивали не было ли конфликтов или недопониманий, неявных платежей и тыды. Еще про микрокредиты спросили. Я так понимаю, для определения моей платёжеспособности в целом.
Потом мне сказали, что на основании информации от Центробанка (да, долго рассказывали какой хороший этот центробанк и как он хранит мои средства от врага) она имеет право переквалифицировать деяние по другой статье (упустила, тут что-то обстоятельно вещали про часть 159 ст, но я слушала вполуха). И что, мол, теперь я жертва.
На мое, что как я могу быть жертвой, если я ничего не потеряла и преступления пока нет, мне сказали, что это не важно, потому что я в любой момент могу стать ей. И они это предотвращают. Кстати, даже сказала мне номер удостоверения, должность и еще какие-то внушительные слова, которые должны были заставить меня поверить этой милой девушке.
Очень осторожно выясняла где у меня какие карты и кредиты. Не в лоб, как обычно, а исподволь. Спрашивала кучу всякой ненужной информации, которая должна была запутать.
И наконец мы подошли к самому интересному. У меня спросили о том, на какую сумму меня могли обмануть. Говорю, не знаю. А она, мол, вы подумайте, я же не знаю сколько денег у вас на карте. Спрашиваю, то есть я должна сказать вам сколько денег у меня на карте?
Нет, что вы, - возмутилась моя собеседница, - это конфиденциальная информация. Но вы должны сказать мне примерную сумму.
Говорю, давайте я приеду к вам и напишу заявление. И уже у нас с вами на руках будет мое заявление и мы сможем открыть дело.
- Не надо, говорит, на основании 8-го закона о полиции я имею право получать инфрацию любым способом.
- Чего, говорю, какого закона?
- Восьмого закона о полиции
- А статья какая? – интересуюсь я, решив, что слышно было плохо
- Это не статья, это закон. 8й закон о полиции.
Тут все во мне возмутилось, и я не сдержалась и сообщила девушке, что закон состоит из статей, и что фраза должна звучать иначе. И предложила учить матчасть. И на том конце бросили трубку.
В общем беседовали мы 13 минут. Это был самый долгий разговор на такие темы. Они растут над собой и уже не прут напролом, а пытаются заболтать.
Сильно развлечься не вышло, сижу у свекра и он испугается если услышит, что я говорю с полицией.
