Суббота, 6 декабря 1997 года. Этот выходной день начинался для жителей иркутского поселка авиастроителей совершенно заурядным образом. Большинство из них, несмотря на разгар лихих девяностых, по-прежнему работали на соседнем авиационном предприятии.
В четырехэтажном доме №45 по улице Гражданской, всего в нескольких сотнях метров от взлетно-посадочной полосы, смотрели телевизор, делали уборку — все то, чем обычно занимаются люди в свой законный выходной. В находившемся рядом детском доме остававшиеся внутри редкие воспитанники готовились к обязательному тихому часу.
В 14:42 по местному времени это обычное течение дня было прервано. На четырехэтажку рухнул огромный самолет, за несколько секунд до этого взлетевший с аэродрома авиазавода. Полностью заправленная машина, перевозившая на борту два истребителя Су-27, взорвалась.
В эпицентре катастрофы оказались три жилых дома. Наиболее тяжелый удар принял дом №45: на него вылились 150 тонн авиационного бензина. Пожар был внезапный и сразу такой силы, что люди погибали, не успев пошевельнуться. Спасатели находили обугленные трупы в самых мирных позах. Вот мальчик за столом делает уроки, вот двое сидят на диване в обнимку. На пепелище нашли остатки плаката – "Тили-тили тесто, здесь живет невеста". В одном из домов играли свадьбу. Позже выяснилось, что молодожены выехали буквально за несколько минут до падения самолета, но в квартире осталось большое количество их гостей.
В Детском доме №1 на момент катастрофы находилось всего несколько детей. Кто-то отправился в Дом детского творчества, кто-то в бассейн и на каток. В пятой группе осталось всего три девочки и их воспитательница, которая за 15 минут до трагедии привела в группу сына Макара. Как позже вспоминали работники учреждения, огонь буквально воровался в помещение, Макар вспыхнул как свечка, горели и другие дети.
В это самое время на детской площадке очень близко к 45-му дому играли воспитанницы детского дома Яна Потанина и Люда Шашкина. Девочек хватились лишь к вечеру, когда всех детдомовских ребят перевезли в 13-й интернат. Директор детского дома Галина Крюкова и ее сотрудники долго бродили близ оцепления, расспрашивали пожарных. Ночью женщину вызвали на опознание. Тела девочек обгорели так сильно, что уменьшились до 70-80 сантиметров.
«Моя семья по сей день живет в общежитии, окна которого выходят на то самое место, где рухнул самолет, - вспоминает Наталья Бочкарникова. – В тот день я, уставшая, пришла с работы. Помню, увидела в окно летящий низко самолет и даже успела крикнуть сыну, чтоб отошел от окна подальше. Затем все было как во сне... Я выскочила во двор, там было уже полно людей, сорок пятый дом был в каком-то густом тумане и огне, и оттуда к нам навстречу выбегали горящие люди. Мы их располагали в своих комнатах, приводили в чувство, оказывали медицинскую помощь. До сих пор все стоит перед глазами».
Тушение горящего топлива и завалов продолжалось больше полутора суток. Все это время пожарных поддерживали жители района.
Во время катастрофы и пожара погибло 72 человека. Из них 23 члена экипажа и 49 иркутян, в том числе 14 детей.
Расследование причин аварии породило множество вопросов. Однозначно ответить, почему упал «Руслан», не получилось. При пожаре почти полностью выгорели «черные ящики» и информацию переговоров экипажа восстановить не удалось.