Начало второй части книги здесь
Предыдущая глава здесь
Бывшие поклонницы Обони очень хотели вернуть расположение братьев, вот только те, после того, как они сплетничали, веря газетным уткам, оставались неприступны.
Да, они так же гуляли с котобей по вечерам, но теперь в их компанию допускалась только одна девушка, та, что не отвернулась, та, что была с ними тогда, когда все отвернулись. Подруга Фрефайера.
Всем остальным сразу же давалось понять, что в компании им не рады.
Обоня тоже держал гордый вид, не поддаваясь ни на какие самые большие пачки чипсов. Он был стойким и гордо упрямым!
И тогда началось письменное нападение. Иначе это назвать трудно.
Парней стали забрасывать любовными письмами.
В них было написано, как автор раскаивается о своем поведении, как любит адресата, как хочет гладить котобю по брюшку. И вот прямо готова скупать чипсы для Обони вагонами.
Некоторые пробовали писать стихами. Ребята иногда вставали в ступор от таких посланий. Чаще ухохатывались.
А как можно было читать без смеха, что-то вроде, о сердце в его руках, …анатомия рыдала, икала и плакала вместе с драконами и фениксом.
Или про бесконечные ноги…готовые идти вместе с Обоней и его хозяевами по всем сетям, к бесконечным детям…
Или про ветерок, которые колышет губы пишущей… на этом письме четверка вместе с Обоней лежала в полуобмороке, представляя накачанные ботоксом или ещё чем-то колышущиеся губы…
И такие послания доставляли в комнаты братьев ежевечерне пачками и тачками.
Сначала было смешно. Потом надоело. Затем стало тоскливо от груды бумаг, которую надо было выгребать и выбрасывать.
В один вечер братья столкнулись в коридоре, с дружным воплем:
- Что делать?! В комнату не войти!
Обоня видя всё это безобразие, призадумался, покрутил мозгами, видать из песен научился, и решил действовать.
Вы же уже знаете, что это не простой зверёк, а магический?
Вот он и решил, что пора ему свои способности применить.
На следующий день, когда все были на занятиях очень, очень деловитый котобя пробежался по всем комнатам рифмоплеток и просто письмописец. Вы же, опять-таки, должны помнить, что ему двери любые открыть, пальчиком щелкнуть!
И вечером, после занятий, когда все неудачливые поклонницы засели за своё творчество, из всех комнат начал раздаваться писк вперемешку со стонами.
Папирус, заколдованный Обоней отказался запечатлевать на себе послания о сердцах, губах и ногах.
Он кололся, как настоящая осока. Тот, кто хоть раз обрезал пальцы об её острые края, знает, как она может отомстить неудачнику.
Он кололся, кусался, и, скручиваясь в тугие свитки, разворачивался, чтобы влупить по лбу самым упрямым.
Парни, не получив в тот вечер ни одного послания, свободно вздохнули, с удивлением слушая звуки общежития, напоминавшие о полевых госпиталях. Но ничего не понимали.
Обоня скромно потирал лапки, и молча, трескал свои чипсы, выданные с походом, просто потому что хозяева находились в счастливо спокойном расположении духа.
На следующий день почти вся женская часть абитуриентов пришла на лекции с забинтованными пальцами. А некоторые даже с синяками под глазами.
На вопрос, что случилось, девы упорно отмалчивались. Поглядывая друг на друга совсем не добрыми глазами. До каждой дошло, сколько у неё было конкуренток в рифмоплетстве и просто письмописании.
Братья, придя вечером к себе в комнаты, с облегчением выдохнули. Писем не было!
Феникс таки наконец-то обратил внимание на самодовольную мордочку Обони, и устроил ему допрос с пристрастием.
После рассказа, Фрефаер, держась за живот от смеха, постучал в комнаты братьев, чтобы всё рассказать.
Хохот стоял гомерический!
Награда котоби была грандиозно потрясающей! С условием, что он после того, как съест очередную наградную порцию чипсов, пойдет на прогулку своими лапками.
Во избежание, так сказать.
Несколько вечеров братья наслаждались покоем.
Но через недельку, примерно, их внимание привлек шум под окнами.
Там таскали за волосы друг друга несколько поклонниц. На земле валялись мандолина, гитара и бас. Девы орали друг на дружку:
- Я первая пришла! Мне первой и петь!
- Ну, и что, что ты первая?! Я сильнее!
- А у меня голос громче!
Парни смотрели на это в ужасе. Потом дружно медленно присели на кровать в комнате феникса, где они все были на тот момент, и одинаковым жестом схватились за головы.
Обоня застыл с кусочками чипсов в зубах и лапках.
Глаза всех собравшихся говорили только об одном:
- Драконьи Боги! Что же будет дальше?!
Продолжение здесь
Мой телеграмм канал и там и здесь, остаюсь с вами:)