В тот день Оля отправилась к своей подружке Оксане на День рождения, но на звонок никто не открывал. Школьница рассерженно забарабанила в дверь. Внезапно послышались шаги. Оля осторожно заглянула в замочную скважину и отшатнулась от страха.
Известно, родители внушают детям, что подглядывать в замочную скважину нехорошо, неприлично. Но Оля не считала Оксану чужой, ведь они были лучшими подружками. Во дворе девочки проводили все время после уроков, в кустах прятали заветные сокровища. Именно поэтому девочка была потрясена. Дверь лучшей подружки оказалась для нее закрыта. В замочную скважину Оля увидела чью-то удаляющуюся спину, а в руке блеснул нож.
1980 год, Севастополь. Город воинской славы Черноморского флота. В советские годы на Приморском бульваре собирались моряки, прогуливались девушки, играл духовой оркестр, исполнявший «Севастопольский вальс». Этот город мог бы стать прекрасным курортом, но удобная бухта изменила судьбу Севастополя. Он превратился в базу Черноморского флота. Город-крепость, город-герой. После войны его полностью восстановили из руин, были введены и особые меры безопасности.
Именно здесь в 80-ом году произошло одно из самых громких преступлений советского времени.
Затишье в квартире
Жильцы одного из домов по проспекту Октябрьской революции волновались: из квартиры на 4-ом этаже второй день раздавалось жалобное мяуканье котенка.
«Мы стали стучать в дверь, но никто не открыл», – сказала Нина Ступина, соседка Зыковых.
Участковый вместе со слесарем из ЖЭК-а вскрыли дверь и обнаружили тело женщины. Это была хозяйка квартиры – Лариса Зыкова.
«Она неделю просидела в кресле», – Нина Ступина, соседка Зыковых.
Вскоре на место происшествия примчалась опергруппа во главе с начальником уголовного розыска Александром Пятенко.
«Ее уже невозможно было узнать, слишком много времени прошло», – говорил Александр Пятенко, начальник УР.
Но что случилось с Ларисой? Приступ? «Экспертиза определит», – рассудили присутствовавшие и поспешили вон. Но Александр Пятенко проявил дотошность. Заглянул в детскую комнату – все чистенько, две кроватки. И вдруг под кроватью он обнаружил еще одно тело.
Пораженный машинально взглянул под другую кровать – третья жертва. Вот это да! Это не квартира, а настоящее кладбище.
Из материалов уголовного дела:
«В квартире обнаружены три тела: Лариса Зыкова, 40-ка лет, ее старшая дочь Лена, 15-ти лет. И неизвестная женщина. Причина трагедии – асфиксия».
Три человека в одной квартире. В те спокойные времена это было ЧП всесоюзного масштаба. Но сыщики даже не могли предположить, что это еще не все жертвы.
Страшная находка на балконе
Балконы. В Италии это традиционное место отдыха и общения. Наш советский балкон вовсе не архитектурное излишество. Прежде всего это полезная площадь. Летом – место для сушки белья, зимой – холодильник. И круглый год кладовка. Сюда сваливали все, что выбросить жалко.
В нашей истории сыщики, оказавшись на захламленном балконе, не поленились. Они решили осмотреть каждый предмет. И новая страшная находка.
«Это была четвертая жертва», – Александр Пятенко, начальник УР.
Тело младшей дочки хозяйки квартиры Оксаны.
«Чудные были девочки. Мы первое время не могли прийти в себя», – со слов Нины Ступиной, соседки Зыковых.
Безумное преступление, в котором непонятным было все. Что за зверь действовал в квартире? Грабитель, которого хозяева застигли врасплох? Вряд ли. И совсем непонятно, кто эта неизвестная женщина под кроватью. Откуда она взялась и за что поплатилась? Наверняка, она чья-то мать, жена или подруга. Но снова удивление: в списках пропавших без вести подобных женщин не числилось. Быть может, иногородняя? Но как очутилась в Севастополе?
«На тот момент Севастополь был закрыт. Это было наше преимущество», – Александр Пятенко, начальник УР.
Тотальный контроль города
Севастополь с начала 80-х был закрытым городом. На въезде КПП с автоматчиками, на улицах – военные патрули. У местных жителей в паспорте красовалась печать «Погранзона», иностранцев сюда не пускали вообще, а советских граждан только по спецпропускам. Все под контролем: кто и когда въехал в город обязательно фиксировалось комендантскими службами.
Именно на их помощь и надеялись сыщики. Безрезультатно. Личность потерпевшей не удалось установить. Женщина появилась словно ниоткуда. Так же, как и преступник.
«В квартиру никогда не приходили посторонние», – сказал Владимир Дратковский, начальник УР.
Было решено немедленно перекрыть и без того засекреченный город.
«Центр города закрывался парными патрулями: матрос – работник милиции, матрос – работник милиции», – Александр Пятенко, начальник УР.
Проверяли автотранспорт, задерживали подозрительных. Случалось, останавливали автобус и требовали предъявить документы всех пассажиров. И однажды в нашей детективной истории произошел неожиданный поворот.