— Долго вы будете от меня скрываться? — спросил Илья, протягивая мне букет. Я отвела глаза, но всё же приняла подарок. Было стыдно.
Илья — младший брат хозяйки салона, и полгода назад он заехал привезти какие-то документы Наталье, а на ресепшене сидела я. И он позвал меня в этот же вечер в ресторан, но у меня Аделаида, и я не хотела просить Валерию Ивановну сидеть с дочей, ещё и пока я по свиданиям бегаю, поэтому никакого ресторана у нас с Ильёй не получилось. Как и пары стаканчиков кофе, и прогулки, и позднего ужина или обеда.
Нет. Илья привлекателен внешне и внутренне. Добрый, спокойный, весёлый красавчик высокого роста с зелёными глазами, тёмно-русой шевелюрой и наверно мягкой щетиной.
Он занимался чем-то связанным с программным обеспечением и написанием кодов для приложений. Я так сразу и не поняла, а потом переспрашивать постеснялась. Из наших коротких разговоров нельзя было сказать, что мы закадычные друзья.
И вот теперь я снова не знала, что делать и что говорить, потому что действительно немного скрывалась. Я не хотела смешивать работу и личную жизнь, поскольку в салоне мне работать нравилось и даже были перспективы, на которые я очень рассчитывала, чтобы приобрести своё жильё, и портить всё банальным кратковременным романом не видела смысла. И у меня Аделаида, а значит, то немногое время, что есть у нас с ней, мне придётся ещё поделить, это неправильно. Я не хочу, чтобы мой ребёнок был брошенным матерью-кукушкой. Я помню из своего детства, каково это, когда мама предпочитает прогулке с тобой мужчину, который приносит несъедобные конфеты и больно хватает за щеку. Поэтому нам с Ильёй никак не по пути. И ещё… Я не хочу новые отношения, потому что больно было в прошлых.
— Скрываетесь, — расценив моё молчание за согласие, сам подтвердил Илья, а я опустила взгляд на букет и чуть было по привычке не потянулась вдохнуть аромат, хотя гортензии ничем не пахли, чисто красивая картинка. И их было много. То пирожные в красивых, словно кукольных коробочках, я их не пробовала даже, относила домой, и Аделаида тогда развлекалась по полной. То вот такие букеты, из которых у меня собралась коллекция сухоцветов. То миниатюрные наборы косметики. Это да, этим я пользовалась. Но…
Илья всегда был рядом, очень ненавязчивое присутствие, которое одновременно льстило и заставляло совесть бить в колокола, дескать, не можешь ничего пообещать, так не кружи мужчине голову и скажи в лицо. А я и говорила, но, видимо, не сильно убедительно.
— Хоть что-нибудь скажите, — попросил Илья, качнувшись с пятки на носок, и до меня долетела нота его аромата: карамель.
— Цветы очень красивые, — криво улыбнувшись, призналась я. — И я благодарна. Но не стоило…
И если честно, боль, что причинил Влад, ещё не забылась. Она при любом удобном случае появлялась, выпрыгивала как дурацкий клоун из коробки детской игрушки, и я не знала, как с этим бороться, поэтому и прекратила общение с мужчинами.
— Я вам докучаю? — Илья очень интересный и вместе с тем странный. Немного старомодные слова при очень пижонистой внешности выдавали диссонанс.
— Нет, Илья. Просто это бессмысленно, — наконец-то призналась я и украдкой из-под ресниц посмотрела на реакцию Ильи. Он никак не реагировал, только засунул руки в карманы и положил большие пальцы на ремень джинсов.
— Я могу вас подвезти до дома, а по дороге вы мне объясните почему…
Я замялась. Мне не хотелось, чтобы пошли какие-то слухи или, ещё хуже, Аделаида увидела Илью, хотя, наверно, она с Валерией Ивановной уже дома и не гуляют во дворе.
— Хорошо, — для уверенности я ещё и кивнула, и Илья вдруг улыбнулся как-то особенно светло и по-мальчишески, срезав себе сразу лет пять.
Измена. Без права на дочь. Анна Томченко
продолжение следует