«Они убивают меня как теннисистку». Чемпионке «Ролан Гаррос» и Уимблдона предъявили новые обвинения по делу о допинге

История с положительной допинг-пробой бывшей первой ракетки мира Симоны Халеп, которую она сдала по ходу US Open в 2022 г., стала для тенниса самой громкой со времен мельдониевого дела Марии Шараповой. О том, что у румынской спортсменки нашли следы запрещенного роксадустата, стало известно в октябре 2022 г. Тогда же ее отстранили от соревнований до окончания специального расследования.

Если верить инструкции, роксадустат стимулирует выработку эритропоэтина (ЭПО), одного из самых распространенных видов допинга. Механизм его действия описан давно: он повышает количество гемоглобина в крови, а значит, кровь может переносить больше кислорода, и организм становится более выносливым.

Халеп почти сразу обозначила: доза вещества «чрезвычайно мала». И добавила, что на протяжении всей карьеры была яростным критиком допинга (и особенно – Марии Шараповой, когда та оправдывалась за мельдоний). «Я буду бороться до конца, чтобы доказать, что я никогда сознательно не принимала запрещенные вещества, – пообещала румынская теннисистка. – И я верю, что рано или поздно правда победит».

Борьба растянулась на восемь месяцев. Первые два ушли на то, чтобы выяснить, как запрещенное вещество могло попасть в организм Халеп. Внятная версия появилась только в декабре 2022 г. Французская лаборатория токсикологии и фармакологии, в которую обратились представители спортсменки, выяснила, что запрещенное вещество было в составе спортивного питания. При этом на его упаковке не оказалось соответствующей информации. А в «черных списках» Всемирного антидопингового агентства (WADA) пищевой добавки тоже не было.

Имея на руках документы из лаборатории, Симона обратилась в Международное агентство по обеспечению честности в теннисе (ITIA) с просьбой провести экстренное слушание по делу. Но ей было отказано. В начале 2023 г. случился второй отказ, а буквально пару дней назад – третий. Для него точно есть основания – не в порядке биологический паспорт спортсменки. С помощью документа антидопинговые службы отслеживают изменения в показателях крови. Это один из способов выявить потенциальное нарушение. Что именно не так у Халеп, пока не сообщается, но в ITIA подчеркивают – есть повод для отдельного расследования и обвинения.

Сама Симона активно комментирует действия антидопинговых служб в соцсетях: «Они не только убивают мою репутацию, но и меня как профессиональную теннисистку. И я уже не говорю о последствиях для моего психического здоровья. Неуважение моего права на экстренное слушание уже не поддается никаким оценкам. У меня просто нет слов… Задержка правосудия – это отказ в правосудии».

Если оставить за скобками обвинения в предвзятости, которые так часто предъявляет Халеп, легко предположить, что расследование затягивается из-за отношения антидопинговых служб к эритропоэтину.

Над тем, чтобы научиться выявлять ЭПО, крупнейшие лаборатории мира работали десятилетиями. Дело в том, что эритропоэтин – гормон, который изначально синтезируется в организме. Но, чтобы повысить эффективность, его полный аналог можно ввести извне. Этот аналог синтезируют в рекомбинантных клетках. Обычно используются клетки млекопитающих или дрожжи. Когда его только начинали применять, никак не получалось отличить рекомбинантный эритропоэтин от природного – по белковому составу они полностью совпадают.

Прошло достаточно много времени, прежде чем выяснилось, что природный ЭПО и ЭПО, выращенный в искусственных системах, отличаются по кладке молекул. И в ситуации, когда на научные изыскания было потрачено столько сил и средств, идти на уступки никто не хочет. Это касается не только самого гормона, но и веществ, которые помогают его вырабатывать или заменять.