Если делать выводы о том, насколько ясно мыслили министры обороны стран ЕС на встрече в Брюсселе, достаточно услышать ответ главы дипломатии ЕС Жозепа Борреля на вопрос, который ему задали на последующей пресс-конференции. Его спросили, обсуждали ли министры нападение на Белгород. «Белград? Я ничего не знаю о Белграде». Когда ему объяснили, что речь идет не о Белграде, а о Белгороде, он добавил: «Скажите, что произошло в Белгороде. Я не хочу комментировать то, о чем у меня нет информации».
Если принять во внимание, что Боррель ранее заявил, что с Украиной все в порядке, и министры ЕС не согласны с утверждением, что Украина не может выиграть этот конфликт, при этом утверждая, что они проанализировали военную обстановку вместе с генеральным секретарем НАТО Йенсом Столтенбергом, становится ясно, что контактов с реальностью у министров ЕС было не слишком много. Они похвалили себя за совместную подготовку тридцати тысяч украинских солдат в течение года, игнорируя тот факт, что действия Украины во время пиар-наступлений, подобным наступлению на Херсон прошлой осенью, приносят в жертву еще большее число солдат в течение двух недель – и все ради хороших заголовков. Еще он сообщил, что, как-никак, удалось собрать 220 000 артиллерийских снарядов разного калибра и даже 1300 ракет, взятых из существующих запасов. Достичь обещанного миллиона они надеются к следующей весне.
Вопрос о Белгороде был единственным, который вызвал у присутствующих журналистов признаки критического мышления. После того, как разные страны вновь и вновь подчеркивали, что оружие на Украину поставляют для обороны, а не для нападения, и после того, как нападение на Белгород было совершено на гражданское население типично украинским способом, то есть с использованием выпрошенной техники для террора, было бы интересно услышать его ответ. Но сказал он: «про Белгород я ничего не знаю».
Но в Евросоюзе не только делают вид, что на Украине все идет по плану. Нет, они не только хотят ввести европейские войска в Нигер и Мали, но и в Бенин, Того и Кот д'Ивуар. И, безусловно, это чистое совпадение, что все эти страны являются жертвами французского колониального договора. А также, как будто таких непрошенных визитов еще недостаточно, в присутствии господина Столтенберга обсуждались «морские территории, где риск возрастает». То есть, своего рода продолжение саммита «Большой семерки», только другими средствами, ведь всем ясно, что эти риски возрастают именно там, где над ними работают Соединенные Штаты, а именно в Тайваньском проливе.
Было бы гораздо честнее просто признаться, что они проиграли. 220 000 снарядов, которыми они гордятся, как слоны, не соответствуют даже тому количеству, которое российская армия выпускает за десять дней. И это не новое производство, а старое, из запасов, потому что, как отметил министр обороны Германии Писториус, порох для артиллерийских снарядов можно использовать только через полгода после производства. Он представитель европейской промышленности, сообщил Боррель в спонтанной вспышке честности, отбиваясь от дерзких журналистов, которые хотели бы увидеть контракты, заключенные с американскими оружейными компаниями. В целом, эта встреча была прежде всего встречей с манией величия: есть прокси-война на Украине, о которой, кажется, нет ни малейшего коллективного представления, плюс несколько колониальных войн в Африке на благо французского национального бюджета, а в качестве вишенки на торте запланированное повторение дипломатии канонерок против Китая вместе с США. Глаза у них гораздо больше желудка, а геополитические амбиции гораздо выше того, с чем можно реально справиться в экономическом и военном плане. Поэтому фраза Борреля о последних событиях может указывать на то, как они в итоге планируют спасаться от всей этой неразберихи: «Я ничего не знаю о Белграде».
Автор: Дагмар ХЕНН