- Честное слово, самой не верится, что завтра въезжаем в новый дом.
- Достроили? Быстро вы, однако, управились, - Надя хотела порадоваться за подругу, но не могла.
Они с Владимиром десятый год строятся, а до внутренней отделки так и не дошли. Надежда всегда подозревала, что у Любы с мужем нетрудовые доходы. Несколько раз пыталась вывести ее на чистую воду, но так ничего и не узнала.
- Ты бы хоть, подруга, поделилась, откуда деньги капают вам в кошелек.
- Какие там деньги, мелочевка одна, в основном Иван сам трудится на строительстве дома, иногда друзей зовет на подмогу. Вот так с божьей помощью будем жить не хуже других.
Надежда с Любой дружит еще со школьной скамьи. Были случаи, когда они ругались, месяцами не разговаривали, потом, случайно встретившись, обнимались, не могли наговориться.
Надя с самого детства была боевой, за словом в карман не полезет, всегда все говорила в глаза, а Любе не могла. Люба была полной противоположностью своей подруге, какая-то неуверенная, во всем сомневалась. Если Надежда порой совсем не думала о своих поступках, Люба несколько раз взвесит прежде, чем что-то сделать.
То же самое было и с замужеством. Надя, не задумываясь, выскочила за первого встречного. Володя встретился ей на дискотеке, такой веселый компанейский парень. Через три месяца уже пошли подавать заявление в ЗАГС.
Надежде даже показалась, что Любаша обиделась.
- А ты ворон не лови, нечего так долго приглядываться, а то останешься в девках.
- Я не хочу, так, как ты, мне нужен надежный муж. Не хочу все тащить на себе.
- Ну и выбирай, - как отрезала, сказала Надежда.
Люба вышла замуж, когда у Нади уже подрастал сынишка. Ивана ей сосватала тетушка по отцу.
- Неизбалованный, приученный к труду, уважительный, присмотрись к нему, Любочка.
Ваня на первых порах ей не очень понравился, но чем больше его узнавала, тем сильнее к нему привязывалась.
Теперь понимает, с каким сокровищем живет. В отличие от подруги, она не работает, ей муж запретил. С первых дней семейной жизни в материальном плане ни в чем не нуждались. Она не знала, откуда муж деньги берет. Ее это совсем не заботило.
- Занимайся детьми, а то улица их будет воспитывать, пока мы на работе. Водит детей в разные кружки в школе, кроме того, Василиса увлеклась гимнастикой, Никита посещает музыкальную школу, уже заводит разговоры и спортшколе. Хлопот дома и с детьми у нее хватает.
Все уже было готово к переезду, вещи и кое-какая утварь упакованы в коробки. Только осталось Ивану нанять машину – и семья в просторном новом доме будет обживаться.
Вечером, вместо мужа, пришел участковый.
- Муж дома?
- Еще не вернулся. С минуты на минуту должен прийти. А что случилось?
- Открылась большая кража на стройке, в которой он замешан.
- Не может такого быть, Ваня никогда чужого не возьмет.
- Плохо вы знаете своего мужа, у людей, может, и не берет, а у государства тащит не только то, что плохо лежит, а все подряд… Знайте, что его могут арестовать, там хищение в крупном размере, это я вас предупредил, в случае, если муж не придет домой.
За полицейским закрылась дверь, а Люба не могла прийти в себя. Не могла поверить словам участкового. Но дом… Откуда-то он брал деньги для приобретения стройматериалов? Семья не чувствовала, что им не хватало на жизнь. Иван никогда не хвалился своим заработком, но она понимала, что в их городке трудно найти высокооплачиваемую работу.
Бессонная ночь, всякие мысли лезли в голову. Она понимала, если бы мужу нечего было скрывать, он бы не отмалчивался. Иван - хороший мужик, дельный работяга, на хорошем счету всегда у начальства. И вдруг такое.
Три месяца Люба жила, как в тумане, ждала суда. По словам следователя, не считая мешков цемента, разных железяк…, Иван с прорабом налево сбывали доски и кирпич.
Ивана осудили за кражу, организованную группой лиц, дали пять лет колонии общего режима, за этот срок он обязан возместить ущерб.
Любе пришлось продать новый дом, чтобы оплатить услуги адвоката. И семье надо на что-то жить, пока их добытчик в местах, не столь отдаленных.
Надежда, нет, чтобы посочувствовать подруге, злорадствовала.
- Я же тебе говорила, на свои заработанные так быстро дом не построишь. У твоего мужа теперь новоселье в учреждении, где небо в клеточку. Бог шельму метит. Нам с Вовкой лишь бы к пенсии справить новоселье.
Люба хотела, было, уже развернуться и уйти.
- Любаша, ты не обижайся, давно знаешь, что я все говорю в глаза. Не брошу тебя с детьми, постараюсь помогать. Там у нас в компании место освобождается, хочешь, я поговорю с шефом, он мужик неплохой, думаю, против не будет.
- Не хочется детей одних оставлять, они не приучены к самостоятельности, но придется.
Не прошло и недели, как Люба вышла на работу. Сначала тяжело приходилось, не успевала ничего делать дома, постепенно Василиса с Никитой ее заменили.
Два раза Люба с детьми ездили к Ивану в колонию, потом свиданки заменили телефонными звонками. Слишком затратно обходились ей встречи с мужем.
Со временем научились жить без мужчины. Дети стали настоящими помощниками матери. И когда Люба им сообщила, что в их квартиру будет приходить Степан, выполнять трудоемкую работу, они встали в позу.
- Никита уже большой, пусть учится мужской работе, не нужен нам чужой дядя, - первой высказала свое мнение Василиса, - папка вернется, нам станет полегче. От этих слов дочери ей захотелось лечь и лежать, чтоб ее не трогали.
Люба не ожидала такого, потому что дети жаловались, что им тяжело. И когда ей стал оказывать знаки внимания Степан, она даже обрадовалась. Втайне надеялась, что дети примут его, потому что он очень быстро находит общий язык со всеми. Люба стала преображаться: сделала прическу, обновила наряд. Чаще на ее лице стала появляться улыбка. Ей казалось, что до встречи со Степаном она просто спала, а сейчас пробудилась.
Женщина стала часто встречаться со Степаном, стараясь избегать тех мест, где их могли увидеть знакомые. Постепенно приходили к мысли, что не смогут жить друг без друга. Но не могла Люба переступить через детей, потому что те считали дни до возвращения отца.
Когда вернулся Иван по удо, дети ликовали, а Люба совсем сникла: свидания с человеком, который занял место мужа в ее сердце, придется прекратить. Очень тяжело ей дался этот разрыв: больше месяца ходила, как будто не своя.
Немножко воспрянула, когда узнала, что Степан запил. Оказывается, он был кодированным. Чуть, было, не совершила непоправимую ошибку. Она была благодарна своим детям, что уберегли от необдуманного поступка.