Муж вёз Лину домой, за окном мелькали клочки потемневших на солнце сугробов, вытаявший мусор, пушистые комочки вербы в стороне от обочины. Она не могла вспомнить, что было за окном тогда, когда она уезжала, прошло около месяца разлуки с любимым, неделя её полузабытья, долгие дни душевных терзаний, которые она провела в психиатрической больнице.
Первая ласточка
Сейчас Лина пыталась вспомнить, с чего всё началось? Неужели с того самого вечера, когда муж сказал ей, что пошёл в магазин за пивом, а, когда она, не дождавшись его возвращения, накинула пальто и, выйдя на крылечко, увидела, как он выходит от соседки Риты?
- Зачем? Что ты там делал? – закричала она.
Лина сама испугалась того, какой страшный крик вырвался из её горла. Это было первым предвестием болезни. Потом, когда муж, обняв её за хрупкие плечи, увлёк в дом и, объяснив, что Рита просто попросила вкрутить лампочку, спросил: «Зачем ты так кричала?», Лина растерялась и пробормотала:
- А я и сама не пойму зачем, я просто испугалась, что ты бросишь меня…
- Я? Брошу тебя? А ты лучше ничего не придумала? Зачем мне бросать тебя, если мы только-только узаконили наши отношения. Да и три предыдущих года невозможно сбросить со счетов. Глупенькая моя мышка, я же люблю тебя…
- А авария? А деньги? Это же я во всем виновата…
Лина закрыла лицо руками и заплакала, вспомнив события того злополучного дня, когда они с Володей, тогда ещё не с мужем, а женихом, возвращались из города. Лина была за рулём, она светилась от счастья, понимая, что всё в её жизни складывается самым лучшим образом. Они оплатили свою будущую свадьбу сами, не надеясь на помощь родителей, понимая, что им с их мизерными пенсиями денег особо взять негде.
Лина настояла на том, чтобы, не поддавшись на уговоры Володиной матери о деревенской свадьбе, играть свадьбу в городе. Они сняли банкетный зал в частной гостинице, а заодно и два гостевых домика, чтобы всех приглашённых, приехавших из других городов, тут же разместить и на ночлег. Задумка влетела им в кругленькую сумму, пришлось взять кредит, но Лина этого не боялась, Володя хорошо зарабатывал, да и она считалась классным специалистом, карьерный рост ей был обеспечен, тем более уж теперь, когда она станет законной женой такого человека, как Владимир Гладилин. Платье невесте и кольца он купил сам, не коснувшись их совместных накоплений. Она села за руль, потому что там, где они заказали свадебное застолье, Володя встретил своего бывшего однокурсника, который приехал с семьёй на отдых, и мужчины решили выпить.
Неожиданный отпуск
Спустя какое-то время после аварии Володя вспоминал: «Я не знаю, что со мной случилось, будто чёрт шепнул на ушко, но мне так захотелось с ним выпить, это желание оказалось выше моего разума, и я решил, что ничего не будет страшного, если я урву от предсвадебной суеты полчасика веселья, а машину поведёт Лина, зря что ли она так старательно сдавала на права». Он и предположить не мог, что эта рюмка водки, одна-единственная, сыграет с ними такую злую шутку.
Лина очень старалась оправдать доверие мужа, но навыка вождения у неё не было, тем более, на такой скользкой дороге. Какой-то деревенский тракторист оставил на обочине отцепленную телегу, которая, как магнитом потянула к себе машину, за рулём которой сидела Лина. Она растерялась, запаниковала, а машину закрутило на ровном месте. Хорошо, что Володя успел схватиться за руль и сумел удержать, уберечь её от сильного удара.
Они сами почти не пострадали, но машина оказалась серьёзно повреждена. Неприятность заключалась ещё и в том, что приехавшие по вызову гаишники никак не хотели верить в правдоподобность того, что за рулём сидела Лина. Когда один из них, молодой и развязный, грязно ругнувшись оборвал Володю словами: «Что ты врёшь, как сивый мерин», Лина не выдержала и бросилась на него с кулаками. Всё это вылилось в дополнительные и расходы, и разбирательства, подорвав и так сильно пошатнувшееся предсвадебное настроение.
Но свадьбу они всё-таки решили играть, потому что деньги за всё уже были внесены, а многочисленным гостям разосланы приглашения. Родителям решили ничего не говорить, поэтому мать, строя догадки о плохом настроении дочери, спросила:
- Дочура, ты хоть часом не беременная?
- Не дождётесь…, - ответила Лина, ещё не понимая, какой коварный смысл обретут её слова, сказанные мимоходом.
А вскоре после свадьбы у Лины начала побаливать голова. Анна Ивановна, её непосредственная начальница, заметив подавленное состояние Лины, предложила:
- Знаешь что? А не пойти ли тебе в отпуск? У тебя ещё за прошлый год есть неотгулянные дни. А сейчас отчёты сдали, у нас будет затишье, пару недель свободно можешь отхватить. Съезди в санаторий, смени обстановку, развейся. На худой конец, поезжай к мужу в деревню, на лыжах походишь, со свекровью плотнее познакомишься…
И сама почему-то засмеялась, видимо, оценив свою шутку. Но с отпуском Лине и в самом деле помогла.
Но Лина, понимая, что сейчас не самое лучшее время расслабляться, решила съездить на пару денёчков к подруге в Москву, а потом засесть за рукоделие, она профессионально вязала, и потому у неё всё время были хорошо оплачиваемые заказы. Но подруга только хихикнула, оценив её планы на отпуск:
- Глупая, - сказала она, - если хочешь серьёзно заработать, надо не вязать, а пахать, как лошадь… Приезжай, у меня работы море. По несколько тысчонок в день я тебе заработок обеспечу, если, конечно, будешь выкладываться по полной. Одевайся потеплее, а главное – обувайся, стоять на рынке – это не в офисе сидеть…
Свадьба – это тоже стресс
И Лина поехала. Работы и правда было море, шуршал товар, в руках крутились большие деньги. Вечером болела голова, но Лина спасалась таблетками, увеличивая и увеличивая дозу. А однажды, возвращаясь с работы домой, она вдруг позабыла, где живёт. Решила позвонить подруге, достала телефон, но сделать этого не смогла, у телефона кончилась зарядка.
Она села на скамейку и, дуя на озябшие руки, пыталась сообразить, что с ней происходит. Неожиданно к ней подошёл молодой мужчина и предложил свою помощь. Не понимая, что делает, Лина взяла его старенький, замотанный скотчем телефон, и попыталась вспомнить хоть какой-то номер, но в памяти ничего не было. Она подняла голову, чтобы отдать парню его бесполезный телефон и с ужасом обнаружила, что парень исчез вместе с её дорогущим телефоном, подарком подруги на их с Володей свадьбу.
Лина легла на скамейку и приготовилась умереть, её тянуло в сон, веки просто слипались. Кто-то вызвал «Скорую». Подруга её отыскала, обзванивая все больницы подряд, пришла, принесла передачку, но в больнице как раз был карантин и поэтому её не впустили. Оставив сумку с едой, она пошла к машине. Именно в этот момент Лина и увидела её, она закричала тем самым голосом, которым кричала на мужа, когда он вышел от Риты. Лина каталась по полу, кусала медсестёр, разорвала на себе халат и, полуголая, устремилась по коридору к выходу. Остановил её высокий рослый врач, случайно оказавшийся на её пути. Лине сделали укол…
Очнулась она в психиатрической больнице, ей показалось странным, что её руки и ноги привязаны к кровати, потому что голова была совершенно ясная.
Узнав о случившемся, Володя сразу приехал в Москву, он пытался объяснить доктору, что состояние Лины – это следствие удара, полученного во время аварии и что её следует немедленно отпустить домой. Но доктор на это имел своё мнение:
- Нет, молодой человек, - сказал он мягко, - состояние вашей жены – это следствие стрессов, которые один за другим обрушились на неё. Для женщины даже свадьба – стресс, а тут такое… Берегите её. У вас всё будет хорошо, вот полечим её и отдадим вам в тёплые любящие руки.
- А родить она сможет, доктор? – спросил Володя, стараясь прочитать в глазах доктора правду, а не простое утешение.
- А уж это, молодой человек, как стараться будете… Конечно, лучше бы годик-другой подождать, чтобы психика вашей жены окрепла окончательно, она сама сейчас, как ребёнок… Благодарите Бога, что так всё обошлось, что вовремя попала в больницу, что лихие люди не надругались над ней…
Лина пролежала в больнице почти месяц. И вот она едет домой с надеждой на то, что теперь у них с Володей будет всё хорошо.
