"НЕСВОБОДНЫЙ" Татьяна Адриевская
— Можно просто Ада, — протягиваю руку для пожатия, но тут же одёргиваю, увидев грязь на своей ладони. — Моя сестра работает юристом в компании вашего босса, и я сегодня в роли её гонца с особо важными документами. Она должна была вас предупредить!
— А это особо важные документы? — мужчина кивает на папку, которую я старательно натираю уже третьей салфеткой.
— Да! — фыркаю раздражённо. — И если ваш босс их не подпишет в течение часа, то нам всем не поздоровится. Насколько я поняла, он у вас тот ещё брюзга.
— Вот как… — Идеальные брови идеального взлетают ещё выше.
Молчи, Ада! Ещё слово и они окажутся на затылке!
— Наверное, проще вызвать такси, — ворчу я, собираясь покинуть салон автомобиля, но внезапно двери блокируются.
— Пристегнитесь, Адель. Я отвезу вас к нашему брюзге, — усмехается мужчина, и поворачивает ключ зажигания.
Настороженно прищуриваюсь, разглядывая Тимофея Васильевича повнимательнее. Какой-то он… странный. Слишком статно и уверенно держится. Не похож он на водителя. Мамочки, а вдруг маньяк?! Двери заблокированные, стёкла тонированные, сейчас увезёт меня в глухой лес и поминай, как звали!
Уткнувшись в телефон, пишу сообщение Даше, что уже в пути к биг-боссу, и немного успокаиваюсь. Сестра знает с кем я еду, и странный водитель должен это понимать. Так что я в безопасности. С непоколебимой невозмутимостью открываю папку и проверяю содержимое.
Ох… блин…
На верхний краешек контракта, что выглядывает из прозрачной ячейки, всё-таки попала грязь. А ещё и уголки счетов намокли. Ну что я за растяпа! Как можно было запороть документ, стоимостью в миллионы? Ладно, постараюсь незаметно исправить. Выкладываю счета на приборную панель, поближе к воздуховодам, и достаю из сумочки маникюрные ножнички.
Водитель, до сих пор молчаливо наблюдавший за мной, изгибает свою идеальную бровь, когда я аккуратненько подрезаю испачканный краешек листа и принимаюсь за следующий. Да, такой ювелирной работой я ещё не занималась, но деваться мне некуда.
— Вы уверены, что будет незаметно? — интересуется мужчина.
— Конечно! — уверенно киваю я, хотя на самом деле совсем не уверена. — Тут же совсем чуть-чуть надо срезать.
— Может быть, нам стоит вернуться и распечатать новые экземпляры.
Раздражённо зыркаю на «доброжелателя» и поджимаю губы.
— Вы не отвлекайтесь, Тимофей Васильевич, от дороги. Если попадём в аварию, тогда вряд ли сможем вообще куда-нибудь поехать.
Тот лишь усмехается и кивает на счета, что я разложила сушиться.
— Насколько я знаю, это конфиденциальная информация.
— И? — хмурюсь я.
— А вы у нас не работаете.
— Так уж вышло. Я ведь не из праздного любопытства с вами еду, а помогаю больной сестре. Но, если вам не сложно, давайте не будем распространяться вашему боссу о моей оплошности.
— Не будем, — соглашается водитель, и его губы внезапно растягиваются в весёлой улыбке.
Я засматриваюсь на эту улыбку и снова выпадаю из реальности. Этот мужчина дьявольски красивый. Он явно рождён для того, чтобы женщины глаз с него не сводили! Но мне приходится отлипнуть от его сексуальных губ и продолжить операцию по спасению документов.
Закончив, я придирчиво осматриваю свои старания. Неплохо. Даже почти незаметно, так как пострадали в основном задние листы. А вот со счетами дела обстоят гораздо хуже. Намокшие уголки начинают подсыхать, и становятся заметны разводы цвета детской неожиданности. Напряженно разглаживаю их пальцами и понимаю, что Дашкин биг-босс точно такое не подпишет.
Незаметно кошусь на водителя и тут же жалею об этом. Василич пристально за мной наблюдает, и мне начинает казаться, что его забавляет сложившаяся ситуация. Козёл. Нашёл время веселиться! Может, ему в удовольствие наблюдать за неудачами посторонних людей?
Тяжело вздыхаю и беру в руки телефон. Делать нечего, придётся позвонить Дашке и признаться в том, что я всё испортила. Не привыкать уже — я для неё ходячее бедствие.
— Ты женат… — шепчу одними губами не вопрос, а утверждение.
Марк резко оборачивается, и моё сердце спотыкается, как только наши взгляды пересекаются. Его глаза непроницаемы и холодны, на лице ни одной эмоции.
— Только не говори, что для тебя это новость, — произносит с едва уловимой усмешкой, и я теряюсь от шока и неверия.
— Я не знала.
— Что ж, теперь знаешь, — равнодушно жмёт плечами. — Но обсуждать с тобой свою семью я не намерен. Между нами ничего не изменится. Вечером я позвоню.
Он берёт с кресла пиджак и выходит из комнаты, а я смотрю на погасший дисплей телефона, где минуту назад читала сообщение от жены того, кого считала своим…
Я полюбила мужчину, даже не подозревая о том, что он несвободен. Его жена узнала не только обо мне, но и о ребёнке, которого я ношу под сердцем. И теперь мне нужно сделать выбор: либо принять её условия, либо исчезнуть из их жизни…