В истории тайско-российских отношений был эпизод, когда таец попросил дать ему российское гражданство и вокруг этой просьбы вспыхнули нешуточные страсти и чуть не расстроили межгосударственные отношения. Этим тайцем был поручик Най Пум, друг и сподвижник легендарного принца Чакробона.
Лишь напомню, что Най Пума отправил в 1889 году король Рама v вместе со своим сыном Чакробоном в далекую Россию для учебы в Пажеском корпусе.
История жизни Най Пума подробно описана здесь: https://ar-am-at.livejournal.com/382.html
После отъезда принца Чакробона на родину, Най Пум принял решение остаться в полюбившейся ему России, принять крещение и российское подданство, и верой и правдой служить новому Отечеству.
ПРОШЕНИЕ ПОРУЧИКА ГВАРДЕЙСКОГО ДРАГУНСКОГО ПОЛКА НАЙ ПУМА НИКОЛАЮ II [Март] 1906 г. Его Императорскому Величеству Государю Императору.
Най Пум, поручик сиамского гвардейского драгунского полка.
Всеподданнейшее прошение
Привезенный в Россию 14-ти лет, я имел счастье удостоиться милостивого попечительства в.и. в-ва, давшего мне возможность в Пажеском в.и. в-ва корпусе окончить курс наук.
Оторванный от моей первоначальной родины и привыкнув считать страну, где я нашел такое милостивое отношение, моей истинной родиной, я хотел бы посвятить мои силы и приобретенные познания на дело служения ей и посему осмеливаюсь ходатайствовать пред в.и. в-вом, как о величайшей милости, о разрешении мне вступить в подданные в.и. в-ва (Най Пум)
Для всех это желание Най Пума прозвучало «как гром с ясного неба».
Министр иностранных дел В. Н. Ламздорф секретной телеграммой поверенному в делах России в Сиаме В.В. Траутшольду, поручил навести справки, насколько такая просьба выполнима и какую реакцию вызовет при королевском дворе Сиама.
Ответ поверенного не внушал никакого оптимизма:
«переход Най-Пума в иностранное подданство был бы очень неприятен королю» , Най Пум, «как офицер, не может самовольно оставить сиамской службы, не отбыв известного срока в зачет затрат на его образование».
Более того, сам принц Чакробон . страстно желавший возвращения друга Пума на родину, отписал Николаю следующее:
«Прошу в.и. в-во простить меня за смелость, но, будучи всепреданнейшим слугою в. в-ва, считаю своим долгом довести до Вашего сведения, что переход Пума в русское подданство будет принят здесь с большим неудовольствием. Это небывалое в нашей истории событие. Сиамское правительство отправило Пума в Россию с целью воспользоваться впоследствии приобретенными им знаниями. Такой поступок послужит дурным примером другим сиамцам, получающим образование в Европе.
Конечно, если переход этот является следствием желания в. в-ва видеть Пума на русской службе , король сейчас же даст на то свое согласие, но не все поймут, что это служит доказательством особой милости и расположения в.в-ва. Зная свою страну, скажу, что этим даже может быть поколеблено личное обаяние в.в-ва, которое так велико здесь.
Будучи всей душой предан в.в-ву и ревностным сторонником идеи тесной дружбы между Россией и Сиамом, не могу примириться с тем, что из-за одного лица могут пострадать наилучшие отношения, существующие между обеими странами. Чокрабон»
.
Тем не менее, уже в апреле Ламздорф сообщает управляющему делами миссии России в Сиаме Н.К. Эльтекову о желании Николая II видеть Най Пума, сумевшего приобрести расположение императора, на русской службе и попросил еще раз «прощупать» отношение сиамского короля к неожиданно возникшей проблеме.
Сам же Най Пум был упрям (ну, таец-же!) и настроен решительно. Отказавшись вернуться в Сиам, он съехал из помещения сиамской миссии в С.-Петербурге.
Интересно, что МИД решил «тихонько слиться» из этого запутанного казуса и Ламздорф порекомендовал Эльтекову «воздержаться от всяких объяснений о дальнейшей его (Най Пума) судьбе, не вмешиваясь в это дело...»
Но, как мы знаем, для нашего героя все закончилось благополучно: он, приняв российское подданство, стал Николай Николаевичем Най Пумом и послужил новой родине на фронтах Первой Мировой.