Найти в Дзене
Словесный бардачок

Историческая фантастика. Александр Прозоров «Белый волк»

Цикл Александра Прозорова «Смертный страж» состоит из пяти книг. Пятая, как я поняла, сейчас в работе. Автор многим знаком. А я поделюсь своими впечатлениями о первой книге цикла – «Белый волк». Эссе не такое уж и большое, просто примеров много. Если торопитесь – не читайте примеры, но тогда представление об авторе будет неполным.

Пенталогия «Смертный страж» — боевик с присущим ему трешем: море крови и масса поломанных конечностей; и если бывший спецназовец Еремей Варнак бьет противника, то почти всегда обязательно с добиванием, по крайней мере, часто наносит удар уже поверженному сопернику так, чтобы голова непременно с размаху врезалась в асфальт. В общем, мордобой во всей красе… но, естественно, во имя справедливости.

Варнак понял: прячут тут девочку или нет, дом все равно придется отработать.
Ибо тайных мест, где сидят вооруженные люди, в России существовать не должно!
На душе сразу стало легче: дальше уже можно не стесняться…
— Эй, ты! На лестнице! — выбрался из спальни Еремей. — Скажи хоть перед смертью, кто вы такие?
— Мы борцы с тиранией! — срывающимся голосом ответил долговязый. — Против векового рабства и деспотизма! Против путинизма, воровства и коррупции!
Звук раздавался сверху, откуда входной двери противник видеть не мог, и потому волк бесшумно скользнул внутрь.
— Это вы из-за тирании похитили маленькую девочку и собирались отобрать у нее жизнь?
— Мы сделали это во имя свободы! Маленькая жертва во имя великой победы!
— Знаешь, что меня во всех вас всегда поражает, парень? — Варнак подступил к краю лестницы и словно случайно показал плечо. — Вы почему-то никогда не понимаете, за что вас убивают. <…>
Долговязый охнул и выпучил глаза. Его губы прошептали:
— За что?
— Кровь за кровь, приятель, — вытер об него испачканную перчатку Варнак. — Кровь за кровь. Нам, понимаешь ли, глубоко плевать, под какими девизами вы гадите людям. Мы просто уничтожаем всех, кто гадит.

Отработал бандитов Варнак на совесть — девочку спас, на пару с волком уложил 12 киднепперов.

-2

Но треш — это лишь часть текста. В книге присутствует славянская мифология (мистику герой воспринимает с понятной долей иронии), и погони на всех возможных марках автомобилей и мотоциклов, и буквальное соединение душ волка и человека, и философские размышления о законе и справедливости:

— Не ёрничай, Варнак, — серьезно ответил Широков. — А то я включу в материалы дела оперативную видеосъемку, сличу следы орудий преступления у гостиницы и на Мещерском шоссе, сверю отпечатки колес, которые есть в материалах дела, с протектором твоего мотоцикла, и будет тебе в подарок билет на столь любимый нашими бардами поезд Воркута-Магадан.
— Чего же тогда не включаете?
— Даже сам не знаю, Еремей... — задумчиво потер виски тот. — Наверное, потому, что все это будет предельно законно, но как-то не очень справедливо. Не совсем по совести. Я, поступая на службу, давал клятву служить своей Родине, а не букве закона. Для моей Родины ты опасности не представляешь.
— Зачем же тогда, Сергей Васильевич, вы служите закону, если со справедливостью он никак не стыкуется?

...и проблемы науки и экологии, последние очень волнуют главного лешего Укрона, борющегося с излишками воды на планете, ибо от влаги все беды.

Ведомо нам, напасти новые готовят глупцы для лесов и лугов, для наволоков и дубрав. Потопить все желают, изничтожить, водой новой налить. И несть в безумцах понимания, что беды все роду людскому исконно от водяного избытка идут! Лихоманки, анчутки, хвори и лихорадки, русалки и комары, навки и болотницы... Все, все из воды сырой к вам лезет, извести пытается, отравить, погубить, гнилью сожрать, плесенью заползти! Все плохое от нее! (Это позиция лешего)
-3
Я хочу запретить это мракобесие раз и навсегда! Ты даже представить себе не можешь, что за маразм там творится?! Ты понимаешь, это же не прудик, и не два, это десятки километров! Десятки квадратных километров нормальной, полноценной плодородной земли собираются тупо затопить! Вот взять и затопить! Леса, поля, деревни. Хрясь — и под воду. Вбить в этот кошмар миллиарды рублей, залить километры бетона. И все ради чего? Ради банальной маневренной мощности! Вместо того, чтобы поставить компактную и дешевую станцию на сверхпроводимых аккумуляторах, которая будет иметь на порядок больший КПД, не станет портить природу и может быть втиснута в любую инфраструктуру, они банально закапывают деньги в землю! (А это позиция ученого)

— Ты не поверишь, Костя! Главный леший всех русских лесов крайне высоко оценил твою работу по спасению его зверей, грибов и ягод и очень просил передать его большую благодарность!
Белокотов расхохотался:
— Ну да, само собой! Если бы белочки и ежики знали, как я дерусь за их сухие квадратные километры, давно бы поставили мне памятник из шишек. Бьюсь, как зверь! Надо это, грамоту такую нарисовать. Буду награждать отличившихся сотрудников. «Благодарность русского лешего» с поощрением из фонда заработной платы. А что, хорошая идея! (А это ирония. Ну и Белокотов-Батарейка пока еще не относится серьезно к существованию лешего)

С большой иронией описывает автор мирный протест зеленых у штаб-квартиры Росатома.

— Зачем ты нас убиваешь?! — весело кричали Белокотову дети. — Мы хотим жить! Отдай наше детство!
-4

А в центре всех сюжетных узлов — необъявленная охота на ученых, в которой иностранные спецслужбы не щадят ни физиков, ни лириков, дабы проредить российскую науку. Главный герой Еремей Варнак как раз и занимается защитой научной элиты страны.

Мне все это вообще с самого начала дурдомом казалось. Война «мокрых» лихоманок против «сухих» леших на территории человечества… При общем маразме ситуации работа у нас вполне разумная, прикладная и логичная — мы охраняем человека от покушений на его жизнь

Разобраться, что здесь реальные факты, а что выдумка автора, – это, пожалуй, один из моментов, мотивирующих к чтению. По крайней мере, над интеллектуальной составляющей текста автор работал не менее серьезно, чем над мордобоем и сказочкой.

История развивается динамично, скучать читателю, на мой взгляд, особо некогда. Бывший десантник Игорь Шаварин привлекает старлея, в силу обстоятельств оставившего службу в армии, в напарники для работы телохранителем криофизика Батарейки. И постепенно старлей Еремей Варнак понимает, что попал в центр какой-то войны сверхъестественных сил.

Борьба сил, в жернова между которыми ты попал, длится уже многие десятки тысяч лет, а протянется еще дольше. Иногда побеждают одни, иногда другие. Но они, эти силы, похожи на две стороны медали. Одна не способна обходиться без другой, и нередко они сплетаются в единое целое во имя общих интересов. Схватка, которую ты продул, это, скорее, борьба за лидерство, а не война на уничтожение. Они выясняют, кто круче. Ты, понятно, проиграл. Но ты показал себя хорошим бойцом.

Несколько раз Варнак оказывается на грани смерти, но спасает его «галлюцинация» — дикий волк Вывей.

И вот тут я бы оценила мастерство автора. Очень тонко, не по-мультяшному, Прозорову удается показывать это слияние-перевоплощение душ волка и человека. Постепенно обостряется обоняние у человека. И какая палитра запахов описывается на протяжении всего текста — вы даже не представляете! Кроме того, у каждого дружественного, преследуемого или разыскиваемого человековолком объекта — свой запах. После обострения обоняния сначала ничего не меняется, события в жизни Еремея и волка Вывея следуют своей чередой, и только уже ближе к середине становится понятно, почему Еремей так зациклился на запахах.

Это было невероятно странное ощущение: стоять, опираясь локтем на забор — и тут же видеть, как это делаешь, с удаления в сотню шагов. Чувствовать свой слабый бензиновый привкус, дубоватый запах пота с едкой квасной примесью. Видеть поступь ширококостного зверя, покрытого густой жесткой шерстью, причем на удивление светлой, почти седой — и понимать, что это именно ты и есть!

У волка постепенно появляется способность понимать речь. Вывей — очень умный волк, который напомнил мне собаку — Белого Бима Черное Ухо Троепольского. И видение, восприятие мира животным описано не менее глубоко.

-5
Даже в эти ранние часы там уже сошлись шестеро двуногих, между которыми резвились две овчарки, крупный дог, пара мохнатых пуделей и какой-то мопсик.
Мопс-то и поднял истошный лай, когда Вывей, показавшись на краю истоптанной площадки, не спеша прогулялся вдоль старого, полуразвалившегося штакетника.
Почуяв волчий дух, к лаю мелкой таракашки подключились и крупные собаки, сбиваясь в стаю и подступая ближе.
Вывей повернул к ним голову, испуганно поджал хвост и кинулся наутек.
Вынести этого зрелища псарня, разумеется, не смогла и дружно ринулась в погоню, не слушая сердитых воплей двуногих.
Припустив сильнее, Вывей просвистал до самой парадной врага, сделал полукруг вокруг отравы, вышел на собственный след, резко отпрыгнул вбок, за припаркованные машины, и вдоль них прокрался в обратном направлении.

Большой любви в книге не описывается. Так, немного флирта, немного игровых моментов. Автор решил не наделять героя большим чувством, думаю, что не нашел достойного объекта. А ратующие за семейные ценности люди не проявили себя как персонажи положительные.

В жизни некоторых мужчин, Костя, — ответил седовласый, — случается чудо. Они встречают самых лучших женщин. Любящих и нежных. Преданных и заботливых. Невероятно красивых, но неизменно верных. Тех, что остаются рядом даже в дни нищеты и неудач. Всегда готовых помочь и поддержать. А иногда и простить. Не попрекающих, если ты слишком увлекся работой, всегда готовых исполнить любое твое желание. К некоторым из мужчин в нашем мире приходит счастье. Дети, любовь, уют, успехи. Но главное — это любимый человек, который остается рядом до последней секунды твоей жизни.

Один нюанс: человек этот — русалка, которая тормозит прогрессивные проекты ученых, поглощая и подчиняя себе всю их творческую энергию. Какая уж тут большая любовь…

-6

Такой вариант с учеными напоминает романтика Ленского, который, по мнению Пушкина, должен или погибнуть, или стать обычным обывателем без всякого намека на романтику. Позиция же героя, стойкого к женским прелестям, и не только русалок, примерно такая:

Синьорина она симпатичная, даже привлекательная. На четверку! Но ведь не в красоте главное в отношениях заключается! Просто сердце у меня при взгляде на нее не дрожит. Легко променяю на любую другую.

Я всегда обращаю большое внимание на стиль, авторские находки в этом плане. Для меня это важно. (Наверное, поэтому, в отличие от многих с наслаждением прочитала «Доктора Живаго», именно как прозу поэта.) Так вот Александр Прозоров пишет свободным стилем, читать его легко, он отлично строит диалоги. И это несомненное достоинство его прозы.

-7

Описания поражают своей правдоподностью и материальностью. Мы ведь все, что нас окружает, не делим обычно на отдельные предметы, на природе мы слышим звуки и ощущаем запахи, это и складывается в общую картину.

Еремей разложил в джипе задние сиденья, превратив багажник в большую постель, и закат все они встречали вместе, сидя на берегу реки под чистейшим звездным небом как над головой, так и под ногами. Ветер затих до полного штиля, наволок дышал запахами свежести, зелени и почему-то сметаны; в чаще пели о своем полуночные пичуги, оглушительно стрекотала со всех сторон невидимая саранча, которую безуспешно пытались перекричать такие же невидимые лягушки. Но все вместе это неким волшебным таинством складывалось в чудесную песню ночного леса….

На небе перемигивались звезды и спутники, по краешку горизонта напоминали о себе красными и желтыми маячками могучие авиалайнеры. От реки к окрестным лесам с хищной вкрадчивостью пробирался туман, быстро завоевывавший заливные луга и ивовые заросли и обложивший со всех сторон тихий спящий джип.

Плеск воды — он издали и довольно точно выдает размеры добычи, попавшей в реку или озерцо. Мелкие существа, вроде лягушек или нырков, испускают коротенькие «плюм-плюм». Более мясистые, вроде выдры или бобра, издают более солидное «плю-у-ум». Плавающие по поверхности утки, гуси — протяжное «плюм-ш-ш-ш...». Крупные звери, вроде оленей, лосей, медведей, в воду не плюмкаются, а производят солидное «бултых» и при движении через воду журчат, нередко с пробулькиванием, в отличие от мелюзги, в воде лишь слегка шелестящей волнами.

Интересным показалось применение мини-реминисценций. Начало трех или четырех эпизодов (примерно от 5 до 15 коротких предложений) не просто перекликается, а слово в слово повторяется, а дальше накладываются события этого эпизода, о которых читателю не было известно. Как подъем вверх по спирали. Новые подробности об уже описанных событиях на новом витке истории постепенно ее углубляют, делают объемнее.

Текст приправлен изрядной долей юмора и иронии (о которых я уже упоминала выше). А я это очень люблю, как, наверное, и большинство читателей.

Только от слепней нужно хорошенько отравой мазаться. Их там столько, что даже комары с голодухи вымерли! Взлететь не могут, такая толкучка в воздухе.

— Молодец, отличная работа! Разумно и эффективно. Был бы ты у меня на службе, получил бы благодарность с занесением и материальное поощрение.
— Вот только не надо думать, Сергей Васильевич, что я ради вашей криворукой конторы что-то делаю, — тут же предупредил Еремей. — Мне за державу обидно! Посмотрел я в инете, сколь успешно вы свою службу исполняете. Счет на многие десятки идет, блин горелый! Сталина на вас нет, он бы вас научил Родину любить!
— Ну там еще и обычные несчастные случаи были, — явно смутился Широков. — Кто-то сам на встречную полосу выскочил, где-то все руководство университета на рыбалке утонуло.
— Ну да, я уже верю! Один за другим, как пингвины, в лунку попрыгали. Мышей не ловите, а на несчастные случаи сваливаете!
— Вот все-таки жаль, что ты у меня не на службе, — хмыкнули в трубке. — Сейчас бы я тебе строгача влепил с занесением, да и матпоощрение снял!

Я думаю, что с первой из пяти книг пенталогии точно стоит познакомиться, а потом уже решить для себя, подходит ли для вас подобный «винегрет» (этим словом не даю оценку, просто фиксирую разнородность тематической основы романа).

Читайте — и будет вам счастье!

Благодарочка за дочитывание!

Понравилась публикация — не стесняйтесь, подписывайтесь.