Приветствую, уважаемый читатель! Сегодня поговорим о проекте "Малороссия", история возникновения которого поистине увлекательна и достойна экранизации. Это высший, концептуальный уровень борьбы, а может особого рода любви Запада и Востока. Возможно, когда-нибудь Карен Георгиевич Шахназаров или Никита Сергеевич Михалков снимут на эту тему прекрасное кино. А сейчас я попробую коротко осветить эту захватывающую страницу истории длиной в два века, которая невероятно важна для понимания происходящих сегодня процессов.
Первое, что необходимо понимать, это то, что Киев всегда, подчёркиваю, ВСЕГДА рассматривался и разыгрывался Западом как форпост религиозно-торговой экспансии на Восток. Так сложилось с момента основания этого города и со времён политического могущества генуэзской и венецианской торговых республик, контролировавших львиную долю причерноморской и приазовской торговли. И в имперский и в советский период Киев это всегда фронда Москве. Там Ватиканом была тщательно простроена анти-Московская духовно-энергетическая матрица.
Чрезвычайно выгодное географическое положение на Днепре, который является артерией, связывающей мощнейшие славянские племенные союзы, плодородная земля и сравнительная удалённость от центров силы Востока и Запада (Рима и Константинополя), а так же их внутренние проблемы и взаимное противоборство, до поры до времени давали возможность повелителям Киева вести более менее самостоятельную политику. Действительно, на этапе становления Киев претендовал на роль центра русских земель. Но, не случилось. Князья Юго-восточной Руси просто передрались друг с другом за личную власть, за маленький кусочек гордой самостоятельности. Причём передрались так, что не смогли сплотиться даже перед лицом неизбежного монгольского удара с востока.
Историческая приверженность Киева к униатству так же не приветствовалась народами центральной и восточной Руси, которые имели явную склонность к православию в том или ином его виде. То есть это и не католическая Варшава, и не православная Москва, а некий гибрид. Каждый раз все попытки усидеть на двух стульях между Великим Западом и Великим Востоком заканчивались провалом. Все яркие и амбициозные притязания сначала Киева, а потом Вильно (Вильнюса) на роль собирателя русских земель неизменно заканчивались победами Москвы.
Идея "всея Руси" и Киевской Руси как её колыбели, малой родины, из которой потом выросла Великая Русь, зародилась в недрах афонских монастырей. К тому моменту греки бесповоротно проигрывали историческую конкуренцию с Римом и чувствовали неотвратимое и беспощадное дыхание в спину турок османов. Собственно идея была очень простая - объединить под своим духовным попечением земли от Юго-Западной Руси, Литвы и до восточных княжеств во главе с Москвой. Центром этой конструкции должен был стать Киев, а связующим элементом православие в его греческом варианте. После этого планировалось "сбыть" этот "а-ля православный" социо-культурный продукт Ватикану в обмен на поддержку против наступающих турок. Религия была важнейшим элементом политики, скрепой народов, чем и хотел воспользоваться Константинополь, который ещё оставался могучим религиозным центром с мощной традицией.
Греки развернули активную деятельность, их посланцы колесили между Киевом, Вильно и Москвой и конструировали необходимое "единство" с общим светлым прошлым и светлым будущим, под своим патронажем разумеется. Киев был не против, так как после мощного монгольского удара он откатился на периферию большой политики. Но, с двумя другими претендентами на собирание русских земель - Литвой и Москвой дело обстояло иначе.
Очень расторопный литовский князь Витовт, который на тот момент имел в активе польскую корону и замужество своей дочери за триумфатором Куликовской битвы князем Дмитрием Донским, попытался перехватить инициативу у греков. Витовт соорудил великое русское посольство на католический собор в Констанце (1418 год). Справедливости ради надо отметить, что посольство было весьма представительным и состояло более чем из 300 священников. Однако, греки отреагировали жёстко, лишили сана и прокляли главного представителя Литвы Григория Цамблака, которого до этого Витовт предусмотрительно усадил в кресло киевского митрополита.
В Москве же действовал присланый греками митрополит Исидор, в задачу которого входило получить согласие Великого князя Василия Васильевича (внука Дмитрия Донского) на участие в унии с католичеством, которое планировалось оформить на Ферраро-Флорентийском соборе. В Москве, набравшей силу после утверждения Иваном Калитой фактически новой династии, так же как и в Литве не были в восторге от греческих инициатив, поэтому Исидору пришлось поклясться в верности православию прежде чем заручиться согласием Великого князя отправиться на собор. В 1439 году собор состоялся и уния с Ватиканом с большим пафосом была подписана. Исидор же был произведён папой в кардиналы. То есть московский митрополит стал римским кардиналом! Каков пассаж! По приезду в Москву он обязал отныне при богослужении первым поминать папу Римского Евгения lV. Это была позорная сдача греками своих позиций. Причём как духовных так и светских, поскольку и император Иоанн Vlll и патриарх Константинопольский Иосиф прямо участвовали во всей этой затее. Василий Васильевич отреагировал молниеносно. Исидора объявили еретиком и арестовали на третий день после прибытия. А в 1448 году Московская церковь объявила об автокефалии (самостоятельности), а митрополитом выбрали уроженца Костромского края Иону.
Итоги всех этих интриг и противоборств следующие:
1) Москва прочно утвердилась как единственный центр собирания русских земель. Литва вскоре канула в лету как сильный европейский игрок, уступив место Варшаве.
2) Константинополь, который окончательно дискредитировал себя как религиозный, концептуальный и вообще какой-либо центр, рухнул под натиском османов в 1453 году, то есть практически сразу после утверждения самостоятельности московской церкви.
3) проект "всея Руси" под эгидой греков не состоялся, однако попытки реанимировать предпринимались уже другими политическими силами ещё не раз.
4) Киев почти на 400 лет стал фактически польско-литовской провинцией, а потом вплоть до распада Советского Союза был провинцией Российской Империи.
Великий Запад и Великий Восток сходились в противоборстве ещё не раз. И каждый раз изучение этих противостояний наводит на размышления о том, что на самом деле эта борьба, представляет собой какой-то особый вид единства. Нечто вроде Великой Евразийской сверхцивилизации, настолько могучей, что Господь Бог пока не попускает её полной монолитности и согласия, ибо тогда она поглотит всё и другим не останется места)
Ну, а что касается Киева, то вряд ли он может быть матерью городов русских. Это абсолютно искусственный и наспех созданный концепт. Во-первых, Киев мужского рода!) Одесса может быть мамой, Ростов папой, а вот Киев мамой не может быть никак. Во-вторых, политтехнологи 14го, затем 17го, а потом и 19го веков незаслуженно "отстранили" народы северо-восточной Руси, вятского региона, Поволжья и Урала от образования России. Право быть центром русских городов и земель исторически и в тяжёлой борьбе отстояла Москва. Надо обязательно сказать, что упомянутый Великий князь Василий Васильевич сражался как тигр за московскую государственность, несколько раз терял власть и возвращал обратно, был даже ослеплён своими врагами, за что и получил прозвище Тёмный. Но, главное дело он сделал - Москва устояла. И современная государственность, которую мы знаем, берёт своё духовное, энергетическое начало прежде всего с Московской династии Калитичей (Дмитрий Донской был внуком Ивана Клиты и дедом Василия Тёмного). Об этом говорится и пишется незаслуженно мало. Попытки дать Киеву "взятку" в виде роли "матери-колыбели" русской цивилизации, чтобы включить его в орбиту своего влияния и собрать русские земли через такую концепцию ни к чему хорошему не привели. В этом вопросе пора ставить точку и вырабатывать новую конептуальность, в которой нуждается страна и её народы.
Спасибо всем, кто дочитал!