В саду, где деревья так тесно замкнули пруды и клумбы, птицы пели под жарким солнцем, каждая сама по себе. Одна пела под окном спальни; другая на самой верхней сиреневой ветке; еще одна на заборе. Пели взахлеб, до потери сознания, выбрасывая из себя песню, даром что она могла грубым диссонансом разбить соседствующую гармонию.
Я долго не решалась браться за роман Вирджинии Вулф "Волны". Потому что аннотация отпугивала своей интригующей непонятностью:
"Волны" - модернистский роман - эксперимент, в котором минимум "внешней" событийности лишь подчеркивает и обрамляет напряженную внутреннюю жизнь персонажей, ведущих в воображении непрерывный разговор с самими собой.
Стиль Вулф вообще довольно сложный для восприятия. Требуется время, чтобы "войти" в ее тексты, разобраться, что вообще происходит и о чем речь. А если и для нее "Волны" - эксперимент, то, согласитесь, было чего испугаться.
Но идти, как говорят умные люди, надо именно туда, где страшно. Поэтому я взяла с полки книгу, которую, честно говоря, купила ради повести "Флаш". (Повесть мне, кстати, не понравилась, поэтому я даже обзор отдельный на нее не делала).
Первые несколько страниц романа - это просто винегрет из слов. Мне даже не с чем сравнить свои ощущения в начале чтения. Было чувство абсолютной беспомощности, когда тебя не отпускает мысль: "Здесь есть смысл, просто я его не вижу? Или здесь нет смысла?" А потом я решила попробовать не цепляться за слова, не искать смысла, а просто дать возможность тексту - течь ("Волны" ведь!).
И постепенно каждый голос начал обретать свой характер.
В романе 6 главный героев, 6 друзей детства, чьи мысли на всем протяжении романа заменяют нам и диалоги, и поступки, и события, т.е. всё действие.
Сначала я решила, что голоса главных героев образуют хор. Но я о ошиблась. Хор поет песни, состоящие из слов, а слова наполнены смыслом. Разноголосица наших героев передает не смыслы, а ощущения: прикосновения, звуки, запахи, вкусы, цвета... Их созвучие - это не песня, а музыка:
Джинни - скрипка, когда она появляется, все замирают и любуются ею.
Рода - флейта, его голос тонок, в нем слышится что-то щемящее.
Сюзен - арфа, в ней сила, естественность, самобытность.
Бернард - колокольчик, радостный, веселый, звенящий, слышный в любой толпе.
Невил - тромбон, его голос полон трагизма, глубоких эмоций, сумрачных переживаний.
Луис - альт, у него нет веры в свою самодостаточность, он подстраивается, он постоянно играет роль "среднего голоса".
Их седьмой друг, Персивал, ни разу не подает своего собственного голоса. О нем мы узнаем только через реакции, переживания тех, кто видит его или вспоминает о нем. Он, конечно, дирижёр.
Но без Персивала все жидко, течет. Мы - тени, полые призраки, плывущие пусто в тумане.
И только я обрадовалась найденному решению, только я начала узнавать героев по звучанию их мыслей. Как неожиданно, ровно посередине романа, - Персивал умер.
И казалось бы, после этого события музыка должна была остановиться.
Но она продолжила звучать.
И чем дальше, тем более пространными, но и более понятными становятся размышления героев. В мире мыслей, фантазий, стремлений - нет привязки ко времени и пространству. Мысли скачут, перескакивают с одно предмета на другой, обгоняют друг друга. Осознав этот факт, мой встревоженный мозг даже нарисовал вполне определенную последовательность событий.
Мне в какой-то момент показалось, что роман можно сравнить с сериалом "Друзья". С сериалом "Друзья" в пересказе Вирджинии Вулф;-))
В целом, роман действительно интересен. И интересен именно формой. В нем как и в жизни среди миллионов разрозненных мыслей встречаются неожиданно - гениальные озарения. И иногда тебе удается ухватить эту, особенную, сияющую, мысль, покрутить ее в руках, посмаковать. А иногда ты, влекомый потоком, проносишься мимо, а мысль-жемчужина, не найденная, остается лежать под толщей вод. Поэтому к тексту имеет смысл возвращаться. Если, конечно, у вас нет морской болезни;-))
Спасибо, что дочитала до конца! Если не жалко, поставьте пожалуйста лайк. И, конечно, всегда приятно обсудить представленную книгу в комментариях)