Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Доходный ампир

Пришедший некогда в Петербург из наполеоновской Франции архитектурный стиль, ставший в отечественной интерпретации «русским ампиром», прежде всего, принято связывать с замечательными городскими ансамблями, созданными Карлом Ивановичем Росси. Михайловский дворец, Главный штаб, Сенат и Синод, Александринская площадь… Как-то сложно себе представить, что этакое «имперское величие» может подходить для проектирования и строительства доходного жилья. Но тем не менее. Пример такой есть. Очень известный, яркий и тоже отчасти связанный с именем Росси…   Внушительно здание у трех мостов, на углу набережной Мойки и Марсова поля, на первый взгляд, производит впечатление некоего солидного государственного учреждения своего времени, хотя, на самом деле, это действительно доходный дом. И характерные для стиля портики с колоннадой, и сдержанная лепнина фриза, и выделенные наличники окон второго этажа тут в заблуждение вводить не должны. В доме несколько парадных лестниц разного «класса» и два довол

Пришедший некогда в Петербург из наполеоновской Франции архитектурный стиль, ставший в отечественной интерпретации «русским ампиром», прежде всего, принято связывать с замечательными городскими ансамблями, созданными Карлом Ивановичем Росси. Михайловский дворец, Главный штаб, Сенат и Синод, Александринская площадь… Как-то сложно себе представить, что этакое «имперское величие» может подходить для проектирования и строительства доходного жилья. Но тем не менее. Пример такой есть. Очень известный, яркий и тоже отчасти связанный с именем Росси…

 

Внушительно здание у трех мостов, на углу набережной Мойки и Марсова поля, на первый взгляд, производит впечатление некоего солидного государственного учреждения своего времени, хотя, на самом деле, это действительно доходный дом. И характерные для стиля портики с колоннадой, и сдержанная лепнина фриза, и выделенные наличники окон второго этажа тут в заблуждение вводить не должны.

-2

В доме несколько парадных лестниц разного «класса» и два довольно тесных внутренних двора с очень узкими и темными черными лестницами.

-3

Одним словом – точно не дворец, но дом, что называется «с претензией». А «претензию» сию можно хорошо рассмотреть в одной из парадных, сохранившей основные черты первоначальной планировки и рассчитанной явно не на «среднюю категорию». Узкие «холодные сени» выходят в холл необычайно большого размера.

-4
-5

Арочные перекрытия с лестницей «вокруг колонн» - типичное для того времени решение, но сделанные в этом месте с нетипичным размахом.

-6
-7
-8

Вытянутые лестничные площадки аж «в четыре окна» буквально залиты светом, хотя окна и выходят во внутренний двор.

-9
-10
-11
-12

Размашистые арки с точно рассчитанной опорой на колонные пары. Максимально пологие, хотя и сильно удлиненные подъёмы…

-13
-14
-15
-16

В парадной, рассчитанной всего на шесть фешенебельных квартир, свободного пространства очень много, без малейшего намека на привычную «доходную экономию».

 

Автором этого проекта был «итальянский швейцарец» Доменико Адамини, который приехал в Россию в 1796 со своим отцом и старшим братом. Тогда глава этого «архитектурного семейства» Томмазо Адамини был принят на службу в императорский кабинет в качестве «каменных дел мастера». В первых десятилетиях позапрошлого века Адамини-старший принимал самое активное, а порою и руководящее, участие в реализации наиболее известных проектов…Карла Ивановича Росси. При этом, Доменико неизменно выступал в проектах Росси в качестве помощника своего отца. И заметить влияние мастера на самостоятельную частную работу Адамини в принципе совсем не сложно даже при самом беглом взгляде на фасад. Да и этот вот замечательный «скругленный» угол весьма и весьма знаком…

 

-17

Работа Доменико Адамини над проектом доходного дома заняла довольно много времени. Она началась в 1823-м и растянулась на долгие четыре года. Можно предположить некие сложности с финансированием проекта, но, скорее всего, значимую роль в задержках играла занятость архитектора в проектах Росси, а одно время и в работах Огюста Монферрана по строительству Исаакиевского собора. Интересно, что этот единственный частный заказ оказался для Адамини самой последней работой в России. После отставки своего отца 1827-м он вернулся на родину и продолжил свою карьеру уже там. В последствии народная молва и вовсе окрестила дом у трех мостов «Домом Адамини». Случай, когда частное здание называли не по имени владельца, а по имени архитектора для Петербурга действительно удивительный. Правда с владельцем тут не все так просто…

 

В качестве собственника участка и заказчика строительства источники называют «купца Антонова». Более того, изначально дом имел весьма характерную «купеческую» черту – первый этаж был выполнен в виде торговой галереи, характерной для…гостиных дворов. В двух шагах от знаменитого Круглого рынка построить такое было довольно странно. Позднее ее просто заложили за ненадобностью, хотя «штрих» весьма показательный… Но кто собственно был этот самый загадочный купец, который мог позволить себе купить земельный участок в таком месте и пригласить для строительства дома не абы кого, а одного из помощников главного столичного архитектора того времени? И архитектор на это согласился…

 

Вопрос для меня достаточно темный. В Аллеровской адресной книге за 1823-й единственным «первостатейным» столичным купцом с аналогичной фамилией указан Иван Иванович Антонов – жительствовавший на Васильевском острове почтенный староста Церкви Смоленской иконы Божией матери. Впрочем тут есть нюанс. Именно в 1827-м Иванович Иванович скончался в солидном возрасте 67-лет. Еще через год умер его сын, а еще через год его супруга (их семейное захоронение чудом сохранилось на Смоленском кладбище), хотя часто пишут что домом довольно долго владела «купеческая вдова»…. В той же книге есть еще пятеро «купцов Антоновых», но все они указаны в третей гильдии и предположение о том, что кто-то из них мог себе позволить подобную затею весьма сомнительно. Так что, однозначного ответа о том, кто был заказчиком этого любопытного проекта я так и не нашел.

 

Весьма показательно, что за долгую историю дома, в череде его владельцев только самый первый принадлежал к купеческому сословию. Последним же частным собственником доходного здания была супруга шталмейстера императорского двора и губернского предводителя дворянства Василия Васильевича Гудовича – Надежда Петровна. Хотя там история достаточно странная. Дом был куплен на имя Надежды Петровны в 1905-м, а уже в 1908-м продан Главному управлению уделов. Не хотелось бы в чем-то подозревать «крупного общественного деятеля» и одного из создателей партии «Октябристов» и его супругу, но выглядело все это неоднозначно. Удельное ведомство владело указанной недвижимостью довольно долго и озаботилось ее продажей только во время войны. Последним владельцем в 1917-м числилось весьма известное «Петроградское общество дешевых помещений».

 

Такая вот история.

 

P.S. Относительно живших здесь, а уж тем более «бывавших», знаменитостей существует просто огромное количество публикаций разной степени детализации. Именно благодаря им этот дом столь известен. Художники, архитекторы, поэты… Только ленивый конечно не вспомнит и располагавшийся тут «Приют комедиантов»...Переписывать все это нет особого смысла да и найти такую информацию самостоятельно для любопытствующих труда не составит.