Широкая полоса белого песка полукругом очерчивает ледяную, янтарного цвета, воду. Воздух утром был ещё студеный, звенящий, но с восходом солнца пришел густой жар. Запахло горячими соснами, смолой и сухим хрусящим подлеском.
Песок из морозного мгновенно превратился в теплый, нежный, согревающий обветренные руки, замерзшие в ледяной воде ступни. Песок здесь особенный, такого больше нигде нет. Когда собираешь его ладонями, он у́хает, а просыпаясь сквозь пальцы свистит. Одного этого песка достаточно, что бы занять себя на пару часов. От него невозможно оторваться. Стоит коснуться его руками и время замирает, и ты ничего не слышишь вокруг, ничего не ощущаешь, будто тебя поместили в камеру депривации и оставили тебе только руки и песок. Ты утекаешь в этот песок полностью, превращаешься в пустотелый прозрачный сосуд, а он заполняет тебя изнутри. Ты набираешь его в ладони и он утекает, образуя черную дыру, в которую затягивает весь мир вокруг. А ты на горизонте событий.
Вдоль кромки воды, где песок влажный, на нем узором проходит фиолетовая полоса - какая-то порода, рассыпавшаяся на мелкие крупички, играет на солнце фиолетовыми искорками.
Вода здесь ледяная и совершенно прозрачная. Валуны, поросшие зелеными водорослями, омываются волной, плюхает по камням. И нет никаких ракушек, никаких рапанов. Кажется, в этой воде вообще никто не живет. Если опустить руку - обжигает, будто кипятком. Невозможно держать руку в воде, даже камушки доставать больно. Кажется, что рука рассыпется, как от жидкого азота.
На побережье никого нет. Тишину режут только голоса птиц и моторчики шмелей. И иногда порывы ветра шумят кронами сосен, скидывая на гулкую почву шишки.
Лес полон камней, оставшихся от сошедшего ледника. Камни, черничник, вереск. Россыпи шишек под кривыми соснами, по пояс ушедшими в песок, их нижние ветки-лапы торчат откуда-то из-под земли. Сосны захлебнулись песком, почти утонули, но пытаюсь выбраться. Песок даже в лесу, нанесенный ураганами.
В лесу еще лежит снег. Но уже выросли грибы.
Мы забрались на высокую гору почти по отвесной стене. Было страшно ползти, цепляясь за корни, за камни, срывающиеся из-под ног. Ледяной ветер наверху пробирает до костей. Бурелом из заваленных ураганами корабельных сосен. С вершины видно бесконечность.
На Ладоге странно. Чувство, что ты не здесь, а на какой-то другой планете из старой фантастической повести. Для полной гармонии не хватает какого-нибудь второго солнца или гигантской фиолетовой планеты в небе и старенького ржавого космического корабля с лесенкой-трапом и круглым иллюминатором, припаркованного в тени под сосной.
Ладога наполняет ощущениями, которые можно доставать изнутри целый год и рассматривать с закрытыми глазами.
Из трофеев мы привезли сухого шмеля, шишек, смолу и камушек. И целый мешок ароматных сморчков и строчков. Пожарили грибы с картошкой и луком. Было вкусно.