Главный кузнец Донбасса Виктор Михалев предложил подарить тульскому музею самовар. Так мастер благодарит регионы, которые помогают Донбассу. Об этом — в материале журналиста издания Украина.ру Алексея Туманова из мастерской в Донецке
Донбасский кузнец Виктор Михалев перековывает все военное железо — и охолощенные мины, и обломки автоматов, и даже куски танков — в произведения искусства. Его работы есть во многих городах России, не говоря уже о Донецке. В мастерскую — она же и монашеская келья, как говорит сам Виктор Михайлович, — падает свет из небольшого окошка и открывает гостю стену, увешанную иконами, заготовки, наковальню и большую кованую люстру. На люстре вместо лампочек висят колокольчики из разных мест, где есть шедевры мастера.
Виктор Петрович проводит экскурсию по мастерской, чем-то гремит и откуда-то достает что-то сваренное, выкованное и притягивающее взгляд. Это и пулемет, и в то же время скрипка, и труба, и розы. Роза, говорит он, это обязательная подпись к каждой работе. Потому что символ Донецка — роза, ну а здесь — буквально торжество и превосходство всего прекрасного над ужасами войны. Скрипка-автомат, назовем ее так, оказалась подарком для основателя ЧВК «Вагнер» Евгения Пригожина.
— Пулемет, кстати, укроповский — с «Азовстали» притащили, — поясняет он.
Кузнец говорит, что коваными подарками благодарит всех, кто помогает Донбассу. А помощь идет из многих регионов России. И всем кузнец благодарен. Другое творение, например, предназначено главе Чеченской Республике Рамзану Кадырову.
— А вот колокольчик из Тулы, — говорит Виктор Петрович и распаковывает мозолистыми пальцами небольшую коробочку.
«Ничего не бывает просто так», — подумал я и разволновался от осознания этой мысли. Тула — мой родной город. Несколько лет назад, когда Донецкая Народная Республика была официально вне состава России, я пытался подружить Тулу и Донецк и начал с чиновников. Помогали мне местные общественники, иначе — блогеры. Замысел был простой: города дарят друг другу какие-либо символы и так начинается дружба. В Туле сказали: отличная идея, в Донецке поблагодарили за неравнодушие к дончанам. В Туле ждали звонка из Донецка, и в Донецке ждали звонка из Тулы. Ну а чтобы совсем стало ясно, в те времена, когда не все понимали, что Донбасс — это и есть Россия, многие отвечали на любое предложение так: «Это политический вопрос». Эту историю я быстро пересказал Виктору Петровичу, и...
...И он подводит меня к кованому самовару. Это сплетение тонких прутиков и лепестков в форме шара с настоящими ручками, есть даже кран с вертком. Сверху, где у обычного самовара конфорка, водружен такой же чайник. Рядом — кованые подстаканники.
— Давайте сделаем иначе. Вот приедете домой — или куда там — придете к мэру или кому-нибудь еще и скажете: вот, есть у нас [в Донецке] такой придурок, — рассмеялся Виктор Петрович. — А вот сюда еще стаканчики поставлю, и вот эту работу... Давайте ее куда-нибудь в музей в Тулу, эм, втулим? Есть у вас какой-то музей большой?
— Есть! И музей оружия, и музей самоваров.
— Вот, и я хочу подарить! Только с транспортом пусть помогут.
Во дворе перед мастерской — целый склад творческого материала. Кузнец берет в руки 120-мм артиллерийскую мину (разумеется, охолощенную) и показывает, как из нее может сделать что-то в разы более привлекательное. Корпус распилен пополам. Виктор Петрович переворачивает хвостовик, приставляет какой-то ржавый автомат, и что-то уже вырисовывается: будет стакан, а в нем — розы.
Позади кузнеца — очередное творение в процессе работы. У входа в мастерскую стоит «Матушка» — безликая скульптура из военного железа, насквозь пронизанная журавлями. Она держит перед собой свечку. Это в память о погибших детях.
И даже гильзы в руках мастера перестают ассоциироваться со стрельбой. «Вы только послушайте, какие она, гильза, может издавать звуки», — говорит Виктор Петрович и, как звонарь на колокольне, гвоздем начинает ударять по подвешенным к конструкции отполированным гильзам.
Все работы Виктор Петрович делает с Господом Богом. Кузнец не хочет прославиться, ему это не нужно: «Понимаете, иной раз крик души» — объясняет он творческий порыв.
— Надо что-то сделать. Потому что, если я не сделаю, никто, наверное, это не будет делать, — сказал он.
Мы попрощались, и в тот же день я позвонил старым товарищам в Тулу. Идея всем понравилась, а самовар Виктора Петровича вызвал неподдельный восторг. Так что, надеюсь, в этот раз все может получиться.
