Владимир Познер любит себя представить этаким независимым журналистом, человеком который старается объективно представить информацию.
И 9-го Мая он поделился своими мыслями по поводу Дня Победы.
Возможно, у меня предвзятое отношение к журналисту. Но не я одна заподозрила в необъективности Познера.
Полный тезка нашего президента, Владимир Владимирович написал:
«Для меня День Победы – это день, когда празднуется подвиг советского народа».
Вряд ли найдется кто-то в России, кто будет не согласен.
Дальше Познер приводит слова какого-то своего русского знакомого, для которого этот день перестал быть веселым из-за «Бессмертного Полка» и георгиевских ленточек.
Журналист спешит объяснить, что знакомый вроде русский, но ярый противник Путина из числа тех, кто не видит ничего положительного в путинской России и поэтому для таких людей:
«– в России не может быть ничего хорошего, да и все русские – г… Кроме них самих, конечно».
Все правильно, такие люди есть, и думают они именно так, и никак иначе.
А дальше Владимир Владимирович начинает спорить с этим знакомым, утверждая, что он не может назвать этот день – «веселым праздником»:
«Для меня День Победы – не веселый праздник, а праздник со слезами на глазах».
С дураками спорить – это неблагодарный труд. А вот подменять понятия – это любимое дело Познера.
С чего он решил, что веселый и радостный – это понятия взаимозаменяемые. Почему победителям нельзя радоваться, это для меня осталось загадкой.
В песне «День Победы» автор текста Владимир Харитонов так и написал:
«Это радость со слезами на глазах…»
В этот день Познер вспоминает о 30-ти миллионах погибших и празднует подвиг советского народа, но со слезами на глазах.
А почему нельзя праздновать подвиг советского народа и радоваться, что жертвы были не напрасны, радоваться, что удалось уничтожить врага, радоваться, что неимоверной ценой получилось отстоять независимость своей страны, радоваться, что мирное небо сегодня у нас над головой.
А знаете, почему Познер не может радоваться, он сам проговорился, потому что в то время он жил не на оккупированной территории или в тылу СССР. Он вспоминает то время, как житель Нью-Йорка, как американец, как иностранец:
«Я помню, когда рос в Нью-Йорке в сороковые годы, только и были разговоры о героизме русских, о том, что именно русские побеждают Гитлера. Об этом неоднократно говорили как президент Рузвельт, так и премьер-министр Черчилль».
«Неизвестная во…йна» для американцев так и осталась неизвестной. В этом году Белый дом даже не упомянул СССР, как победителя во второй мировой.
А Познер не забыл сказать, что в России забыли о значении ленд-лиза:
«…о поставках техники и питания, о моряках, которые, рискуя жизнью, доставляли все это кораблями, то и дело гибнувшими из-за немецких подлодок».
Познер, конечно, очень объективный журналист, но о подвиге советского народа и 30-ти миллионах я вспоминаю не только 9 Мая. Я вспоминаю о наших жертвах, когда жители европейских государств сносят памятники воинам освободителям, когда нац…исты устраивают шествия в этих государствах, когда запрещают праздновать День Победы и т.д., и даже тогда я не плачу, потому что я знаю, что сила в правде.
А вот 9 Мая я радуюсь нашей Великой Победе.