В одной маленькой деревушке огромной счастливой страны жила-была Пелагея. Жила трудно и бедно, несмотря на всенародное счастье. Да и не видела она того счастья вокруг. Работала до потери сознания, каждые два года детей рожала, кормила, одевала, за скотиной ходила. Соседи вокруг жили также трудно и бедно. Не до счастья им было, быть бы живу.
К своим 60 годам у Пелагеи из детей сохранились четыре сына и две дочки. Ещё одна дочь умерла уже взрослой, в двадцать лет. Многие дети не доживали и до двух годков, что про них вспоминать. А вот шестеро всё-таки выжили.
Муж Егор у Пелагеи был не шибко фартовый: тихий, скромный, небойкий. Зато на все руки мастер — сидит, то лапти плетёт, то игрушку какую малым детям ладит. За пчёлами ходит, мёд у Пелагеи завсегда есть. А на мёд хоть что выменять можно. И одежду, и обувку какую-никакую. Это уже Пелагея сама проворачивала, муж неспособен был — он за так всем мёду даст! Совсем не смекалистый!
Парни выросли, уже все женатые, внуков полно и дочь старшая Маня детей много нарожала. В доме осталась младшенькая, поскрёбыш Анна, Анечка, четырнадцати лет. Тут и случилась война окаянная…
Старик-то призыву не подходил, а сыновей всех забрали на фронт. Пелагея спать не могла, каждую ночь Богу молилась, чтобы сыновей, значит, сохранил. На всё была готова старая. Пообещала господу, что сестру свою, слепенькую Ольгу, в дом возьмёт, ухаживать за ней будет, кормить.
Сказано — сделано. Привезла сестрицу, устроила у себя в избе. Народу в доме полно — она с Егором, Анечка, сестра Ольга, да ещё и внуков снохи-солдатки нет-нет да и подкидывают! Трудно Пелагее в свои преклонные лета этакое хозяйство тянуть, но куда деваться? Кому тогда легко было?
Так и жили. Пелагея по дому хозяйничает, за скотиной ухаживает, за внучками и слепой Ольгой приглядывает. Егор за огородом, да за пчёлами следит, сено скотине на зиму припасает, соседкам, оставшимся без мужских рук, помогает — безотказный человек! Бывало, Пелагея начнёт на него ворчать:
— Чего ты по всем дворам шляешься! Каждой не поможешь, у самих вон забор скоро развалится, а тебе всё недосуг!
— У, лихоманка! — Дед махнёт на жену рукой и пойдёт во двор, свои дела делать. И правда: если жену слушать, то и работа встанет, и настроение старая испортит обязательно. А когда Егор сам по себе потихоньку делами занимается, у него всегда хорошее настроение и дело спорится! И забор он поправит — эка невидаль, забор!
Анечка в школе учится, матери помогает. Любят её родители, сильно не загружают семейными делами — вырастет, наработается! Так и пролетели в заботах и тревогах четыре военных года. Начали мужики в село возвращаться. Кто выжил. Сыновья к Пелагее все четверо вернулись. Как один. Живые и здоровые. Офицеры, богатыри, медалями звенят. Старенькую мать обнимают.
Радость у бабки великая! Какая она счастливая! Пирогов напекла, соседей созвала, устроила пир на всю деревню! Дед медовухи принёс, радость, веселье! Не у всех, конечно. Некоторые вдовы сидят, уголком платка украдкой глаза вытирают. Им и радость не в радость! Не вернулись родные кормильцы, век теперь в одиночку вековать.
Прошло ещё два года, сыновья по своим семьям разъехались, стариков редко навещают. Анна техникум окончила, учителем младших классов в школе работает. Пелагея отвезла слепую сестру в дом престарелых. Дед уже совсем старый, плохой стал. Жить всё труднее, куда ещё лишний рот? Кто осудит старую женщину? Я не берусь судить…
Через полгода бандиты убили сына Павла. Вскоре умер второй сын — Яков. Умер и муж Егор в страшных муках от тяжёлой болезни. Пелагея сдала, слегла, и в таком состоянии прожила долгих восемь лет у своей младшей дочки Анечки.
Лежала старая и плакала, прощения у Бога просила, что обет, принятый в начале войны, не выполнила, сестру свою родную в приют сдала. Оставшиеся двое сыновей ненамного её пережили. Этого она уже не узнала, да и то сказать, хватило с избытком на её долю смертей. Бог тоже понимает, что меру знать надо!
Что такое счастье — это каждый понимает по-своему. Но для всех ясно, что счастье и война — вещи несовместимые. Как бы она ни называлась, вообще-то!