Начало истории.
Раньше я писала, что никогда не видела двух полосок на тесте. Но при написании последней статьи я подняла переписку с доктором и вспомнила, что они у меня все же были.
Пункция. Перенос. Ожидание. В этот раз оно было особенно невыносимым. В этом протоколе я открыла новые для себя ощущения – у меня потягивал низ живота, стала чувствительнее грудь, тошнило по утрам. Я с радостью все это воспринимала, делилась соображениями с мужем и даже скачала приложение для ведения беременности. Ждать дня хгч было слишком долго, и я сделала тест. Он показал 2 полоски. Мои первые 2 полоски. Я написала доктору, показала мужу.
Этот тест только добавил нам уверенности, что все получилось. Наконец, настал день хгч. Конечно, я за 10 минут до открытия клиники уже была у дверей. Результат был 78. Помня предыдущий криоперенос, не спешила радоваться. Но не могла помешать радужным мыслям прочно поселиться в моей голове. Через 3 дня сдала еще раз. Результат – 193. Ура! Растет! Победа! Спешу поделиться новостью с репродуктологом. Она не особо разделяет мою радость. «Катя, нужно через несколько дней проверить по УЗИ плодное яйцо в матке».
Потом у меня появились выделения. Врач сказала отменять поддержку, приходить на УЗИ. В матке было пусто. Снова провал. В этот раз переживания были в миллион раз сильнее, чем в предыдущий. Было назначено контрольное УЗИ через 2 дня, и не поверите, но эти дни во мне продолжала теплиться крохотная частичка надежды, что еще не все потеряно. Просто у меня организм немного по-другому реагирует. Вот приду на контрольное УЗИ, и врач, наконец, увидит, что все удалось и обрадует меня.
На УЗИ пошла перед работой. Перед кабинетом очередь. Сижу, трясусь. Муж ждет в машине. «Катя, заходи!», - зовет меня врач из кабинета. Захожу, раздеваюсь, ложусь. Все молча. Напряженно всматриваюсь в лицо доктора, которая внимательно разглядывает монитор. Вздыхает, поворачивает ко мне монитор: «Катя, это внематочная». Я не начинаю плакать. Странно. Зато впадаю в ступор. Этого мы совсем не ожидали. Начинаю судорожно соображать, что делать. Из раздумий выводит сочувствующий голос: «Я узнаю, свободна ли наша операционная, нельзя затягивать». Киваю и выхожу из кабинета ждать. Звоню мужу. Стараюсь держаться, но голос предательски дрожит. Возвращается врач. «У нас все занято, но я договорилась с врачом из другой клиники, здесь же, на 5 этаже здания, поднимайся».
Выхожу на лестницу, здесь меня уже ждет Игорь. Поднимаемся с ним наверх. Оставляю его на диванчике, сама вхожу в кабинет. Меня встречает уже знакомая врач-гинеколог. У нее я делала гистероскопию и лапароскопию в прошлом году. Она очень ласково берет меня за руку, ведет в смотровую, чтобы еще раз оценить состояние. Машинально раздеваюсь, ложусь в кресло.
«Вижу трубную беременность справа». Слушаю молча. «Хотя… погоди-ка…что-то тут мне не совсем понятно, нужно смотреть на другом аппарате». Мне уже все равно, хоть еще на десяти разных, только, пожалуйста, сделайте все, что нужно и оставьте меня в покое. Идем в другой кабинет. Там меня смотрят еще двое врачей. Что-то обсуждают полушепотом, кивают. Я равнодушно смотрю в потолок и жду вердикта.
Когда вернулись обратно, врач сказала, что прооперировать внематочную беременность можно у них, но это платно, либо по месту прописки. Вспомнив, какая больница и какой персонал у меня по месту регистрации, я согласилась делать платно. Вышла в коридор, сообщила мужу. Он, конечно, поддержал мое решение. Пока администратор оформляла договор и считала сумму, я вышла позвонить на работу. Старалась говорить спокойно, но не получалось, слезы душили изнутри.
Вот я уже в палате. Наконец, звоню маме, рассказываю, рыдаю, уже не сдерживаясь. Она тоже. Потом перезвонила сестра, подруга. Делясь с ними, постепенно успокаиваюсь. Слезы выплаканы, слова высказаны. Остается только ждать.
Пришел муж с вещами, мы немного посидели, обнявшись, и я отправила его домой. Оставшись наедине со своими мыслями, стала искать ответы на вопросы, почему с нами это происходит, перебирала в голове, что я в своей жизни сделала не так, за что приходится теперь расплачиваться. Набралось прилично. Из раздумий меня вывел вошедший в палату анестезиолог. Он сунул мне в руки кучу бумаг для заполнения, померил давление. Оно ему не понравилось, было слишком высоким. Оно и понятно, за пару часов мне пришлось перенести столько потрясений. Еще в 8 утра я с небольшим шансом на удачу ехала в машине с мужем, а сейчас, в 10 я осталась с разбившимися надеждами один на один. «В таком состоянии я не могу допустить вас к операции, вам нужно успокоиться. Зайду позже, а вы попробуйте поспать». Я согласно кивнула и закрыла глаза.