Аглая.
Ясидела за маминым рабочим столом, привычно заполняя документацию. Также взяла на себя роль администратора, отвечающего на запросы по сайту лечебницы от гипотетических пациентов, об условиях проведения процедур, прейскуранте и скидках. Мамочка очень не любила бумажную волокиту, предпочитая больше контактировать с живыми людьми.
- Аглая, – мама прошла в свой кабинет и присела на соседний стул, как будто я врач, а она моя подчиненная.
Села и смотрит в упор.
- Да, мам, что-то хотела? – не отрываясь от монитора ответила я.
- Как пациент?
- Который? – недоуменно подняла взгляд на неё.
- Валиев.
- Нормально, - поспешно ответила. - Показалось его все устроило. Или нет? Он что, пожаловался тебе? – уже настороженно, припоминая его шантаж насчет совместного душа.
- О, нет! Я на выходе его остановила, спросила как ощущения от массажа и мне показалось, он выглядел излишне довольным, как будто получил нечто большее, чем лечебную процедуру.
Родительница явно что-то заподозрила, но что именно, прочесть по лицу невозможно.
- Мне понравился молодой человек. Обходительный, непридирчивый, приятный внешне. Да и возраст тридцать лет.
- Мам, ты это сейчас к чему говоришь?
Разговор начинал напрягать.
- Аглая, тебе двадцать второй год пошёл, а ты ни с кем не встречаешься. У меня в твоем возрасте уже ты намечалась. Присмотрись к парню.
- Мама! Ну ты теперь будешь меня сватать ко всем пациентам в возрасте до тридцати?
- Нет, конечно, зачем ко всем, только к положительным внешне. А дальше уже как пойдет. Но мне Валиев понравился. Он спортсмен. А это плюс в его набор качеств.
- Мама, он дагестанец! – звучало как прокаженный.
- Да?! Я не подумала о национальности, хотя верно, имя и фамилия говорят сами за себя, - Лидия Васильевна приложила ладонь ко лбу, потирая бровь. – А ты откуда узнала?
Резко вскинула взгляд на меня.
Я прикусила язык. Вспомнилось наше знакомство в конном клубе, но маме не хотела признаваться, что встретились с ним там. Тогда этому не придала значения, а сейчас поздно уже, да и повлекло бы за собою длительный подробный разговор.
- Ну он в время массажа разговорился и назвал свое имя и что наполовину лезгин.
- А.., ну если он тебе неприятен, то я замолкаю, - и поднялась со стула, получив нужную информацию. – Ты доделывай, на сегодня хватит работать и поехали домой. Не хочу, чтобы оставалась дольше положенного, молодые девушки больше должны уделять внимания себе, а не работе.
И вышла из кабинета.
А я откинулась на спинку мягкого кресла и закрыла глаза от усталости. Теперь и мама туда же. Они что с Расулом негласно сговорились?
Расул.
Еле дождался второго сеанса у своей маленькой медсестрички. Вчера, как и положено, были грязевые аппликации на суставы и от того вдвойне безрадостны. Неприятный запах сероводорода, липучая жижа графитового цвета, с трудом смывающаяся и женщина-медик средних лет. Если бы Аглая скрашивала получасовую процедуру, то вся неприятность прошла мимо. А так сидел по колено в чане с чудодейственной глиной и отсчитывал время. Искать ее не стал, хотя все и рвалось навстречу. Но и девушке требовалось пространство. Пусть привыкает, что я рядом и не отступлю, пока не докажет, что я ей безразличен.
- Вадим, тормозни у рынка, кое-что купить хочу.
- Хорошо. Не долго, а то час сеанса подходит, - ответил, выруливая на стоянку у торговых павильонов.
Купив небольшую корзинку с ягодами, довольный вернулся в пассажирское кресло.
- Себе? – удивленно спросил друг.
- Нет, не себе, – загадочно отбрил.
- Ого, что-то новое в поведении.
Но поняв, что я больше не выдам информации, тронулся в путь до бальнеолечебницы. Мне не терпелось оказаться рядом с милой лекаршей, ощутить ее нежные пальчики на своей коже, пусть даже в таком месте и обстановке, что не располагает к романтике, но для меня оно выглядело адресом свидания. Разошлись в холле по разным кабинетам. Всю дорогу тот гонял предположения, играл глазками, ухмылялся. Я “стоял на бетоне”.
- Врачу что ли презент? Не слишком ли она взрослая для тебя, Расул?
- Ты что несёшь, думаешь?! – я аж разозлился от такого предположения. Подкатывать к маме Аглае, пусть она и красивая женщина, настолько шокировало.
- Извини. Обычная вежливость?
- Просто презент. Так ясно? – я вообще не хотел ни с кем делиться.
В тот раз в клубе интереса брата хватило еще на месяц о том, кого я искал и нашёл ли. Пока ничего не прояснится, буду молчать.
- Ладно. Тогда до встречи через час.
Подойдя к нужному кабинету, постучал, услышал приглушённое: “Войдите”, нажал на ручку и переступил порог.
- Вечер добрый, раздевайтесь, - Аглая кинула приветствие и махнула в сторону ширмы, едва ли глядя на меня, сосредоточенно отвечая сообщение абоненту на телефоне.
Сегодня она выглядела собранно не только внешне. но и внутренне. Готовилась к моему приходу. Волосы собраны в пучок на макушке, в ушах серьги в виде голубых капель, так гармонирующие с небесами глаз. Голая шея, тонкий батист медицинского халата. Я вгляделся через ткань спецодежды: топик или майка и ни намека на бюстгалтер. Вспомнился момент в душе и мне отчаянно захотелось ощутить ее маленькую грудь в своих ладонях, созерцать, возбудить ареолу соска чтобы сжалась до горошины под моим языком, фик знает, что творится со мною, но сопротивляться желанию все труднее. Проходя мимо стола, остановился и поставил перед ней корзинку с клубникой.
- Это тебе, Аглая, - и, не ожидая ее реакции, пошёл снимать штаны.
Я и предположить не мог, что когда-нибудь снимать их перед девушкой буду не для того, чтобы заняться с ней любовью. Вот же Купидон, вот же шутник: наказание мне за бурную молодость.
- Клубника! Я так ее люблю! Спасибо, Расул.
- На здоровье.
И пока я медленно снимал низ одежды, прислушивался к каждому движению массажистки. Все-таки не сдержалась и запустила игривые ручки в плетеную кошёлку.
- Ты бы вымыла перед тем, как есть ягоду.
- Ой, всегда забываю, слишком вкусно.
("Да милая, для меня ты сродни этой ягодке - без водных процедур бы тебя съел"). Чуть не ругнулся вслух, ощутив эрекцию. Детородный орган жил отдельной жизнью и торопился навстречу принимающей стороне. Навоображал, кобелина?!
- Аглая, мне простыню можно? – вынужден был спасать положение.
- Да, в шкафу, справа створку открой и возьми свежую, - продолжали общаться через штору на каркасе. –Я сейчас отвечу клиентам на сайте и вся твоя.
Что она только что сказала? – “Вся твоя”. Детка, не говори так, за что я могу спросить у тебя. Кое-как взяв волю в руки, прошел до кушетки, нещадно намотав на талии простыню. Аглая, откинув на стол гаджет, отставила ягоды на угол стола и пошла мыть руки. Халатик доходил до колен, открывая загорелые изящные икры. Я бы с радостью поменялся ролями с ней, разложив на столе, не обойдя ни один кусочек девичьего тела. Она повернулась и уловила мое внимание, вспыхнула.
- Как коленки после процедур? Не ноют? Шрам?
- Пока все приемлемо, - отвлекли друг друга беседой о здоровье.
Так и подмывало сказать, что теперь ноет в другом месте.
- Аглая, ты больше не ездила в “Буцефал”? – спросил уже лежа и принимая ее растирания ладонями.
- Не получается, - ответила разочарованно. – Как работать начала так закрутилась, вообще времени ни на что не остается.
- И на свидания тоже?
Вскинула взгляд, гадая что спрошу дальше.
- Ну с парнями не дружишь? - спросил и замер в ожидании ответа.
Боясь получить такой, от которого душа моя завянет.
Опустила взгляд, продолжая массировать. Пауза.
- Не хожу.
- Значит парня нет, я так понимаю? – я пёр танком.
Она лишь отрицательно махнула головой.
- Хорошо, теперь знаю, что у меня нет соперника, - как камень с плеч долой. - А если бы и был, я сделал многое, чтобы остался рядом только я.
Не удержался от флирта.
- Хотел бы я так же массировать твои ножки, ласкать, и не только их.
Она сделала вид, что не слышит, а я закусил удила.
- Ты так меня волнуешь, маленькая. Ночами не сплю, думая о тебе. Прошу тебя, сходи со мною на свидание, Аглая!
- Я же предупреждала, Расул! – она отступила на шаг, прекратив физиотерапию.
- Помню: не касаться тебя. Но договора на ограничение тем общения не было.
Смотрит в упор, волнуется. Грудь ее затрепыхалась. Да ты ж моя голубка нежная, не веди себя так, я же не оловянный солдат. Я живой здоровый мужик. Не сдержался, откинул скомканную простыню, встал и двинулся в ее сторону. Инстинкт обладания самкой гнал словно бичом. Загнал к стене. Она испуганно вжалась в холодную кафельную плитку, руки уронила, смотрит в упор. Раскинул ладони поверх ее головы, уперся в стену, смотрю и утонуть хочу в ее глубоких озерах и чтобы не найти обратную дорогу к всплытию.
- Расул! – зовет меня.
А я как соляной столб: не сдвинуть ни словом, ни действием. Вдох -выдох. Кто зайди - картина “Паук и муха“ Эжен де Блаас. Замечаю легкий страх в ее глазах. Да что же это такое! Неужели я такой монстр. Никогда не бегали девушки от меня и никогда так я за ними, как за этой синеглазкой.
- Прости меня, - отнял руки, уронив голову на грудь.
Развернулся и пошел одеваться. Надев штаны, вышел. Аглая убирала атрибуты массажа - использованные простыни, вытирала салфетками кушетку, руки от масла. Я не знал, что сказать на прощание. Хотелось так много и было так страшно получить неожиданную реакцию.
- Спасибо тебе, до встречи в пятницу, - обойдя ее, дабы не коснуться поспешил за дверь.
Сегодня убегал уже я.
Аглая.
Дверь за ним захлопнулась, и я, бросив все дела, села на стул, пытаясь осмыслить все то, что сейчас произошло. Отношение "медсестра-пациент" все больше выходили за рамки положения. И он прав: ни один договор не прописывал, как именно себя должен вести пациент. Он имел право оскорблять, а в нашем государстве пока не существовало наказания по отношения к медицинскому персоналу. С недавних пор нас причисляли к обслуживающему по прейскуранту. Немыслимо! Спасаешь жизнь, продляешь здоровье, а отношение порою хуже, чем к собаке. Конечно, я наговаривала на Валиева, вёл он себя пока прилично, но с каждой нашей встречей как будто захватывал кусочек каната, все ближе подтягивая меня к себе. Его вопросы про парней как ясный день – пытался вычислить соперника. И как бы не хотелось ему, все же не позволял себе меня коснуться. И, стоя у стены, зажатая мощным корпусом высокого мужчины, я не ощущала страха. Впервые с ним не била в колокол тревога от пережитого прошлого и что-то внутри даже сверлило и подталкивало к нему навстречу. А корзинка с ягодами – что это? Снова меня угощает, подбирается через мой аппетит. Машинально потянулась за душистой налитой клубникой. Забота и внимание льстило. Накинулась на корзинку, заедая адреналин фруктозой. На этом и попалась маме.
- Аглая, а ты внесла коррективы в список…, - оборвалась на полуслове маман, заметив мою яркую трапезу. - Что это?
- Клубныка, - набитым ртом ответила ей.
- Да я вижу, что не колбаса. Кто принес?
- Кто, кто, пациент, - и пожала плечами, делая вид что ситуация обыденная.
- Хм, уже благодарность за умелую работу пожинаешь?
- Можно сказать и так.
- Я рада. Нет ничего приятнее искреннего комплимента от посетителей лечебницы. Ладно, доешь, приходи в мой кабинет, исправить кое-что надо.
- Хорошо, мамуль. Сейчас буду.
Уже на выходе из здания после работы меня остановила Елена - продавец косметических товаров и вдруг задала вопрос или она утверждала, но с некой долей сомнения:
- Аглая, так это тебе сегодня принесли клубнику?
И выразительно взглянула на пустую плетеную кошёлку, что я забирала домой для повторного применения или на память о Расуле, я еще не решила. Растерялась, не зная, что ответить.
- А, это маме приносил мужчина у нее лечащийся, - нагло соврала, надеясь, что моя дорогая мама меня поддержит.
- Да? Удивительно. Такой интересный молодой человек. Я его видела раньше. Несколько недель назад. В тот вечер он решил, что в закрытом здании остался человек и он буквально ворвался внутрь с своим другом искать призрака.
Я заволновалась, проклиная Лену за ее память на лица. Но тут не надо иметь фотографическую память, чтобы заметить медноволосого красавца с презентом и сопоставить с тем вечером: один и тот же человек. Спасла ситуацию подошедшая мама.
- О чем разговор?
- Ни о чем, пошли мам.
- Я восхищалась вашим пациентом, Лидия Васильевна, - встряла в разговор Лена.
- Которым? – нахмурила мама брови.
- Тем, что носит Вам корзинки с фруктами, - и кивнула на предмет беседы в моей руке.
Мама посмотрела туда же, потом на меня, прямо в глаза, прямо в голову, в мой мозг, желая прочитать там ответ на свой невысказанный вопрос.
- О, да! Милый такой дагестанец. Знаете же какие они горячие на комплименты. Не смогла устоять, - напевала свою сказку в уши, жаждущей сплетен продавщице. – До свидания.
И, отвернувшись, поспешила на выход. Я бегом за ней. Спину нам недовольно бурили серые глаза.
Мы сели в мамину Реношку. Всю дорогу молчали.
- Значит пациент, - и мама вперила в меня свой идентичный моему взгляд. - Понимаю почему мне не сказала, но почему соврала Лене?
А как не соврать? Если та прознает, что Валиев меня искал еще в прошлом месяце начнутся допросы, расспросы и сплетни. За девочками на администраторском посту не заржавеет. Все на виду. И зачастую отношения между "доктор-пациент" переходили в более интимную плоскость. Мне не хотелось начинать свою карьеру с дурных слухов.
- Мам, она же разнесет придуманное всем сотрудникам и как мне потом работать?
- Ответ принимается. Пусть лучше буду я жертвой клубничного дарителя. А что там про поиски девушки она говорила?
Врать и недоговаривать маме не хотелось. Я так долго держала в себе происходящее, не имея возможности поделиться даже с своей подругой. Тогда бы пришлось рассказать об изнасиловании, ибо корни страха растут оттуда. А я так старалась обо всем забыть.
- Мам, я должна тебе признаться.
- Говори, Аглая. Я вся во внимании.
Больше информации 👇