Дома у меня появился маленький друг. Жил он в клетке, звали его Мумрик. Правильное его название – дегу, но мы называли его белкой. Он был очень смешной, свистел и пищал словно птичка. Конечно, сразу подружиться нам не удалось – я никак не мог понять, что это такое маленькое и хвостатое бегает среди палок и опилок, а Мумр вообще никогда не видел собак, тем более – бульдогов, и сначала боялся меня.
А я стремился достать его из клетки – надо же познакомиться поближе, обнюхать, а потом мы бы вдвоём ух как поиграли! Тем более, Мумр тоже любил всё погрызть, и мне было, что ему предложить. Но он только бегал шумно по клетке, запрыгивал на крышу домика и оттуда громко пищал – я позже догадался, что он звал Маму, потому что думал, что я его обижу. Или переживал за свои запасы еды? Зря, бульдоги такое не едят, нам семечки не по вкусу.
Но в конце концов мы всё-таки подружились – неважно, что Мумр был старше меня, а я в сотни раз крупнее Мумра. И даже клетка не стала помехой совместным играм – я бегал вокруг, а белка – по веткам внутри своего домика. Однажды мы договорились о побеге Мумра и даже составили гениальный план: я незаметно сдвигаю верхнюю часть клетки, в образовавшуюся щель проскальзывает Мумрик и всё – свобода!
Мы обсуждали, с какой стороны это лучше сделать, в какое время и как провернуть всё бесшумно. Я всю клетку носом проверил, вокруг обнюхал, рассмотрел со всех ракурсов, пока нашёл лучшее место – рядом с поилкой, как раз со стороны шкафа, чтобы не сразу заметно было. И что? И ничего… Как Мама догадывалась, ума не приложу! Каждый раз приходила, и ставила всё на место, ворча:
- Спелись за моей спиной, xулигaны! Ух я вам сейчас!
Часто м ы с Мумриком просто разговаривали. Я ложился на пол, прижимал нос к прутьям, а он садился рядом на камень или ветку. Мумрик был первым, кто сказал мне, что люди бывают разные, не все добрые как Мама, могут и обидеть. Даже такую маленькую белку, представляете?! Это так грустно и страшно… И ведь я и сам вскорости столкнулся с такой ситуацией.
Однажды вечером мы все трое были дома. Мама гладила бельё, а мы с Худым Человеком играли на диване – он лежал на спине, а я бегал по нему, рычал, прыгал. У меня было такое хорошее настроение! И Худой Человек смеялся – я смог его развеселить! И тут я совершил оплошность… но ведь я был совсем маленький! Я только присел, даже ничего не успел сделать!
Как он ударил меня! Резко и с силой! Сбросил с дивана прямо на маму, я ударился о её ноги. Так испугался! Даже дыхание перехватило…
За секунду Мама подхватила меня одной рукой. Отнесла на пелёнку. Я от страха забыл, что надо делать. Воздух стал густым и тёмным, незнакомые запахи коснулись моего носика – инстинктивно я почуял опасность. Страх и ненависть – теперь я узнал, как они пахнут.
Я не слышал, что Мама говорила Худому Мужчине. В ушах колотилось сердце, заглушая звуки, и Мумр свистел громко, предупреждая об опасности. Я различил только несколько слов: «ещё раз», «не смей», «не трогай».
Худой Мужчина посмотрел на Маму, потом на утюг в её руке и вышел из комнаты, как всегда недовольный. Но от него пахло страхом, я очень хорошо почувствовал этот запах – горьковато-сладкий, щиплющий нос.
А Мама отложила домашние дела и взяла меня на диванчик. Ведь зачем было волноваться – диван под покрывалом был застелен пелёнками. Да и я же не всегда был бы таким маленьким. В конце концов, убирала за мной тоже Мама, а она никогда не ругалась, хотя и вздыхала иногда: «Боня, Боня! Да откуда ж столько в тебе воды?!»