Зима в Москве - совершенно иная зима, нежели та, к которой я привык. Морозная, снежная, безумно красивая. Родной город, его улицы, здания, разбитый асфальт, уже стали привычны для глаза. Едва выпавший снег сразу же таял и становился грязью. Без того, ветхая картина некогда трудового и цветущего града, превращалась в единую серую жижу, наводившую глубочайшую тоску на граждан. После этого уныния, Первопрестольная ошеломила меня своим зимним великолепием. На фоне больших сугробов и низких показаний термометра, её величественные сооружения смотрелись ещё более монументально, а идущие на встречу люди, колоритно, и весьма своеобразно.
Конечно же, население Москвы сильно отличалось от моих земляков. Проявлялось это во всём. Одежда, она была разная, в моем же городе все ходили, как инкубаторские. Помимо индивидуального стиля, она была более дорогой и качественной. Так во всяком случае казалось. Молодёжь говорила на темы, которые на моей малой родине не всегда затрагивали даже более взрослые люди. И не выпячивала на показ свои мобильные телефоны, в тот период, ещё дико дорогие для провинциальной России. Старики напротив, в Белокаменной могли пройтись и по матушке, и по батюшке, без лишней озабоченности по поводу окружающих их людей. Но самое главное, что бросалось в глаза, точнее в уши, попытка многих говорить на московский манер. Сегодня такого я давно не встречал. Тогда же, все кто пытался "строить" из себя коренных москвичей, говорили особенно. Делая на определённые слоги ударение и протягивая звуки. Ещё, бытовало мнение, что в Москве люди злые и могут специально назвать человеку неправильный маршрут, на просьбу подсказать дорогу. В отличие от того же Санкт-Петербурга, где тебя практически проводят к запрашиваемому адресу. Ещё отложилось большое количество матерных слов и определенная агрессия. С нынешним положением дел оно конечно же и близко не стоит, но об этом позже. Тогда, зимой конца 2002, начала 2003 годов, мороз, московская публика, никаких иных ощущений, кроме огромного интереса не вызывали. Посему, воспринимались без негатива, а скорее с улыбкой.
Проспект Мира, широкий, шумный и красивый. Таким он мне запомнился двадцать лет назад. Фотографии родителей, стоящих на остановке "Улица Докунина", с колесом обозрения за спиной, наши семейные альбомы успели повидать, мне отставать не хотелось. Не знаю, сегодня делает ли кто такие снимки, или это выглядит смешным, но тогда, такой снимок был частью программы. Для того, чтобы доехать на метро, нужно было перейти на другую сторону проспекта Мира, через подземный переход. В нём не было никаких бомжей, не стоял запах мочи, а располагались симпатичные магазинчики со всяким барахлом и один киоск с выпечкой. Этот запах свежих булочек, я помню до сих пор. Помимо метро, впервые в жизни, в Москве, я прокатился на трамвае. По сей день этот вид городского общественного транспорта мне нравится больше всего. Какого же было моё удивление, когда я узнал, что в трамвае подогреваются сиденья. Проезд в общественном транспорте, кроме маршрутных такси, если я не ошибаюсь, на тот момент составлял всего лишь 7 рублей. Кстати говоря, родители снимали жилье за 100 долларов, при курсе 1:30, если опять же, мне не изменяет память. Отец зарабатывал около 70000 рублей в месяц, мама 25000-30000. Эти цифры я написал для сравнения с сегодняшним днём.
В маленькой комнатушке, общими кухней, душем и туалетом, небольшим балконом, на четвёртом этаже с видом на сквер проживали мои родители. Городок Моссовета, 56-й автобус, платформа Яуза, 11-й и 17-й трамваи, улицы Бажова, и Малахитовая, детский театр кукол, перечень того, что я запомнил в первые дни пребывания в столице. Тот четвёртый этаж, по улице Бажова, собрал приезжих с разных уголков России. Ростовчане, туляки, сочинцы, несколько москвичей (остальных не помню), жили и работали в надежде покорить столицу. Соседствовали в основном дружно, во всяком случае собираясь на кухне, а какие уж беседы велись за дверьми никто не знает. И последнее, чтобы хотелось упомянуть в этом сообщении, так это вопрос регистрации. В те года, милиция останавливала людей и проверяла документ, согласно которого ты находился на территории города. По билету разрешалось 45 суток, если я опять не путаю. Но это было не так выгодно, как приобретать через определённых товарищей временную регистрацию. Она действовала 6 месяцев. Во всяком случае, мои родители с такой периодичностью покупали свободное передвижение по Москве. На работу, к слову сказать, тоже принимали с этой бумажкой, а на более оплачиваемую, исключительно с записью в паспорте.
Все фото из свободного доступа