На территории бывшего заповедника «Красноярские Столбы», а ныне нацпарка, расположилось более 150 скал-утёсов, каждый из которых имеет своё название. Всего в этой зоне в 34 километра (эдакий овал с северо-запада на юго-восток) находятся тысячи скал-останцев. В зоне ТЭР недалеко от Второго Столба стоит вероятно самая малопосещаемая скала – это Митра. Труднодоступная с непонятным и загадочным названием. В иранской (ведийской и армянской тоже) божественной иерархии это имя носит божество солнца и договора.
Впрочем, скала, быть может, получила своё название от формы головного убора. Митрой называют богато украшенный золотым шитьем и драгоценными камнями высокую сферическую шапку архиереев (по дороге как раз придётся пройти Архиерейскую площадку). Лет 150 назад, когда только зарождался столбизм, движение любителей здешних скал отдавало театральностью. Тогда они одевались по-особенному: носили яркие косоворотки, плисовые шаровары, жилетки-развилки, фетровые шляпы, кушаки. А ещё лапти, а позднее галоши. Скорее всего, тогда скала и стала Митрой. Некоторым этот утёс напоминает усечённую пирамиду. Он хорошо виден со всех видовок зоны ТЭР. Высота северной, восточной и южной стен скалы невелика (около 20 метров), но вот на запад Митра выходит на 70-метровый обрыв. С этой стороны утёс лишь немногим уступает Второму Столбу.
МИТРОВСКИЕ ХОДЫ
Долгое время скала считалась неприступной, пока какой-то столбист не увидел у южного «плеча» горизонтальную полку, рассекающую верхнюю часть западной стены. Такой маршрут на высоте 50 метров открывал необычный обзор: в просвет внизу виделись вершины деревьев. Эта «полка» надёжная опора для ног, но затем «севернее» она прерывается прямоугольным выступом скалы, образующим рассечённый широкой щелью угол, в простонародье «уголок» – один из популярных маршрутов на Митре. Первое упоминание о восхождении на Митру по «Уголку» относится к 1903 году, когда группа красноярцев залезла на неё по самому лёгкому (из 10 ходов) маршруту. Они использовали подставки, жерди, вожжи и верёвки. А 1913 году сюда впервые залезли в одиночку. Скорее всего, ходом «Аллилуйя» с той же «полки», по вертикальной щели южнее «Уголка». Аллилуевский ход считается опасным, восхождение проходит по западной стене. Хотя этот ход отчасти относится к «Уголку», как и «Фестивальный».
Остальные лазы-маршруты весьма сложны, без страховок сюда практически не взобраться. Поэтому некоторые ходы оборудованы шлямбурными крючьями. В 1965 году летом перед отъездом в горы известный альпинист Сергей Прусаков прошёл свободным лазаньем юго-западное ребро Митры (от «Уголка»). С тех пор этот ход (12 категории сложности) называют «Ребром Прусакова» (этот вариант тоже связан с «Уголком»). Лаз расположен на большой высоте и требует для прохождения хорошей спортивной формы. А в сентябре того же года публицист и альпинист Леонид Петренко проложил ход «Западня» от подножия вверх по центру западной стены. Лаз необычен отсутствием на всём протяжении крупных уступов и площадок.
«Главная изюминка «Западни» – на полочке шириной с ладонь неведомо как умостился прямоугольный камень размером с чемодан, на котором лежит целая каменная тумбочка, а венчает это странное сооружение прямоугольная глыба размером с большой холодильник», – вспоминал Петренко.
Так что, поднимаясь на вершину, приходится перелезать через эту тройную «Западню». Завершается ход классическим «Уголком», при прохождении встречаются небольшие каверны, усыпанные кристаллами кварца. Севернее «Западни» и «Уголка» расположился ещё один ход на Митру – «Песня буревестников». Тоже опасный лаз 12 категории сложности оборудован страховочными крючьями как маршрут экстремального лазанья.
МИТРОВСКИЕ ИСТОРИИ
Ещё один трудный ход на Митру называется «Сумасшедший Леушинский», который в 1916 году прошёл Николай Леушин. По мнению многих скалолазов, это один из самых легендарных лазов в истории Красноярских Столбов. Без верёвки ход доступен лишь самым одарённым скалолазам. Здесь над пропастью крайне неудобный выбор опор, которые поменять при восхождении практически невозможно. Так что свободное лазанье этим ходом – игра в шахматы со смертью. Любая ошибка и падение в отвесную пропасть неизбежно. Неподготовленный человек может легко потерять равновесие. Впрочем, столбисты всегда обдумывают ходы. Главное, пройти ход не на скорость, а пройти сам по себе. На Столбах немало ходов, которые столбисты проходят зимой, а некоторые даже ночью. Это опыт, мастерство и настоящий профессионализм. Но специально рисковать никто не собирается. Так, немного пощекотать нервы. Нередко залезть на скалу это одна история, а вот слезть с неё – совсем другая.
Вообще, для меня Столбы – параллельный мир. Со своими легендами и мифами, историями и традициями. И достопримечательностями. Есть они и на Митре. Это «Висячая пещера» (полость с восточной стороны скалы) и «митровское эхо». Переговариваются с Митрой с вершины Второго Столба: «Митра-а-а!». «А-а-а?» – отзывается скала. «Кто украл хомуты?». «Ты-ы-ы!» – уверяет Митра. Когда-то со скалой был связан обряд столбисткой инициации: кто смог взойти и спуститься со скалы становился столбистом.
Тропинка к Митре идёт мимо Второго Столба и Водораздела (со стороны Митры восхождение на эту скалу очень простое). А за Митрой начинаются скалы Рукавицы. Очень похоже, что все эти сегодня отдельные скалы относятся к одному массиву. И лет 300 назад, когда тайга только наступала на скалы, это был единый скальный массив.
Марьяна ДОЛГОПОЛОВА