Смерть евнух Хи потрясла. Да, он был совсем не молод. Но все же, его уход был неожиданным.
Евнух Бохай сидел рядом с лекарем Мингли, который ненадолго приехал из другого дворца.
- Нет ничего в его смерти подозрительного. – Говорил лекарь Мингли. – Он был стар и жаловался мне на сердце не раз. И ходил уже с трудом. Если бы отошел от дел, то пожил бы еще. Но вот не ушел, остался.
- Так и ты остался, лекарь Мингли. – Заметил Главный Евнух Внутреннего Двора. – И я остался. Потому что не знаем мы никакой другой жизни, кроме жизни тут. Не ждет нас никто за красными стенами.
- Если бы Вдовствующая императрица вас, евнух Бохай, за собой бы позвала, побежали бы вы, словно молодой. – Заметил евнух Юнксу.
- Побежал бы. Ибо она моя госпожа. Но я тут. И я рад. Так как кто же еще будет следить за порядком?
Лекарь Мингли кивнул.
- Придет и наше время. – Сказал он. – И, возможно, быстрее, чем мы думаем.
- Евнух Хи давно думал про смерть. – Вспомнил евнух Бохай. – Давно о ней говорил.
- Знаете, он перед смертью говорил с императором. А после отправился в храм и молился у портрета императора Лианга. Я думаю, что он ушел спокойно. – Сказал евнух Юнксу.
Все кивнули.
- Император отдал распоряжения о погребении? – Спросил лекарь.
- Да. Почтенное захоронение подле императора Лианга.
- Кто знает, наградой это будет или наказанием. – Задумчиво сказал лекарь Бохай.
- Кто же займет его место? – Спросил евнух Юнксу.
- Достойный. Тот, кому положено. Как и место каждого из нас. Хотя, может быть, тебя, евнух Юнксу, император заберет с собой.
Евнух Юнксу ничего не ответил на это, но побледнел. Лекарь Мингли тихо засмеялся:
- Не пугай мальца.
- Жизнь евнуха – жизнь его хозяина. Такова наша жизнь. – Продолжил говорить Главный евнух Внутреннего Двора.
- Значит, вам тяжело от того, что Вдовствующая императрица теперь далеко? – Спросил евнух императора.
- Да. И тяжело мне стало тогда, когда много лет назад я стал занимать должность на которой служу до сих пор, быть евнухом наложницы мне нравилось куда больше.
- Почему же ты не отказался от повышения?
Лекарь Мингли засмеялся:
- Отказаться у него возможности не было. Его торжественно повысили на празднике перед всеми. Да и как откажешь императору? Ты видел таких смельчаков?
- И знаешь ли ты какое наказание будет за отказ? – Спросил Главный евнух Внутреннего Двора. – Казнь. Тот, кто откажется выполнять волю императора будет казнен. Таков закон. Поэтому мы и не знаем про тех, кто отказывает.
Евнух Юнксу вскоре ушел. Он не мог оставлять свой пост надолго.
- Как ты живешь, лекарь Мингли? – Спросил евнух Бохай старого знакомого.
- Тебе известно, какую службу несу сейчас. Подле императрицы я. И делаю то, что делал раньше. Но скажу тебе, никому не ведомо, сколько все продлится.
- На все воля императора. Но мне кажется, что его устраивает, что императрицы сейчас и вовсе нет. Для народа и министров она есть, а для него ее давно нет. Все спокойно, все притаились. Ждут.
- Долго будут ждать. Разум к ней не вернется больше. Но ее тело здорово. И полно сил. Долго придется ждать. А ведь есть и та, что ждет.
Евнух Бохай усмехнулся.
- Есть. Пусть. Может случится так, что не дождется. Но прошу тебя, лекарь, будь внимателен. Никто не должен покусится на ее жизнь, что бы ускорить момент восшествия новой императрицы. Только воля императора. Его воля.
- Дама Яо не допустит. Она не оставляет императрицу ни на миг. – Лекарь замолчал. А после улыбнулся. – Спокойно. Только приказ императора тяготит меня. Но работаю в спокойствии. Грешно, возможно, но иногда думаю о том, что не хочу возвращаться сюда.
Лекарь задумался. Он помнил, как пришел сюда когда-то учеником лекаря. Тогда были другие времена. Правил отец императора Лианга. Все было, казалось другим.
Теперь он понимал, что на самом деле, все было таким же, просто ему, как ученику лекаря, многое было недоступно. Только когда он стал главным лекарем, все открылось ему в полной красе.
Иногда он думал, что проще быть стражником. Даже кем угодно, чем лекарем. Почти все проходила с его участием. Составление питания императорской семьи вместе с лекарем. Он должен был проследить, что бы питание было сбалансированным и здоровым. Если же у кого-то из императорской семьи винили сначала повара, после лекаря. И обоим нужно было молится, что бы в еде был яд. Тогда виноват был бы дегустатор.
И так было всегда. В первую очередь всегда проверял не отправлен ли больной. В большинстве случаев именно яд и становился причиной гибели многих. Заразные заболевания была так же карой. Многие нельзя было вылечить. А лечение сопровождалось с риском для жизни. Разве стоило золото и драгоценные камни таких рисков? Но отказать – значит лишится жизни.
Сколько раз он через шелковую нить привязанную к запястью слышал или пытался услышать второе сердце – сердце ребенка. Но часто ждало разочарование. И, то в чем он всегда отказывал – никогда не говорил, что женщина ждет дитя, если это было не так. Что угодно, но только не это! Откуда после эта окаянная дитя возьмет? И чье дитя будет выдавать за Дракона? И кто будет в итоге виноват?
Так он никогда не рисковал.
Но часто закрывал глаза на многое. И делал вид, что так и должно быть. Или вовсе притворно удивлялся о том, как же так получилось.
Он видел смерти нескольких императоров. И ни один из тех, кто умер за время за время его службы, не ушел на покой по болезни или старости. Все отравлены. Все убиты.
Можно ли было предполагать, что и императора Лианга ждет подобная участь? Лекарь задумался и решил, что можно. Это было так давно, но именно с этого началось все. Тогда еще будучи наложницей 5-го ранга, будучи еще никем, Роу из рода Шу приложила руку к тому, что бы наложница осталась изуродаванной.
Как же ее звали?
Джен.
И такое было бы дело обычным, как бы ужасно это не звучало. Но его поразило другое. Она взяла себе эту наложницу в услужение.
“Действительно, подстраховалась!” – усмехнулся лекарь Мингли. – “Сделала все, что бы императора на ту наложницу и не взглянул даже”.
Подобного при нем никто не делал. И он сомневался, что делал кто-то до него, до НЕЕ. И с каким хладнокровием она смотрела на свою подругу, с каким спокойствием улыбалась это изуродаванной девушке. Уже тогда это о многом говорило.
А после. Сколько всего было. Страшно и вспомнить. Смерть не один раз приходила во Внтуренний Двор забирая не только наложниц, но и слуг, евнухов, что были ни в чем не повинны.
Страдания императора Лианга. Это снилось ему в кошарах. И лекарь не сомневался, что и ей это иногда снится. Но, с другой стороны, сколько всего она сделала, сколько погибло от ее рук, то очередь ей во сны должна стоять.
“Но, какая разница, что она сделала?” – Подумал вдруг он. – “Если бы не она уничтожила их, то они бы уничтожили ее. Тут ты или сам с зубами, или в могиле. Так было всегда и так будет всегда. Даже цветы многие не могут расти подле других цветов, своим присутствием уничтожая другие прекрасные создания. А гарем – совсем не цветник”.
- Как бы я хотел, что бы это было последним поручением от императора. Я так устал. – Сказал он.
После он вернулся во Дворец, в котором держали императрицу Лилинг. Дама Яо сообщила, что все хорошо и без изменений. И потянулись однообразные дни. Но, лекарь Мингли находил в них радость.
Трижды в день он готовил лекарства для императрицы, вымеряя граммы трав, следя за ее самочувствием. При малейших изменениях травы менял.
Видел, как трудно Даме Яо. Видел, как мучает ее то, что происходит с императрицей.
- Лекарь, скажи мне, как случилось так? – Спросила она его однажды, когда императрица уже спала.
- Как так? – Спросил лекарь, даже не стараясь скрыть удивление.
- Она не была безумной раньше. Что же случилось такое? Она была сильной… я не понимаю…
Лекарь усмехнулся.
- Возможно, тебе известно больше, чем мне. И я уверен, что это так. Но скажу тебе по другому. Что бы ты сама смогла ответить на свой вопрос. Ты пришла во Дворец императрицы, пришла к той, кто у самого Неба. Пришла к той, кого все боготворили. Пришла к Фениксу, Богине на земле. И разве имеет значение, если у богини есть изъяны? Все, что она делает – верно. Так заложено в нас. Так нам наговорят с самого рождения. И мы привыкли к этому. Для нас повиноваться императору и императрице так же естественно, как и дышать. Но, если забрать все это. Если забрать у императрицы Лилинг титул и посмотреть на все ее поступки, как на поступки Руомеи, как ты к ним отнесешься? Не заметишь? Осудишь? Оправдаешь?
Дама Яо некоторое время думала, а после поспешно ушла.
- Сколько же ее тайн ты хранишь? – Спросил тихо он. – И повезло тебе, что не успела дотянутся до тебя императрица. А то где бы была, никто не знает.
Дни потянулись за днями. И, кто знает, сколько было бы этих дней, если бы императрица не окончила их сама.
После этого Тайный сыск допрашивал всех. Больше всего пытались найти, не повлиял ли кто-нибудь на решение императрицы, не уговорил ли тайно, не подвел к такому решению. Но, ничего не нашли.
Лекарь Мингли попросил об отставке. Не хотел больше, больше не мог.
Возраст, усталость от того, в чем участвовал.
Император отпустил.
Попрощаться с лекарями и медсестрами он пришел с толстой исписанной тетрадью.
В его лечебнице, которой он управлял множество лет уже был другой хозяин – его ученик лекарь Дэшэн. Сразу он лекаря Мингли не увидел. То ли на самом деле не увидел, то ли специально. Но это задело старого лекаря и тот крепче к себе прижал тетрадь.
Он обвел взглядом стены и столы, полки с баночками и корзинками, свитки, медперсонал. Обвел, взглядом попрощался и вышел.
Лекарь Мингли, который теперь был просто почтенным Мингли подошел к чугунной чаше, в которой тлели угли и бросил в нее тетрадь. Тетрадь, в которой были особенные рецепты лекарств, мазей, отваров. Эти лекарства он разработал сам. И хотел даже отдать лекарю Дэшэну. Но передумал.
Тетрадь занялась пламенем. И лекарь видел как горит и тлеет его многолетний труд.
- Лекарь Мингли! Лекарь Мингли! – Услышал старый лекарь голос молодого лекаря Дэшэна.
Он посмотрел на дорожку и увидел, что бывший ученик бежит к нему. Когда Дэшэн подбежал, то поклонился.
- Лекарь Мингли! Я рад приветствовать вас! Мне сказали, что вы в лечебницу приходили! – Говорил л=молодой лекарь. – Простите, не видел вас!
- Ничего. Работы у лекаря всегда много. – Улыбнулся лекарь Мингли.
- Мне передали приказ о назначении меня главным лекарем. Вместо вас. Но я не могу принять этот приказ и исполнить его. – Сказал лекарь Дэшэн.
- Почему же?
- Как я могу занять ваше место? Вы мой учитель, я же ваш ученик. Еще много лет мне нужно учится у вас, что бы я мог только подумать о том, что бы быть главным лекарем. К тому же, в лечебнице есть и другие лекари.
Лекарь Мингли закивал головой, задумавшись.
- У тебя есть самое главное – доверие императорской семьи. Самое ценное – доверие. – Сказал лекарь Мингли. – Император доверяет тебе свою жизнь и жизнь своих детей. Значит, ты и будет возглавлять лечебницу. Конечно же, опыта у тебя мало. Но характер есть. Советуйся с другими лекарями при необходимости, продолжай учится. И все у тебя будет хорошо. Удачи тебе.
Лекарь Мингли посмотрел на обгоревшие листки бумаги и пошел прочь, что бы прожить свою оставшуюся жизнь в покое и спокойствии. Спокойствии, которое лекарю Дэшэну теперь будет только сниться.
Евнух Бохай вернулся к своим обязанностям. Смерть евнуха Хи стала неожиданной, но работы было много. Император вызвал Главного Евнуха Внутреннего Двора к себе.
- Евнух Бохай, вы слышали, что евнух Хи покинул нас. Он отвечал за образование Принцев. И отвечал за других евнухов. – Сказал император.
- Ваше императорское величество, позвольте сказать.
- Говори.
- Было время, когда евнух Хи покинул вас. На его место был назначен евнух Юнксу и места для его возвращения просто не было. Должности что были введены, были введены по воле Вдовствующей императрицы и введены специально для него. Я не могу говорить о другой его работе, так как она не касается меня. Но то, что происходит во Внутреннем Дворе уже происходит под моим контролем и под контролем других глав отделов.
Когда вы отправили евнух Хи руководить воспитанием и обучением Принцев, возникла нехорошая ситуация. Над воспитателями и учителями уже есть их руководители, которым они обязаны подчинятся. А тут еще и евнух Хи. Получалось двойное руководство. Евнух Хи никогда не советовался ни с кем и все было так, как хотел он.
- Мне никогда не говорили об этом. – Заметил император.
- Жаловаться на старого евнуха, проявлять к нему непочтение никого не красит. К тому же, евнух занимался воспитанием двух императором и на его опыт полагались другие. Хотя, временами, было очень сложно. Я предлагаю вернуть главам их обязанности. И в первую очередь, как и положено, воспитание и обучение принцев возложить на их матерей. Как и было всегда во все времена.
Император кивнул.
- Извести всех о том, что будет так, как было раньше. – Сказал император. – Евнух Бохай, ты много лет служить в Запретном городе. У вас большой опыт. Но все же, мне не хотелось бы оказаться в ситуации, когда я останусь без Главного Евнуха Внутреннего Двора.
- Ваше императорское величество, все действительно так. Я пришел служить евнухом при правлении вашего первого брата. Но его правление, как вам известно, было недолгим. После я был евнухом вашей матушки. И на должность, что занимаю сейчас, попал по воле одного устроенного пожара. Я помогал спасать из горящего дома наложниц вашего отца, среди них была и ваша мама. Я намного моложе покинувшего нас евнуха Хи, я был молодым юнцом, когда он был уже мужчиной среднего возраста.
Я могу выделить кого-то и возложить в будущем свои обязанности. Но насколько верным будет это решение? Когда придет мое время уйти, мое место займет тот, чья очередь придет. Это будет правильно и согласно прописанному уставу. – Сказал евнух Бохай.
Император кивнул. и отпустил евнуха Бохая.
Евнух Юнксу поклонился Главному Евнуху Внутреннего Двора, восхищаясь, как уважает император двух евнухов. Возможно, много лет спустя и он заслужит такое же уважение и почтение. Сейчас же, евнух Юнксу находился в самом начале своей службы.
Окончание следует (мы вновь вернемся в гарем и посмотрим, что же происходит с женами и кто же стал новой императрицей)...
