Второй раз отроду прочла «Первую любовь» И. С. Тургенева – с интервалом в 23 года. И мне показалось, что это идеальное современное подростковое чтение. Описывается так часто встречающаяся при первой влюблённости ситуация абьюза. Зинаида Засекина, главная героиня, самоутверждается за счёт своих поклонников. Чего только стоит сцена, когда она втыкает булавку в палец доктора Лушина, при этом заставляя бедолагу улыбаться. Княжна провоцирует главного героя прыгнуть ради неё с двухсаженной стены. («Казённая сажень» равнялась тогда 213 сантиметрам, то есть Владимир прыгает с высоты 4 метра 26 сантиметров!)
Одно из первых наших «самостоятельных» открытий в мире «взрослых» чувств – это понимание, что нежная влюблённость не обеспечивает красивой истории и что нужно думать о чувстве собственного достоинства, о банальном соблюдении личных границ. Вот только учит ли этому повесть неискушённое сердце? Возможно, что и нет. Помню, читая это произведение подростком, я не воспринимала никаких абьюзивных «звоночков» и очень желала, чтобы любовь Владимира и Зинаиды состоялась. Мне казалось, что главный герой имел какие-то шансы на счастье. Просто не повезло: был неопытен, слишком молод, не так себя повёл. Да и она, страстная, попала в переплёт: полюбила его несвободного отца.
Сейчас задала восьмиклассникам прочесть эту повесть как внеклассное чтение и жду обратной связи. Может, современный школьник, воспитанный с учётом психологии, не поддастся иллюзиям главного героя?
А сам Тургенев, кажется, до конца жизни от них не освободился. Ему была дорога эта повесть и вообще история его отношений с Екатериной Львовной Шаховской (прототипом Зинаиды), которая стала любовницей его отца. Он об этой истории вспоминал с нежностью и защищал от нападок критики свою героиню-«кокетку». Между тем даже предельно демократичные Писарев и Добролюбов с неприязнью писали об образе Зинаиды.
Повесть была создана Тургеневым в зрелом возрасте, на пятом десятке лет. Я подозреваю, что даже к этому времени у писателя не закончились бездонные запасы мазохизма – готовности к страданиям от действий властной женщины. При этом прочтении я особо обратила внимание на то, что шестнадцатилетний герой не только не проявляет агрессию в отношении отца, но с готовностью, признаёт, что отец-то лучше: красивее, стильнее, сильнее. «Я не испытывал никакого дурного чувства к отцу. Напротив, он, так сказать, еще вырос в моих глазах“».
И отношения отца с Зинаидой для Владимира – это что-то взрослое, неведомое, перед чем блекнет детски-беспомощное чувство героя.
В пользу моей версии говорят многолетние отношения Тургенева с властной, красивой, стервозной Полиной Виардо, которая, притягивая писателя, тем не менее держала его на дистанции, предпочитая для семейной жизни своего мужа Луи Виардо.