Ситуацию вырулил лично Леонид Брежнев.
Многие до сих пор спорят, добром или злом была советская киноцензура. С одной стороны, после распада СССР появилось множество трешовых фильмов, которые раньше бы точно не сняли. С другой, она загубила немало шедевров. Одним из таких вполне могла стать культовая «Кавказская пленница».
Это сейчас сцены оттуда смотрятся милыми и по-доброму наивными. Тогда же у проверяющих ко многим из них возникли вопросы. Как минимум ее хотели сильно сократить. Как максимум — полностью вычеркнуть.
Решение было за председателем Госкино Алексеем Романовым, и его, мягко говоря, картина не впечатлила. Ни сценарий, ни песни, ни шутки не произвели на него фурор. Скорее наоборот.
«Эта антисоветчина выйдет на экран только через мой труп!» — заявил он, признав картину второсортной.
«Кавказскую пленницу» спасло лишь чудо, и имя ему — Леонид Брежнев, который был заядлым киноманом.
Именно когда решали, быть или не быть новому шедевру Гайдая, из администрации Брежнева позвонили в Госкино и попросили привезти на дачу генсека какую-нибудь свежую комедию, которую еще не показывали в кино.
Оставшийся в здании дежурный не был в курсе решения Романова и без зазрения совести выбрал «Кавказскую пленницу» от уже ставшего популярным режиссера. Пазл сошелся.
Леонид Ильич посмотрел свежее творение Гайдая и лично позвонил главе Госкино, поздравил его с отличной работой и рассказал, что смеялся до слез. А тому не оставалось ничего иного, кроме как выдать «Кавказской пленнице» прокат высшей категории.
В итоге фильм вышел в кинотеатрах, и посмотрели его 76,5 млн советских зрителей. Больше за всю историю СССР было только у трех картин: «Бриллиантовая рука» (76,7), «Москва слезам не верит» (84,4) и «Пираты XX века» (87,6). Ну а про культовость и цитируемость «Кавказской пленницы» и говорить нечего.