В преддверии девятого мая, хочу рассказать вам о своём дедушке. Очень много книг на военную тему и очень мало книг, о том, какой вклад в победу внесли сами немцы, которых сослали кого куда. Им дали 24 часа на сборы, загрузили как скот в вагоны и отправили в неизвестном направлении. Мой дедушка оказался в Средней Азии. Они ехали на поезде три дня, не зная, куда и не зная, сколько ещё ехать. Через три дня сошли с поезда где-то в степи и ещё десять часов шли пешком. Так они попали в поселение, в котором через много лет родилась я. Только я уже родилась в красивом, обустроенном посёлке, утопающего в пирамидальных тополях и шикарных розах. А когда туда пришли немцы, там стояли дырявые бараки, вокруг были камни и люди, которые ненавидели немцев.
А дедушка родился в Грузии, и он был патриот своей страны. Он не один раз просился на фронт, но письма с отказами приходили регулярно. В посёлке, а точнее в горах, в шахтах было месторождение ртути, вот её и стали добывать ссыльные немцы. По 12 часов находясь в ледяной воде по колено. Всё для фронта, всё для победы! (это сказалось на его здоровье, проблемы с ногами начались после 30 лет, а в старости так вообще болели сильно и он фактически перестал ходить). Но, тогда ему был 21 год. Думаю, что именно молодость дала силы для такого тяжёлого труда. А сколько было таких немцев, рождённых в СССР? И все они были высланы, кто в Казахстан, кто в Сибирь, а кто в Среднюю Азию. И это сейчас везде можно жить, а тогда условий для жизни фактически не было. Бараки, в которых гулял горный, ледяной ветер и постоянный голод, так как паёк был, но такой, чтобы не умереть с голоду.
Когда в пятидесятых годах немцам разрешили вернуться в свои города рождения или вообще уехать в Германию, дедушка мой остался в посёлке. Хотя, родной брат, живший в Германии на тот момент, приехал к нему и умолял поехать с ним. Он полюбил это место, которое они отстроили сами. А ещё он был патриот до мозга костей. Тогда он руководил авиамодельным кружком. Даже состоял в международном жюри по этому виду спорта. А потом рухнул СССР и для него рухнул мир. Он старый человек плакал, как ребёнок, не понимая, почему так произошло.
Я не знаю, сколько он вынес унижения из-за того, что был немцем, но строго настрого запретил давать своим детям немецкие имена и свою фамилию. Он считал, что тем самым он оградит их от своей участи. Хотя его мама, Берта Аппельт была категорична на этот счёт и пыталась его переубедить. Но тщетно. Жена у него была русская и фамилию жены унаследовали его дети.
