Утро. Ещё совсем рано, но солнце уже вовсю светит в окна, заботливо зашторенные бабушкой.
– Внука, вставай. Смотри сколько ягод собрал.
Огромная эмалированная зелёная кружка с отколотым краем полна спелой клубники и ирги.
– Давай, ешь. А то скоро Артём проснётся.
Да, моему двоюродному старшему брату не повезло, он не родился девочкой. Ягодами деда подкармливал исключительно меня.
А ещё я помню запотевшую пивную кружку, сладкий лимонад в стаканчиках и его счастливую добрую улыбку в тот день. Неподдельную и такую родную. Помню, как он снимал с себя кепку и надевал её мне на голову. На пиджаке переливались награды. Сердце от гордости было готово выпрыгнуть из груди.
Дедушка никогда не рассказывал нам о войне. Но его радость в этот день была неподдельной. Такой же, как и он сам, настоящий и чудесный. Он никогда не ругал нас и, кажется, всегда улыбался.
Дед. Мой дед. Дорогой, дед.
Лясковский Иван Константинович в 1944 году, в 17 лет, попал в танковые войска, стал старшим сержантом, получил медаль «За победу над Германией». К гражданской жизни он вернулся лишь в 1951 году.
В доме на Садовом всегда было чисто и уютно. Пахло необыкновенно вкусным яблочным бисквитом или пирожками. Бабушка всё время пыталась нас накормить. И очень огорчались, если мы были не были голодны. Как бы мне хотелось сейчас вернуть время назад и доесть бабушкин гуляш...
Лясковская Анна Прокофьевна. В войну была совсем девчонкой. В возрасте 14 лет, с 1941 по 1943 была партизанкой и связисткой, после – труженица тыла.
В этом году их правнуки пройдут вместо них в «Бессмертном полку», вместе с ними. В разных городах, но с одинаковым чувством гордости.