А у нас в палате опять страдала бабушка, похоронившая внучку. Что то на нее периодически накатывало, и в палату собирался весь медицинский состав нашего отделения. А чуть позже и санитары, потому что женщину просто закручивало. А ведь физически она была очень здоровой, одни мышцы, не смотря на возраст. Потому что в прошлом была гребля на байдарках и каноэ. И вдруг раз, неведомая сила делала из человека что то непонятное. И мы бежали за врачами. Потому что. А врачи бежали на помощь. Правда не всегда понимали, какая помощь нужна, и как поймать эту женщину. Поэтому буквально сразу звали санитаров. Только с их помощью они могли поставить ей уколы.
Бабушку отпускало очень медленно. Бабушка в данном контексте, это статус, не походила эта женщина на бабушку.Стоило только санитарам отпустить ее, как она подхватывалась и пыталась бежать. А еще она не умолкая говорила. Обращалась конечно к внучке, как будто она живая. Смотреть на это со стороны было печально до слез. А деваться нам было некуда. Мы все смотрели на это и проживали боль потери. Вот интересная штука, человеческая психика, вроде все нормально , и вдруг раз, и сбой программы, и никто не знает, что с этим делать. Ведь уже не один укол поставили, и все равно не отпускает. А лекарства здесь применяют не слабые. И вот подиж ты, не берет. Больно на это смотреть. Я пошла на балкон курить.
А тут оказывается не одна я. Еще тот, на кого я глаз положила. Хорошо, что мы шапочно знакомы, можно хоть как то наладить диалог.
- У вас в палате тоже экстремальная ситуация?
- Я живу в одноместной, у меня в палате всегда все хорошо.
- Ты председатель крупной партийной ячейки?
- С чего ты взяла?
- Палата отдельная, магнитофон разрешают пользовать.
- Нет , все намного проще, моя мать заведующая наркологией, которая в соседнем здании.
- А что, так бывает?
- Как так?
- Мать врач нарколог, а сын алконавт? Или ты здесь с неврозом лежишь?
- Да, конечно алкаш. Стресс с вытекающими последствиями. Уже пару лет вылезти из этого не могу. А работаю я там, где это не положено. Потому два раза в год ухожу на больничный, и свой отпуск провожу здесь.
- Ну ты вообще умный, как это у тебя получается?
- У меня же мать нарколог, я с детства все про это знаю. Поэтому пытаюсь регулировать.
- А что за стресс то был?
- Намотало меня на колесо Камаза. Подробности рассказывать не буду. Ногу еле собрали. Вроде восстановился.
- Так что толкает то к рюмке?
- На меня начинает ехать Камаз. Ночь едет, другую, третью. А потом я напиваюсь и все.
- Вообще контролировать не можешь?
- Как не могу? Раз я здесь, значит контролирую?
- Ничего не понятно. Контролируешь, это когда можешь отказаться.
- Контролирую, когда сообщаю матери, что началось. Мы решили, что пара дней запоя даже полезна. А потом я прихожу сюда.
- И что здесь?
- Если пьяный прихожу, то недельное лечение, а если так как сейчас, в отпуске, то курс три недели.
- А перспективы?
- А кто ж их знает эти перспективы?
- Ну невозможно же всю жизнь жить в психушке?
- Ну выбор то у меня не очень велик. Либо умереть под забором, либо приходить сюда. Периодически. Что лучше? Если бы мать была не в курсе наркологии, я бы уже наверное был близок к смерти.
- Страшно. И что, всю жизнь так делать придется?
- Не знаю. Может придумают какие нибудь лекарства от стресса и от алкоголизма, тогда все вылечим. А пока так.
- Безысходность какая то.
- А для меня наоборот выход. Вот сейчас выйду и месяцев семь без проблем. Никто и не догадывается, что я запойный алкаш.
- А жена, дети?
- Да нет у меня никого. Зачем делать женщину несчастной и зависимой от моих запоев? А дети? Как отразится моя болезнь на них? Генетику же никто не отменял.
- Ты вот прямо взял и так решил?
- Ты думаешь я не прав?
- Я не знаю. Я бы так не смогла. Как лишить себя счастья видеть собственных детей? Ведь никто не знает что будет.
- А я боюсь. Я ведь всю жизнь, с самого детства с матерью и все знаю об этом. Это самое страшное, что может случится с человеком. Алкоголизм.
- Ты так думаешь?
- Я знаю. Отец погиб, когда мне было семь лет. И мать меня тогда везде брала с собой. А работала она простым врачом психиатром. В этой же больнице. А потом стала переучиваться на нарколога. Поэтому знания об этой болезни, у меня можно сказать врожденные. Ну пока, я спать.
Он ушел, а я сидела и осознавала эту жизнь. Вернее мою жизнь.