Москва-Нью-сити

Было пасмурно и темно. Гарик шёл по шпалам и думал о своём. Какой-то мужик, стоящий на далёкой платформе, отчаянно махал ему рукой. Чего ему надо?
- Чего тебе надо? – крикнул он мужику.
Тот показал рукой направо. Гарик обернулся и увидел, как на огромной скорости на него неслась электричка. Ещё бы минута и… Почему-то в голове пролетело, что не успел паспорт сделать.
Уже дома он, вспоминая этот случай, старался понять, почему он не испугался смерти, а подумал о документе, который бы ему потом не пригодился.
- Ты счастливчик, – заметила мать. – Значит, это не твоя смерть. Каждому человеку суждено прожить именно так, как заложено его предками. У нас в семье умирали только или по старости, или по болезни. Так и ты, видимо, закончишь свою жизнь.
Гарик согласно кивнул головой. Его мать часто была права. Даже когда казалось, что жизнь ему не даёт выбора, мать говорила, что:
- Выбор, мой мальчик, у тебя всегда есть. Только не сразу. Ты будешь счастлив, любим. У тебя будет работа, семья, дети, достаток. Всё будет. Но не сразу. Но будет. Поверь мне.
И он верил матери.

В выходные намечалась работа в мастерской у Степаныча. Этот мужик занимался всякими ремёслами: строил, лепил, выковывал, рисовал и при этом ещё обучал ремеслу всех желающих. О Степаныче Гарику рассказал его пэтэушный друг Костяныч:
- Слышь, братан! Этот дед всё умеет. Я с ним целое лето работал в Берёзовке. Там усадьбу один чел ремонтировал. Всё ему делали: печь, камин, баню, забор. Я у деда был на подхвате. На старую машину заработал. Хочешь, я с ним поговорю? Ты же строительный закончил. Он тебя возьмёт. Я знаю.
И Гарик согласился. В воскресенье он встал пораньше, умылся, потом пошёл завтракать, сделал яичницу и выпил кофе с бутербродом. В голове не было никаких мыслей, вертелось однозначное «пойду, прогуляюсь». На вопрос матери «Ты куда?» ответил «Да так, по делам».
Пока шёл по улице, решил позвонить Костянычу:
- Привет, – начал он. – Встал? Пойдёшь со мной?
- А ты где? – отвечал сонный голос.
- На «ветке», у остановки.
- Ладно, через полчаса.
- Давай.
Через некоторое время Гарик увидел как его друг, шатаясь, приближался к нему. Вид у него был потрёпанный, заспанный. Костяныча немного трясло.
- Блин, всю ночь не спал.
- А чего?
- Да, блин, футбол смотрел. 2:1 – наши продули. Я уж на двадцатой минуте понял, что продуем. Нет, решил досмотреть. Лучше бы спал.
- Ну, и спал бы.
- Ай, – Костяныч махнул рукой. – Послезавтра «Кубок УЕФА». А там сезон начинается. Чемпионат.
«Ну, понеслось, - подумал Гарик. – Другие с девчонками гуляют, а этот всё о футболе. Хороший пацан, но слишком правильный».
- Тебе это надо? – спросил он.
- Да ты чего? – Костяныч искренне удивился. – Такие игры пойдут! Мама моя. Один Пузач чего стоит. А Митроха. А Любавич. А Смольников. Какие он пасы в прошлой игре давал. А голы. Один через всё поле прошёл и в девятку слёту. Ты чё? Картинка.
Гарик понял, что Костяныча лучше не трогать, он «больной» на своём футболе. Лучше про Степаныча поговорить.

...продолжение следует.