Ровно 148 лет назад, 7 мая 1875 года, произошло редкое для тех времен событие — мирный обмен государств территориями. Курильские острова, принадлежавшие Российской империи, были переданы Японии. В обмен та полностью отказалась от прав на Сахалин. Этот договор, получивший название «Петербургский», был подписан главой российского МИДа Александром Горчаковым и послом Эномото Такэаки.
Все было логично. Мы осваивали Дальний Восток — Приамурье, Приморье. И оттуда до острова было всего 7 километров. В свою очередь, Японии от не особо освоенного тогда Хоккайдо было до южной части Сахалина 43 километра. Кроме того, на северной части острова, подконтрольной России, велась разработка каменноугольных месторождений. Да и в целом после отмены крепостного права началась активная колонизация. А японцы бывали в южной части только в сезон рыбной ловли.
Наконец, Курилы на тот момент интересовали Петербург чуть менее, чем никак. Но в них была другая ценность — они стали «валютой» при обмене территориями, так что в реалиях второй половины XIX века договор об обмене территориями был актуальным и правильным. Государственная граница на острове с потенциально враждебным государством в начале XX века оказалась бы ой как некстати. Впрочем, к сожалению, спустя 30 лет разменной монетой стал уже сам Сахалин, когда слабеющая Российская империя проиграла в русско-японской войне за зоны влияния в Корее и китайской Манчжурии.
Однако все мы знаем, что история расставила все по своим местам. И уже во времена СССР и Сахалин вернулся вместе с его ныне уже не существующей метровой железнодорожной колеей, и все острова Курильской гряды. Это стало огромной стратегической победой и обеспечило тотальное превосходство Москвы в Охотском море и значительное влияние в Японском. И вот теперь у Токио нет ничего, что нам предложить, чтобы получить хоть пядь русской земли севернее своего переполненного населением Хоккайдо.