Письмо 35. Кемерово, 01.11.79
Добрый день, Наташенька!
Я получил только что сразу же два твоих письма. Одно — это гимн нашей любви и дружбе, много очень теплых пожеланий. Их нужно было заработать, и я счастлив тем, что ты мне подарила эти пожелания и поздравления. Можешь не сомневаться, я постараюсь и в дальнейшем жить и работать так, чтобы у тебя никогда не возникло даже желания думать иным образом.
Во втором письме ты мне «наладила» достаточно большой хук справа, а затем еще больнее слева. Не в порядке оправдания, а так, чтобы ясностей было больше, пишу.
Внешние проявления чувств, в том числе и разные на эти темы слова никогда не владели моим воображением; я тупел в этой части из года в год, старался хотя бы подавить или притормозить возникшую черствость и тупой эгоизм по отношению к людям вообще. В этом постаралась и окружающая меня среда, эгоизм и тупость людей. Наверное, с этим и умирать пришлось бы! Но, видимо, так устроен мир, что в один миг жизнь человека может «истечь». Так случилось, к счастью, и со мной. Вдруг, внезапно, как ураган, как смерч, влетела в мою жизнь другого человека, и эта жизнь для меня оказалась дороже всех запасов золота мира.
Оказалась нужной моя жизнь! А времени на размышления, анализ, планирование поступков не было. Мой опыт - те благие мысли, которые с детства внушала мать. Но, действительно, не так просто оказалось найти силы для раскрепощения души своей, сочетать нужность жить, работать и любить так, чтобы получилось — без страха и упрека.
Пишу не ради оправданий своих «цветочных» поступков, мне за них стыдно очень. Но этот стыд, не живуч этот стыд, его я переживу и, конечно, буду для тебя именно тем человеком, который и опора, и надежда, и дружба, и любовь. Пойми только все правильно. И тогда у тебя не будет мыслей об одиночестве…
Целую тебя очень крепко.
Твой Эм.