Мне 58 лет, и я не знаю, зачем живу. Я не знаю, чем мне заниматься.
Детей нет, мужа нет. Есть комната в коммуналке и пенсия. Не работаю.
Периодически ловлю себя на мысли, что надо бы привести в порядок финансовые дела и документы, чтобы в случае чего наследники знали, что и где у меня имеется. А потом одёргиваю сама себя: стоп, я пока не собираюсь на тот свет, я еще поживу лет 10-20-30.
Думаю, что надо бы подкопить денег и сменить комнату на квартиру. А потом приходят мысли: вот будешь отказывать себе во всем, копить, а доживешь ли ты до переезда в вожделенную квартиру?!
А всё почему? Потому что я не умею, за всю жизнь не научилась думать о себе, заботиться о себе.
Всю жизнь я заботилась о других. Так сложилось с раннего детства.
С какого возраста я занималась домашними делами? Честно — не знаю. Еще когда нас было трое детей (а четвертый, Геша, родился, когда мне только-только исполнилось 7 лет), мы уже умели чистить картошку, мыть посуду, сами разогревали обед. А сколько ложек перепортили, делая в них леденцы из жженого сахара!
Помню, как еще дошколятами пробовали с сестрой Тиной сварить свой первый суп. А что такого? Мы ведь видели, как это делала мама, и даже помогали ей, чистили картошку. И вот мы почистили картошку, бросили ее в кастрюлю с водой, поставили на газ. Кинули туда же вермишель. Попробовали. Невкусно. Покрошили в суп печенья, бросили туда же несколько конфет — должно же быть вкуснее, с конфетами-то! Но в итоге скормили своё варево унитазу. Зато мама потом нам объяснила, что надо было не конфеты бросать, а просто чуть-чуть посолить.
Когда мне исполнилось 9 лет, мама родила Лану, нашу самую младшую сестру. Я с ней нянчилась с рождения. Ведь почти сразу после рождения Ланы от нас ушел отец, и жизнь резко усложнилась. Мама вышла на работу, едва Ланке исполнилось три месяца, и малышку отдали в ясли. Я, девятилетняя девчушка, после школы торопилась домой, там меня ждали уборка, стирка (а стиральной машины у нас не было!) и глажка. Стирка и глажка ежедневно! Ведь тогда не было памперсов, и малышка пачкала пеленки, плюс мама забирала из яслей не только Лану, но и сверток испачканных пеленок и ползунков. Всё это надо было постирать и погладить. Каждую пеленку — с обеих сторон!!!
Я ходила в магазин за продуктами.
Помню случай, когда кассир меня попыталась обмануть на два рубля. Я пришла в магазин с пятирублевой купюрой, а она дала мне сдачу как с трешки. Когда мама пришла со мной в магазин, кассир попыталась обвинить меня, типа девочка потратила деньги на что-то, а теперь сваливает все на честных людей. В итоге заведующая сняла кассу, и нам вернули наши деньги. Но было жутко обидно слышать, как взрослая тётенька нагло врет и наговаривает на меня.
Спустя год отец вернулся в семью, и жить стало полегче, но недолго.
Кто-то из нас где-то подхватил свинку, и мы все по очереди переболели этой пакостью. А у младшего брата, Геши, она дала серьезные осложнения, и маме пришлось перейти с хорошо оплачиваемой работы, но на которую надо было ездить, в почтальоны, чтобы иметь возможность в течение дня заскочить домой сделать сыну укол и вообще проверить, все ли в порядке.
С 15 лет я начала подрабатывать, всё ради семьи. Соседи меня хвалили:
— Какая молодец, маме помогаешь.
Если бы они знали, какую медвежью услугу они оказывали мне этими похвалами! У меня прочно закрепилось: хорошая — это та, которая помогает.
И я помогала. Помогала маме в воспитании младших, по хозяйству, финансово. Учась в школе, тратя на подработку свои выходные, я приносила в семейный бюджет половину маминой зарплаты.
Выйдя замуж, я продолжила зарабатывать репутацию хорошей девочки. А это значило только одно: помогай всем, о себе думать — эгоизм. В итоге, когда грянули 90-е, муж страдал в поисках себя, а я хваталась за любую работу: дворник, сторож, продавец... Еще и умудрялась помогать родителям.
Потом судьба свела меня с одной молодой женщиной, которая оказалась в сложной жизненной ситуации. Ее муж отправился в места не столь отдаленные, оставив ее с грудным младенцем на руках и без средств к существованию. Я прониклась ее бедой и ринулась ей помогать. Со временем мы стали лучшими подругами, а ее сынишка стал моим крестником. Своих детей у меня не получилось, и я привязалась к крестнику как к родному. Тем более что к тому времени я уже была в разводе.
А когда крестник пошел в первый класс, его мама погибла в аварии. Через год в пьяной драке погиб и его отец. Мальчик остался на попечении бабушки, и я снова включила помогатора.
Когда мальчик вырос и поступил в институт, я позволила себе заняться своей личной жизнью и приняла ухаживания своего давнего знакомого.
В моей жизни было целых 4 года счастья! А потом мой любимый попал в ДТП. Черепно-мозговая травма, ушиб мозга, частичная амнезия... Длительное лечение, восстановление... После непродолжительной передышки — инсульт и парализация. Шесть лет ухода за лежачим мужем, параллельно на мне была и его мать-сердечница после двух инфарктов. После его ухода — еще год дохаживала его мать.
Так в 56 лет я вдруг осталась совсем одна, внезапно никому не нужная. Сестры и братья далеко, у всех свои семьи. Родителей уже нет. Мужа нет. Свекрови нет. Детей не было и нет. Крестник вырос и уехал, работает в другом городе.
И вот уже год я пытаюсь найти смысл жизни. Прошла несколько тренингов. Но на них всех основной совет: вспомните, чем вы любили заниматься в детстве. И всё, дальше мне продолжать бессмысленно. Потому что уже на этот, первый вопрос у меня нет ответа...
Но недавно я услышала фразу: никогда не поздно подарить себе счастливое детство. И я подумала: наверное, это и есть мой шанс вернуть себе себя.