- Это шедевр! Сколько ты хочешь? – осматривал Роман статую в мастерской Мики. – Она так похожа на Миру.
- Не продаётся, — нервничал Мика – Я сделал её для себя.
- Для себя? Она никогда тебя не любила! – схватил Роман Мику за лацканы робы, заляпанной краской. – Я создам для нее сквер. Мира станет памятью многих.
- Не отдам — шептал Мика, — Она только моя.
- Извращенец, - Рома увлёк Мику на пол, подмял под себя и принялся бить: «Она была только моей!» Мика скинул Романа, и они покатились по грязному полу. Сбили мольберт, стойку с инструментом и Миру. Раздался грохот. Звон сменился криком, и комната наполнилась вонью.
- Что это? – ошалевшие глаза Романа бегали от обезглавленной статуи к замершему Мики. – Это?
- Мира, — спокойно ответил Мика и нащупал под рукой молоток. На мраморную кожу любимой брызнули кровавые капли.
***
«Нежный изгиб бедра, округлая грудь, наслаждение, застывшее на краешке губ. Ты прекрасна. Я сохраню тебя юной», — гладил Мика тугие локоны Миры.
Всё началось с воска.
- Мика, ты решил заняться свечами? – смеялась Мира, сидящая на коленях Ромы.
- Нет, скульптурой, — загадочно улыбнулся Мика. – Ты будешь позировать?
- Нагишом? – засмеялась Мира.
- Я буду, — встала с диванчика Лика и, отставив бутылку пива, принялась снимать с себя топик.
Смех раскатился по мастерской. Каждый предлагал себя Мики, а он неотрывно смотрел на Миру.
Она знала, что нравиться Мике. Наслаждалась его безответной любовью, подтрунивала и снова тащила всех к мастерской.
Мика пытался её рисовать, но суть ускользала. Смешивалась с ненужными красками, терялась в желании.
Мика хотел прикоснуться к спине и покатым плечам. Он грел в ладонях податливый воск и лепил вожделенное тело. Представлял, как касается бархатной кожи, оставляя силу в красивых ногах.
- Мика! – влетела Мира. – Ромка здесь?
- Нет, — встал Мика, закрывая собой свою страсть. - Я занят.
- Чем? – она обняла Мику и заглянула через плечо. – Ты лепишь меня? Лапаешь ручищами сиськи и дрочишь мне на живот? – смеялась она. – Покажи, как ты делаешь это, Мика.
- Перестань, — попросил он, но Мира вошла в азарт.
- Хочешь, расскажу, что делает Ромка? Проникает своим языком…
- Перестань, — схватил её Мика и закрыл рукой рот. - Зачем ты приходишь ко мне? Зачем мучаешь сердце? — сжимал он пока не обмякло тело.
Три дня он наслаждался близостью Миры, безмолвием её прелестного рта.
Запах стал слишком сильным. Синева испортила нежность. Мика смешал жидкий мрамор и наносил его слой за слоем.
***
«Хорошо, что вы навестили меня, — драил Мика пол в мастерской. - Теперь мы всегда будем вместе».