35 лет ожидания под дверью евросообщества и нулевой результат. Интегрироваться в ЕС Турция начала в 1987, а статус кандидата получила в 1999 году. За это время прибалтов взяли, венгров и болгар взяли, а турков не берут. Почему?
Экономика подкачала
И прибалтийские республики, и страны из зоны Варшавского договора выполнили все условия для вступления в Евросоюз. Все Маастрихтские критерии.
Им было сложно, их экономики претерпевали кризис за кризисом, население жаловалось на бедность — но эти страны, от Эстонии и Польши до Венгрии и Румынии шли выбранным курсом, понимая, чего ради терпят. Надеясь на будущие выгоды, которые они впоследствии и получили.
Оценивая, почему турки остались за бортом, можно вспомнить Маастрихстские критерии. Часть из них Турция не выполняет. К примеру, по инфляции:
Уровень инфляции не должен превышать более чем на 1,5 % среднего значения трёх стран-участниц Евросоюза с наиболее стабильными ценами.
В Турции даже в период относительной экономической стабильности с 2004 по 2017 год этот критерий не выполнялся:
Критики возразят, что соответствие Маастрихтским критериям обязательно лишь для государств, желающих перейти на единую европейскую валюту — евро. Но пример других принятых стран доказывает обратное: пока экономика не вытянута на стандартный для ЕС уровень, страна будет ходить в статусе кандидата.
С политикой и географией тоже не все в порядке
Когда вдруг в Турции начинает что-то получаться с экономикой (а такие периоды были, по графику инфляции — в 2009-2011-м можно было вытянуть), в ход идут аргументы совсем другого толка:
1. Лишь небольшая часть Турции расположена в Европе. Поскольку Евросоюз является объединением не только экономическим, но и географическим, Турция не подходит. На вопрос — зачем тогда в 1987 году одобрили интеграцию, а в 99-м статус кандидата дали — внятного ответа нет.
2. Демократия в Турции вовсе и не демократия. Недостаточно либерализма, идет извечная борьба с оппозицией. Больше на султанат похоже, чем на «прогрессивную демократическую» страну. А тут еще — о, ужас! — Реджеп Эрдоган собирается править пожизненно, снова на выборы идет… В общем, нормам ЕС не соответствует.
3. Самый интересный повод для отказа — греко-турецкий конфликт. Разворачивался он более ста лет назад, был частью Первой Мировой войны и в 1923 году закончился подписанием Лозаннского мирного договора между Турцией и странами Антанты. Греки до сих пор обвиняют турков в геноциде и существовать в одном объединении с ними не хотят.
Договор заключался на 100 лет. Тогда это казалось чуть ли не бесконечностью, но в 2023 году срок его действия подходит к концу. И с определенной долей вероятности при победе Эрдогана на выборах можно прогнозировать обострение в этом регионе.
В БРИКС подобных поводов для отказа нет
Почему бы Турции не попробовать влиться в нашу огромную семью? По населению (и емкости рынка) многомиллиардный БРИКС выглядит не менее заманчиво, чем Евросоюз.
Сомневаюсь, что хоть одна из 5 стран нашего сообщества была бы против. Особенно на фоне очереди из желающих влиться в коллектив, в которой уже почти десяток стран — Аргентина, Иран, Индонезия, Египет, Саудовская Аравия, Алжир…
Место в этой очереди Эрдоган тоже занял. На всякий случай. На мой взгляд, для него это способ подначить Единую Европу — вот, смотрите, вы нас не берете, так мы пойдем в другую компанию. Там нам рады, а вы еще раскаетесь, что не приняли Великую Турцию.
Если честно, шансы Турции при Эрдогане вступить в БРИКС я оцениваю как низкие. После облома с ЕС он вряд ли согласится вступать туда, где его страна не будет играть главенствующей роли.
БРИКС все-таки про Китай, а не про Россию, Африку или Турцию. Статус младшего партнера в нашем объединении получит любая вступившая страна — слишком велик разрыв и в ВВП, и в стабильности экономики, и в стратегиях развития с Поднебесной. На наших глазах вырастает новая гегемония — китайская. И роль на подпевках не устроит Эрдогана, считающего себя наследником великого Ататюрка, спасителя Турции. А вы как думаете?
Друзья, благодарю вас за лайки, репосты и подписки! Подключайтесь к каналу здесь и в Телеграм.