Найти в Дзене

Военная тема в детском чтении

Эта тема всегда очень сложна. Сложна нюансами восприятия, отношения, понимания. Что мы читали.
Со школьниками младших классов по программе "Читающая школа - читающая нация". Ури Шулевиц - Как я учил географию Квадратная книжка-картинка с совсем небольшим количеством текста. Очень лаконично рассказанная автором история своего военного детства, единственной отрадой которого была географическая карта на стене комнаты.
Карта, которая отвлекала от суровой действительности, голода, нищеты, помогала унестись в фантазиях в далекие края, придумать массу самых разных историй, которая помогла пережить эти страшные годы. Спасаясь от бомбежек, семья оказалась в городке Туркестан на юге Казахстана. Там-то и появилась эта карта, которую вместо хлеба принес с базара отец. В 2009 году книга получила премию Кальдекотта.
Я стараюсь собирать книги, завоевавшие известные премии, переведенные на русский язык.
Это хороший вариант для начинающих читателей, для тех кто читает хорошо, но не любит этого, для

Эта тема всегда очень сложна. Сложна нюансами восприятия, отношения, понимания.

Что мы читали.
Со школьниками младших классов по программе "Читающая школа - читающая нация".

Ури Шулевиц - Как я учил географию

-2

Квадратная книжка-картинка с совсем небольшим количеством текста. Очень лаконично рассказанная автором история своего военного детства, единственной отрадой которого была географическая карта на стене комнаты.
Карта, которая отвлекала от суровой действительности, голода, нищеты, помогала унестись в фантазиях в далекие края, придумать массу самых разных историй, которая помогла пережить эти страшные годы.

-3

Спасаясь от бомбежек, семья оказалась в городке Туркестан на юге Казахстана.

-4

Там-то и появилась эта карта, которую вместо хлеба принес с базара отец.

-5

В 2009 году книга получила премию Кальдекотта.
Я стараюсь собирать книги, завоевавшие известные премии, переведенные на русский язык.
Это хороший вариант для начинающих читателей, для тех кто читает хорошо, но не любит этого, для тематических мероприятий, когда есть ограничение по времени. Читается книга очень быстро, текста в ней совсем мало, а тему для обсуждения и разговора успевает задать. либо чтение может быть сопутствующим предыдущей беседе на военную тему.

-6

В библиотеке времени на чтение, на рассказы и обсуждения больше.
С младшими школьниками мы опять читали
Как я учил географию

-7

Представляли мысленные путешествия, рифмовали географические названия, как и мальчик, герой книги.

А потом читали рассказ Николая Внукова "На чужих крыльях" из книги Старая гильза

-8

С этого рассказа можно начинать военное чтение с детьми о боевых действиях на фронте. В нем описывается боевой вылет штурмовой авиации, выполнение задания - штурмовики атакуют и расстреливают танковую колонну врага. Но самолет героя рассказа летчика-штурмовика Кузнецова был поврежден, получил несколько пробоин. Не дотянув до линии фронта, он приземляется на лесную поляну, неожиданно оказавшуюся замаскированным фашистским аэродромом, и по счастливой случайности умудряется улететь на вражеском самолете.

-9

Грусть-печаль - никто из детей не видел фильм "В бой идут одни старики"... Никто не знает фразу: "Макарыч, принимай аппарат! Махнул, не глядя!"
Но хорошо, что ее знают родители.

-10

Герой рассказа Внукова - летчик-штурмовик. И мы читаем о легендарном штурмовике Ил-2, который гитлеровцы называли "черной смертью", в тонкой книжке Михаила Пегова "Знаменитые самолеты".

-11

Я немножко рассказываю о штурмовой авиации, о том, что из-за работы на малых высотах под огнем зенитной артиллерии чаще других летчиков гибли именно пилоты-штурмовики. И показываю фото Талгата Бегельдинова, участника Парада Победы. Вторую Звезду Героя он получил через три дня после парада, как один из самых результативных летчиков-штурмовиков. Среди них на его счету самое большое количество боевых вылетов - 305.
Через 20 лет после победы написал книгу "
Илы" атакуют".

Плюс разговоры о книгах.

Ребята среднего школьного возраста читали "Тайну Золотой долины" Клепова. Ну и я прочитала заодно ) Купила давно, но все руки не доходили. Тем более, что была абсолютно уверена в том, что книга из разряда военно-приключенческого детского чтива в духе "Они им - раз! А те им -раз! А тут как раз ее он спас!" Ну в общем так и оказалось ) Я ее, конечно, безнадежно переросла, но теперь, по крайней мере, в курсе содержания и могу книгу на равных с ребятами обсуждать. И сравнивать с другими.

Поскольку на столе лежат военные книги, рассказываю о них. Папка с пятью тонкими стихотворными книжками. Не самое любимое мною издание, но других сегодня не найти.

-12

Маленький солдат не очень ровное стихотворение Анны Кардашовой, но на обложке фото - воспитанник музыкантского взвода Брестской крепости Петя Клыпа. Я эту фотографию из прочитанной в детстве "Брестской крепости" С.Смирнова помню. Посмотрела сейчас обложки разных изданий книги и подумала: после прочтения мы помнили лица героев обороны - Гаврилова, Фомина, Кижеватова, Наганова, Абакумовой. А те, кто читает книгу сейчас, запомнят лица актеров...
Для среднего возраста можно прочесть повесть Юрия Яковлева "
Дочь командира". Она о том же - о последних мирных днях июня 41-го года и первых днях обороны Брестской крепости.

Рассказываю о прототипах баллады Симонова "Сын артиллериста", жаль, что ее убрали из школьной программы. Когда я в школе читала эти стихи, на строках:

«Огонь!»— летели снаряды.
«Огонь!»— заряжай скорей!
По квадрату четыре-десять
Било шесть батарей, —

в голосе звенел металл. Теперь стала сентиментальней, вряд ли получится прочесть их вслух, подступают слезы.

Рядом с тонкими поэтическими книжками более объемные издания - повести и рассказы. Это книги, снятые с библиотечных полок.

-13

Короткие рассказы Сергея Алексеева в самых разных изданиях больше похожи на публицистику для детей. Внятные, короткие, написанные простым языком, они показывают весь ход войны от начала и до конца. Это событийная хронологическая канва, на которую позже лягут художественные произведения, рассказывающие более подробно, художественно и эмоционально о том, что происходило в разное время и разных точках огромной страны. О ленинградской блокаде расскажут младшим школьникам рассказы Веры Карасевой из сборника "Кирюшка " и повести для средних школьников Елены Верейской "Три девочки ".

Дальше книги на более старший возраст.

Николай Внуков в своей книге "Наша восемнадцатая осень" показывает войну глазами юноши, только что закончившего школу - весь его класс идет воевать. Все мы помним и знаем книги писателя-фронтовика Бориса Васильева, любим фильмы, поставленные по его сценариям. Название "А зори здесь тихие" и историю девушек-зенитчиц и их командира знают уже несколько поколений. Под этой же обложкой вы найдете и повесть "В списках не значился" о защитниках Брестской крепости. О жизни партизанского отряда рассказывает повесть Эдуарда Веркина "Облачный полк", написанная недавно - всего несколько лет назад.

-14

И снова о блокаде Ленинграда - о ней нам рассказывают повесть "Краденый город" Юлии Яковлевой из цикла "Ленинградские сказки" и графический роман Ольги Лаврентьевой "Сурвило " о судьбе своей бабушки. Это современные книги молодых авторов, обращающихся к исторической теме.

С темой Холокоста дети могут познакомиться в книгах тетралогии Анники Тор, Ури Орлева "Остров на Птичьей улице", в реальной истории Майкла Грюнбаума, которому помог рассказать ее писатель Тодд Хазак-Лоуи "Где-то в мире есть солнце". Книги Маши Рольникайте "Долгое молчание" и "Привыкни к свету" - художественные, и написаны они уже после публикации ее дневника "Я должна рассказать ". Все эти книги предназначены для среднего и старшего школьного возраста, со знаком 12+

Очень любопытна для ребят публикация Ольги Фадеевой "Фашизм: уроки подчинения" в журнале "OYLA". Она рассказывает об эксперименте американского учителя Рона Джонса в средней школе. О том, как легко скатиться в фашизм, казалось бы, из самых лучших побуждений. Очень поучительно.

-15

В школе в одном из шестых классов тоже обзорно рассказывала о некоторых из этих книг. В школе довольно неплохая библиотека, но много старых изданий с мелким шрифтом. И все же книжные полки радуют. При желании есть что выбрать. Иван, Зося, Сын полка, Четвертая высота, Момент истины, рассказы Алексеева.

-16

Прочитала вслух пару стихотворений Марка Вейцмана из сборника Обыкновенная драка . Стихи не о войне, они о чтении военных книг, о переживании читателя.

Старая книга

Ни начала, ни конца,
автор неизвестен.
У героя нет отца,
он упрям, но честен.
Всё село в густом дыму,
жутко пламя пляшет.
Он уходит. Вслед ему
мать платочком машет…
Партизанский край лесной.
Доблесть и отвага.
Нет обложки, шрифт дрянной,
жёлтая бумага…
Не могу ни пить, ни есть,
лягу спать - не спится.
Тяжела, как будто жесть,
каждая страница.
Грохот взрывов…
Свист свинца…
Гибель командира…
Ни начала, ни конца -
только середина…

-17

Право на вымысел

Так что же, значит, не было его,
любимого героя моего?
Он в нашем городке не проживал?
И я, выходит, зря переживал? -
«Писатель К. на выдумки мастак,
на самом деле было всё не так…»
А как же было?! Кто к друзьям спешил
на выручку и подвиг совершил,
и в снег упал с простреленным виском?
И горевал, и плакал я - о ком?!

Мне очень близкими были когда-то эти переживания. Близки ли они детям сейчас? Читают ли они сейчас такие книги?