Заявив о себе в драме Ивана И. Твердовского «Подбросы» и сериале Сангаджиева Happy End, Денис Власенко быстро превратился в востребованного молодого артиста, которого хотят заполучить на главные роли. Специально для съемок в комедии «Юра дворник», вышедшей на экраны 4 мая, Денис сменил имидж и перекрасился в блондина. В картине по мотивам реальной истории уфимского дворника Юрия Ветлугина он сыграл модного столичного фотографа, сделавшего простого работягу звездой сети. Мы поговорили с артистом о радикальных экспериментах для роли и принципе всегда оставаться собой.
Сколько в сценарии осталось от реальной истории взаимоотношений фотографа Романа Филиппова и дворника Юрия Ветлугина? Только завязка. С Ромой я познакомился уже на съемках, а до этого намеренно с ним не встречался. Мой герой на него не похож, это провинциальный хипстер, ищущий свое место в большом городе. В фильме история Ромы – это по сути сюжет про «быть и казаться». В чем его ошибка? В изначальном желании копировать и притворяться, чтобы соответствовать столичным мерилам успеха, обучая этому других? Рано или поздно эта история с вымышленным миром заканчивается. Мы не можем вечно игнорировать реальность, в которой живем, и быть лучше, чем есть на самом деле. В этом и есть ошибка. Медийная часть актерской профессии по сути тоже про «быть и казаться». Часто ли приходится выбирать второе? На самом деле я с институтских скамей придерживался принципа «быть». И горжусь, что никогда не получал роли благодаря тому, что нахваливал режиссеров или смеялся над шутками продюсеров. Хотя вижу, как это происходит с другими людьми, и меня это всегда отталкивает. Сталкивался ли ты в жизни с такими же доверчивыми, открытыми миру людьми, каким показан в картине Юра дворник? Конечно! В 10-11 классах у нас проходили уроки труда, где нужно было специально приезжать в другую школу, чтобы обучаться какой-то профессии, которая якобы должна пригодиться в жизни. Там были дети из разных школ, и в их числе одна девочка – крайне наивная, трогательная, даже блаженная. Ее обижали из-за этого, я заступился и попал в ловушку (смеется). Она в меня влюбилась и не давала мне прохода, провожала до автобусной остановки, носила шоколадки, в общем, была впоследствии крайне навязчивой. Наверное, важно найти какой-то баланс в общении с такими людьми.
Расскажи о своей смене имиджа для роли Ромы. Перекраситься в блонд было одним из условий. Причем красился я где-то за шесть часов до мотора. Совсем не успел привыкнуть к новой прическе, но, может быть, это и сыграло на руку – влетел с корабля на бал. Естественно мой график выстраивался так, чтобы не сниматься параллельно в других проектах. Но случались досъемы каких-то сцен. Тогда приходилось выкручиваться, «задувать» белые волосы специальной краской. Что еще необычного помимо смены цвета волос приходилось делать за время карьеры? Наверное, это пока был самый радикальный эксперимент. А вообще, когда меня приглашают на что-то странное, чего я не делал раньше, — даже если проект сомнительный, я все равно хожу на пробы, стараясь открывать новые грани. Наверняка, приглашение на роль в фильме «Страсти по Матвею», который выйдет в прокат в этом году, тоже было нетипичным предложением. Да. Для режиссера Сергея Ильина, который был алтарником в монастыре, как и мой герой, это очень личная история, и он долго пытался ее запустить. По сюжету Матвей вырос в православной семье и его не интересовала жизнь за пределами церкви, но в какой-то момент он встречает девчонку, совсем непохожую на тех, кого он знал раньше. Она знакомит его с новой жизнью. А на съемках я сам познакомился с удивительным православным миром. Готовясь к роли, ходил на службы, брал уроки игры на колоколах – поскольку у меня есть музыкальное образование, это оказалось не так сложно, как я изначально представлял.
В русском кино артисты твоей фактуры часто не по своей вине застревают в похожих амплуа – подросток, студент. Тебе с легкостью удалось этот стереотип переломить. Например, в сериале «Закрыть гештальт» пришлось сыграть персонажа твоего возраста — но уже отца советской закалки, который убеждает своего экранного сына Александра Ильина, что «жить нужно трудно». За время моей карьеры это был один из самых сложных текстов (смеется). Сейчас мы формулируем совсем иначе, поэтому приходилось буквально заучивать реплики, слово за словом. Но на самом деле в этих патриархальных нравоучениях есть мудрые и простые истины. Главная проблема Кости в том, что он пытался доносить мысли агрессивно, в деспотично-тираничном формате. А как ты считаешь, нужно ли жить трудно? Нет, это совсем не моя установка. Я уверен, надо быть счастливым. Фильм «Юра дворник» уже в кинотеатрах.